Ключ

– Неужели, – сухо отозвалась Василиса. – Но за комплимент спасибо.

Дальше обе они молчали. Аня, ясное дело, тоже сразу догадалась, куда делась коса.

– Как думаешь, можно что-то с этим сделать? – наконец спросила Василиса. Собственно, она для этого и приехала в Растяпинск. Совета можно спросить лишь у Ани.

Но Аня молча помотала головой.

– Ты же сама сделала выбор. Надо было сразу думать.

– Очень обнадёживает.

Дальше обе снова молчали. Василиса продолжала размешивать ложкой растаявшее глянцевое мороженое. Аня просто пила воду.

– То есть, это навсегда. – Василиса не спрашивала, а скорее констатировала.

– Ну, всё не так уж плохо, – повела плечами Аня. – Ты вполне можешь заводить лёгкие романы. Только не привязывайся ни к кому.

– А что случится, если…

– Да мало ли, что может случиться. Плетнём придавит. Кирпич упадёт. Автобус переедет. Лучше не рисковать.

– А виноватой останусь я, – снова констатировала Василиса.

– Увы, – вздохнула Аня. – Но ты всё равно можешь прожить долгую счастливую жизнь. Просто найди себе занятие. Ты школу закончила?

– Да, в этом году, – кивнула Василиса.

– И куда документы отправила?

– Да везде. Культурология, филология…

– О, поступай туда, – щёлкнула пальцами Аня. – Это очень хорошая база и для журналистики, и для редактуры. В туризм потом можно уйти. Или в рекламу. Иностранные языки опять же.

– Посмотрим, куда баллов хватит, – вяло произнесла Василиса. Об учёбе сейчас хотелось думать в последнюю очередь.

– Если надумаешь обосноваться в Нижнем, напиши мне. У меня есть знакомый, он там книжный магазин держит. Может тебе подработку обеспечить. И с жильём поможет.

– Прямо добрый волшебник, – кисло улыбнулась Василиса.

– Так и есть, – усмехнулась Аня. – И знакомые у него – сплошь ведьмы. Им не надо ничего объяснять. Сами понимают.

– Спасибо, – тихо произнесла Василиса. Всё-таки она не зря приехала.

– Тогда увидимся, – улыбнулась Аня и отправилась собирать туристов.

А Василиса зашла к бабушке, собрала вещи, попрощалась и отправилась на автобусную остановку. Постояла немного, потом лёгкой мыслью вызвала призрачный автобус. Забавно – народу на остановке было человек двадцать, а на разбитый автобус никто даже внимания не обратил.

Зато в салоне уже сидело несколько пассажиров. Увидев совершенно белые волосы, Василиса подошла, чтобы поздороваться с Настей, родственницей местной знаменитости – писателя Стаса Русакова, прячущегося в Яблоневой слободе.

– Привет, – слабо улыбнулась Настя. Хорошо, хоть она не стала говорить, что новая стрижка Василисе идёт.

– А я уезжаю. В Нижний.

– Это хорошо, – улыбнулась Настя. – Аня дала тебе номер Бороды?

– Это добрый волшебник, который дружит с ведьмами?

– Он самый, – шире улыбнулась Настя, показав двойные клыки, делающие её похожей на вампира-альбиноса. – Хороший парень.

– Я хотела вот что спросить. – Василиса села на кресло напротив Насти. – Помните, вы тогда привели к старцу Фоме вашего брата? Как у него всё сложилось?

– Отмолил, – продолжала улыбаться Настя. – Врачи отказывались, а он вытащил.

– Полностью выздоровел?

– Ага. Только теперь он возвращаться отказывается. В скиту, говорит, жить буду. – Настя поскребла бровь. – С одной стороны, ему бы, и правда, лучше не возвращаться в город. А то снова здорово. С другой… Чего сразу в монахи-то?

– Ну, отец Фома, наверное, плохого не посоветует.

– Это да, – медленно кивнула Настя. – Странно, как я сама об этом не подумала. О, мне пора выходить. Увидимся.

Настя помахала Василисе и вышла из автобуса на обочину шоссе. Когда автобус отъезжал, Настя уходила по тропинке в густой смешанный лес, окружающий Яблоневую слободу.

Василиса проводила её взглядом. Потом встала и перешла по салону вперёд. Села напротив скелета в костюме. Тот тонкими пальцами слегка приподнял шляпу в знак приветствия.

– Я уезжаю, – просто сказала Василиса. Вася просто смотрел на неё пустыми глазницами. Сейчас бы сказать что-нибудь патетическое или задать важный вопрос о судьбе или о будущем. Ему, наверное, с другой стороны многое видно. Но Василиса просто улыбнулась и сказала: – Увидимся.

Вася кивнул и будто бы улыбнулся в ответ.

А Василиса снова глянула в окно. Автобус затормозил у старой Покровской церкви. Василиса вышла и проводила его взглядом. Даже махнула на прощание рукой. Хотела сразу идти домой, но свернула на тропинку, заросшую лопухами. Дошла до старого домика. Её громким лаем поприветствовал Бобик. Отец Павел копался в огороде.

– Бог в помощь, – произнесла Василиса фразу, которой приятельниц в садах приветствовала бабушка.

– Спасибо, – выпрямился священник.

– Это вам спасибо, – произнесла Василиса. Ей было стыдно за неприязнь к этому монашку. – За всё. Вы вообще-то ничего. И простите, если я вас когда-то чем-то обидела.

– Бог простит, – сказал отец Павел. Так бабушка тоже часто говорила.

– Я уезжаю. Зашла попрощаться.

– Учиться едете? – Отец Павел сложил руки на черенке лопаты. – Тогда и вы меня простите, если что не так.

Василиса улыбнулась и помахав ему рукой, пошла дальше. Она заглянула в «Подсолнух», где пожелала успеха заведению в лице тёти Клавы. С Летой и Колей можно будет попрощаться отдельно. А в музей лучше вообще не заходить.

Но вместо того чтобы пойти домой, Василиса снова развернулась. Она дошла до Васильевского ручья и ступила на настил. Местные провожали её внимательными взглядами. И впервые Василиса смотрела всем прямо в глаза. Настала их очередь смущаться. А ей стесняться больше нечего. Вот, значит, как становятся колдуньями.

По холмам Василиса дошла до заводи у Скиркудово. Мысленно передала привет русалкам в Чарусах. И наконец направилась к саду. Почти побежала, так хотелось скорее туда добраться. Войдя в арку, ощутила такое счастье, будто пришла домой после долгого отсутствия. Жаль, она не родственница Савельевым, а то, может, получилось бы… Ой, да ладно. Восстановить такие хоромы стоит огромных денег.

Василиса погуляла по саду, помахала рукой призрачному садовнику в соломенной шляпе. Потом вошла в здание, побродила по заброшенным комнатам, мысленно разговаривая с домом. Рассказала ему об источнике с живой водой в «Черноречье».