Клуб негодяев

Ни с того ни с сего помутилось в голове. Не успел я отдаться панике, как сознание снова прояснилось.

— Так лучше? — спросил отец Натали, поправив лампу.

Я сдержанно кивнул.

Вместо того чтобы уйти, он подошёл ко мне и без предупреждения обнял. Я дёрнулся и тут же сообразил, что в нынешнем положении было бы неразумно выдавать себя. Хотя если он ждёт ответных объятий или, ещё хуже, поцелуев, то не дождётся. Была бы возможность, сделал бы ему какую-нибудь гадость исподтишка. Как бы то ни было, пришлось терпеть ласку двуличного вдовца, а не отпускал он меня долго. От запаха табака, исходящего от его одежды, покалывало в носу, я старался не вдыхать слишком глубоко, чтобы позорно не чихнуть.

«Натали! Натали!»

Я мысленно звал девушку, изо всех сил прислушивался, но напрасно. Она никак не давала о себе знать, и с каждым ударом сердца меня всё больше охватывала тревога. Что сейчас с Натали? Вот я идиот, поддался на уговоры романтичной девчонки… Господи, что же мы наделали, надо всё срочно исправить!

Её отец оказал огромную услугу, оставив нас наедине. Я уже было хотел покинуть тело девушки, как вдруг вспомнил, для чего была затеяна эта авантюра. Прежде всего, следовало проверить, смогу ли я выйти за пределы дома. Натали будет крайне недовольна, если я провалю наш эксперимент, поэтому волей-неволей придётся настроиться на оптимизм.

Я немного воодушевился. Резко спрыгнул с кровати и, запутавшись в юбках, грохнулся на пол… Чёрт! Забыл, что я — не я!

У окна я уже вёл себя осторожней. Сначала медленно поводил руками по воздуху. Тягучей вибрации словно и не было никогда, в этот раз ничего не мешало прикоснуться к прохладному стеклу.

Очередное головокружение застало меня врасплох. Плотная пелена ослепляла, ноги подкашивались. Плохо слушающимися руками я опёрся на подоконник. Маленькие ладони судорожно дёргались.

— Что случилось? Трудно справиться с чужой оболочкой? — участливо осведомился кто-то. — Такое бывает, когда в теле больше душ, чем требуется.

Меня больно схватили за шею и отшвырнули в сторону с такой силой, что я чудом не упал.

Вопреки ожиданиям, грубиян не обладал отталкивающей внешностью, как мой «одноглазый друг». С деланным презрением на меня смотрел молодой человек, весьма смело выряженный в костюм сапфирового цвета, некстати подчёркивающий его бледную кожу. Пепельные волосы, опускавшиеся ниже плеч, зрительно удлиняли его без того вытянутое лицо с длинным носом.

— У тебя два выхода, — промурлыкал он. — Первый, — он продемонстрировал кулак, затянутый в нежно-голубую перчатку, и оттопырил один палец, — ты добровольно оставляешь леди в покое, и я, так и быть, замолвлю там за тебя словечко. И второй, — выставил ещё палец, — я изгоняю тебя силой.

Интересно, почему в последнее время все, кто говорит на английском, не приносят мне ничего кроме неприятностей?

— Честно говоря, я не совсем понимаю, кто вы, и с какой стати вмешиваетесь не в своё дело, — неприветливо откликнулся я, при этом отчаянно стыдясь девичьего голоса.

В руке незнакомца, материализовалась, окутанная чёрным дымом, коса — ни чем не примечательный инструмент работяг. Не успел я что-либо сообразить, как лезвие оказалось в опасной близости от моего горла. Я пятился, пока не почувствовал лопатками стену.

— Не хотелось бы причинять вред этому замечательному созданию, но ты не оставляешь мне выбора. Её душа невинна и в любом случае попадёт на небеса, а ты хотя бы порадуешь меня агонией с кровавой рвотой. Приступим?

— Подожди, — прошептал я. — Не убивай её.

Маячившая коса не способствовала более развёрнутым речам, и я робко надеялся, что моего вяканья будет достаточно.

И предположить не мог, что всё так обернётся. Ладно бы, демон просто напал на меня, так он угрожает Натали! Я не имею права рисковать её телом. И жизнью.

Вспышка. Опять знакомое ощущение лёгкости.

Первое, что я увидел — как белобрысый галантно придерживал Натали, вялую, словно едва очнувшуюся после долго сна. Проклятая коса бесследно исчезла.

— Не беспокойтесь, моя прелесть, теперь вы в безопасности, — слащаво произнёс он. — Даю слово, что больше эта тварь к вам не притронется.

— Что? Роберт… Где Роберт?

Не обращая внимания на слабое сопротивление девушки, незнакомец бросил взгляд на меня.

— Ты, что ли, Роберт? — его губы искривила мерзейшая улыбка.

В этот момент Натали повернулась ко мне и слабо вскрикнула.

Демон вновь обратился к ней, но уже на французском:

— Понимаю, мадемуазель, смотрится жутковато, но ничего страшного. Не бойтесь, для вас это совершенно безвредно, — говорил он, манерно грассируя. — Зато ваш пакостник Роберт получил по заслугам.

— О чём ты?.. — я прервался, поняв, что напугало девушку. Голос по-прежнему был не моим. Как я убедился впоследствии, внешность — тоже.

Натали вырвалась из рук странного спасителя и метнулась ко мне, как будто вдвоём мы могли ему противостоять.

Тот ухмыльнулся.

— Юные духи, как воск. Легко перенимают форму нового тела, а вот принять прежний вид силёнок не хватает. Ну, что, парень, понравилось щеголять в дамском платье?

— Кто ты? — ответил я вопросом на вопрос.

— Не догадался ещё? Жнец.

— Страшный Жнец? То есть Смерть?

Он поморщился, точно ему в нос ударил неприятный запах.

— Не выношу штампы. Если Жнец, то почему сразу Страшный, Ужасный и далее по списку? К слову, я не Смерть, я всего лишь её скромный служитель.

Что верно, то верно. Невозможно представить саму Смерть в виде жеманного франта.

— Вы совсем не похожи на Жнеца. Почему вы не скелет? — встряла Натали. Английское произношение, кстати, было у неё лучше, чем у Жнеца французское.

— Душечка, а вам было бы приятно, если бы вас спас мертвец в дырявом балахоне? Скелет я только тогда, когда собираю души умерших, ибо так велит Кодекс, а появляться в таком виде перед живыми, значит спровоцировать разрыв сердца у особо впечатлительных. Если вас интересует моё мнение, то я вообще против всех этих первобытных традиций. Души не люди, что ли? Сегодня, например, собирали души горняков после взрыва в шахте, так они, бедные, разбегались от нас. Изловить не всех удалось, а это печально.