Клятва повесы
Шрифт:
Оглянувшись, Вейн увидел, что Эдмонд и Генри разошлись в противоположные стороны: Эдмонд пошел к старой церкви, а Генри — к дальнему концу галереи. От них была хоть какая-то польза, что же до Пенуика, то он упрямо трусил за Пейшенс.
— Как бы то ни было, — сказал Вейн, когда они подошли к осыпающейся стене, — ему уже давно следовало бы вернуться. Угол освещения изменился к полудню.
Он помог Пейшенс перебраться через камни, и они пошли вдоль западной стороны галереи. У восточной стены показался Генри. Из нефа слышался голос Эдмонда, тщетно звавшего Джерарда.
Когда они дошли
Он увидел то же, что и утром. Все оставалось на прежних местах.
Он выругался и даже не удосужился извиниться. Спрыгнув вниз, снял с камня Пейшенс, и они, держась за руки, поспешили к мольберту.
Чтобы добраться до лужайки, на которой утром расположился Джерард, у них ушло десять минут: понадобилось пересечь весь внутренний двор аббатства. Лужайка находилась на пологом склоне невысокого холма. С другой стороны холм резко обрывался вниз, к подлеску. Джерард поставил свой мольберт ниже самой высокой точки, в нескольких футах от осыпавшейся арки, которая когда-то была частью стены, окружавшей монастырский сад.
Чувствуя, как ногти Пейшенс впиваются ему в ладонь, Вейн приблизился к мольберту. Лист, дрожавший на ветру, был чист.
Пейшенс побелела как мел.
— Он даже не начал!..
— Начал, — возразил Вейн и сорвал с мольберта потрепанный ветром лист. — Его рисунок унесло ветром. — Крепче сжав руку Пейшенс, он повернулся к лесу: — Джерард!
Ответом на его крик была тишина.
Гулкое буханье сапог возвестило о приходе Генри. Он перебрался через разрушенную стену и испуганно посмотрел на заброшенный мольберт, а потом — на Вейна и Пейшенс,
— Там его нет.
Спустя минуту к ним подошел Эдмонд. Он, как и Генри, не отрываясь смотрел на мольберт, затем показал себе за спину:
— В церкви и поблизости его нет.
Вейн махнул рукой в сторону леса:
— Начинайте с этого конца. — Мужчины кивнули. — Вы предпочтете подождать здесь? — обратился он к Пейшенс.
— Нет, я пойду с вами, — покачала она головой. Он и не ждал ничего другого. Снова взявшись за руки, они пересекли лужайку и направились к деревьям.
Пенуик, пыхтя и отдуваясь, догнал их, когда Вейн и Пейшенс, беспрестанно окликая Джерарда, тщательно обыскивали лес. Немного отдышавшись, он с упреком заявил:
— Если бы вы раньше позволили мне потолковать с Деббингтоном, должным образом объяснить ему его обязанности, смею вас заверить, он бы не вытворял таких глупостей.
Откинув со лба выбившийся из прически локон, Пейшенс резко повернулась к нему:
— Каких глупостей?
— Да это же очевидно! — Пенуик уже полностью отдышался и надменным голосом продолжил: — У мальчишки тайное свидание с какой-нибудь взбалмошной горничной. Говорит, что идет рисовать, а сам сбегает с ней в лес.
У Пейшенс от удивления открылся рот.
— Значит, в его возрасте вы занимались тем же самым? — усмехнулся Вейн.
— Ну… — Пенуик одернул жилет и поймал взгляд Пейшенс. — Нет! Естественно, нет. Как бы то ни было, речь не обо мне, а о молодом Деббингтоне. У него же явные отклонения, в этом нет ни малейшего
сомнения. Еще бы, ведь его воспитали женщины. Избаловали его. Он рос без присмотра, без надлежащего мужского руководства. И чего еще можно было ожидать от такого воспитания?Пейшенс замерла как громом пораженная.
— Пенуик, — гневно процедил Вейн, — либо идите домой, либо заткнитесь. Иначе я с большим удовольствием затолкаю ваши зубы вам в глотку!
Стальные нотки в его голосе доказывали, что это не пустые слова.
Пенуик побледнел, потом покраснел и высокомерно вскинул голову:
— Если моя помощь никому не нужна, я удаляюсь!
— Вот и правильно, — кивнул Вейн.
Пенуик посмотрел на Пейшенс, и она ответила ему ледяным взглядом. Он фыркнул и с видом отвергнутого мученика ушел, Когда его шаги стихли, Пейшенс вздохнула:
— Спасибо.
— Всегда рад вам помочь, — буркнул Вейн и повел плечами, расслабляясь. — Честно говоря, я думал, что он не замолкнет.
Пейшенс негромко рассмеялась.
После десяти минут бесплодных поисков они увидели между деревьями Эдмонда и Генри. Пейшенс остановилась и устало провела рукой по лбу.
— А ты тоже думаешь, — спросила она у подошедшего к ней Вейна, — что Джерард спутался с горничной?
Вейн покачал головой.
— Верь мне. — Он огляделся по сторонам. Полоса леса была узкой, они просмотрели каждый клочок земли. — Джерард еще не интересуется женщинами.
К ним подошли Эдмонд и Генри. Вейн еще раз огляделся.
— Давайте вернемся к руинам.
Вскоре они стояли перед мольбертом и всматривались в огромную кучу камней. Солнце окрасило небо в красные тона. В их распоряжении оставался только час. Когда стемнеет, продолжать поиски будет опасно.
Генри высказал вслух мучившую всех мысль:
— Здесь довольно открытое место. Не так-то много укромных уголков, где можно спрятаться.
— Здесь есть ямы, — проговорила Пейшенс. — Я упала в одну из таких, помните?
Вейн посмотрел на нее, на мольберт, а потом взглянул на холм позади и быстрым шагом направился к обрыву.
— Он здесь, — хмуро сказал он, заглядывая вниз. Пейшенс подбежала и, ухватившись за него, перегнулась через край обрыва.
Джерард лежал на спине, раскинув руки и закрыв глаза. Впадина была футов шести глубиной, с отвесными склонами, и внизу сужалась до ширины трещины.
Кровь отхлынула от лица Пейшенс.
— О нет!
Вейн спрыгнул и приземлился рядом с Джерардом. Пейшенс тоже решила спуститься вниз и уже подобрала юбки. Вейн услышал шорох ткани и сердито посмотрел вверх. Но Пейшенс упрямо вздернула подбородок и подвинулась ближе к краю.
Чертыхаясь, он взял ее за талию и спустил вниз. Едва он убрал руки, она метнулась к брату и упала рядом с ним на колени.
— Джерард!
Сердце Пейшенс болезненно сжалось. Юноша был неестественно бледен, его ресницы казались иссиня-черными на фоне белых как мел щек. Пейшенс дрожащей рукой откинула с его лба прядь волос и обхватила его лицо ладонями.
— Осторожно, — предупредил Вейн. — Постарайся не двигать его. — Он пощупал пульс. — Сердце бьется ровно. Думаю, он не сильно пострадал, но надо проверить, не сломаны ли кости, прежде чем поднимать его.