Книга для...
Шрифт:
– Шутите? Что значит «что-нибудь последнее»? Достоевский уже умер. Больше не пишет.
– Да-да. Я знаю. Что-нибудь последнее – в смысле, что он писал перед смертью. Мне бы хотелось прочесть, что он писал перед смертью. Когда уже понимал, что не узнает, кто прочел его книгу… – почему я так злюсь на нее? Она же не виновата в том, что я схожу с ума. Я прекратил смотреть в точку на ее лбу и перевел взгляд на две похожие точки в серединке ее глаз. И действительно увидел красоту внутри.
– Я даже не знаю. Есть собрание сочинений.
– Давайте вместе посмотрим, что там, в библиографии, последними книгами идет. Вот. «Братья Карамазовы».
Мне
– «Братья Карамазовы»… Я читал… Мне нравилось… Неужели он знал, что пишет для меня…
– Что вы делаете? Вам плохо?
– Нет, нет. Все пройдет, – я пожалел, что стал психом и потому не могу с ней познакомится. Хорошая девушка. Не зря работает в книжном.
Одной рукой я массировал висок, второй прижимал дрожащий сосудик возле носа. Выскочил на улицу. Солнце. Я что-то еще хотел сделать. Вспомнил. Мир вокруг был как на черно-белой кинопленке. Точнее, черно-желтой. Или желто-черной? Желто-белой, желто-желтой? Она плавилась и капала на асфальт. Вместе с ней плавился и одновременно испарялся мой мозг. Ногой ступаю в белую плазму жевательной резинки, выплюнутой кем-то на этом месте. Может быть час, а может быть месяц назад. Казалось, что зимы никогда не было и солнце так светит уже миллионы лет. Пытаясь стереть эту дрянь с подошвы, понял, что асфальт такой же мягкий и липкий, как и слизнеобразный комочек… Но я успел дойти до нужного магазина.
– Здравствуйте, мне нужны черные очки. От солнца. Черные очки от желто-желтого солнца.
– Пожалуйста. Вон на тех стендах новые коллекции. Здесь прошлогодние. На какую сумму вы примерно рассчитываете?
Я назвал число, которое не должно было превышать остаток денег на кредитной карточке. Девушка, еще одна девушка, во всех магазинах одни девушки, указала мне на нужные ряды. Я взял первые попавшиеся очки, в пластмассовой «спортивной» оправе.
– Примерите?
– Нет, спасибо, вот моя карточка.
– Вы в подарок берете? Может, посмотрим еще…
– Нет, спасибо. Не на подарок. Для себя.
– ???
– Зачем примерять, все равно сейчас надену. Если что, я вам их верну.
– Как хотите. Вот фирменный чехол, талончик гарантии. Спасибо за покупку. Заходите к нам еще.
– Обязательно, обязательно зайду…
Я вышел на улицу в своих очках. Благодаря черным стеклам, изображение из желто-желтого вновь стало черно-белым. Потом вернулись и остальные цвета. А самое главное – я уже знал, для кого пишу книгу.
Надо будет сегодня опять собрать всех и рассказать… Эх… Сашка уже уехала. Позвонить Ане? Но она сегодня с подругой. Пригласить обеих? Тогда Дима и Богдан про книгу совсем забудут. Ладно, соберу всех на завтра. Я зашел в салон связи, пополнил счет. Вначале я позвонил Богдану.
– Привет, Бодик. Как делы?
– Делы, нормально. Ты как? Мы там насвинячили вчера, могу прийти вечером помочь убрать. Сам знаю, бывает, осадок на душе остается, когда приглашаешь всех, потом приходят, пьют, а когда…
– Да я уже все убрал. И как поможешь – тоже знаю. Но все равно приглашаю. Только на завтрашний вечер. Часикам к семи можешь прискакать?
– А что у тебя? День невменяемости? Или какие ты там праздники все время для себя придумывал? Слышь, ты тогда еще хотел каждое третье число месяца день самоудовле…
– Презентация книги. Вернее сюжета, идеи, замысла. Придешь – расскажу.
– Слышишь? Конечно, приду. Там и поговорим,
мож у Димы новая история про Борю есть. В семь я у тебя. Давай.– Пока.
Я уже думал над тем приглашать ли одновременно Диму и Олега. Вчера какие-то натянутые у них отношения сложились. Но в конце, кажется, помирились. Пусть оба будут. Позвонил Диме. Он согласился без вопросов. Олег тоже. Оставалось только позвонить Ане. Или сделать это на следующий день? Я решил не откладывать на завтра.
– Привет, солнце.
– Привет, Аня, – слышно было, как играет легкий джаз и чьи-то голоса, – ты где сейчас?
– Разве ты не слышишь? В музыкальном магазине. Шучу, шучу. Сидим с Данечкой, кофеек пьем.
– Приятель твой? Чаек пьете.
– Ревнуешь, ага? Нет, не приятель. Подруга. Я же тебе уже сто раз говорила – Даша. Данечка моя.
– Ясно. Обычно Данечкой называют Данила. Слушай, приходи завтра ко мне. У меня презентация начала книги. Я уже знаю даже для кого она. Придешь?
– Подожди минуточку, – ее голос стал тише, я услышал, как она спросила что-то у своей подруги, та ответила. Четко смог расслышать лишь слова «завтра», «а я?», «вместе». Вновь заговорила, – а ничего, если я с Даней приду? Просто она завтра одна заскучает. А мы собирались вместе сегодня в планетарий сходить.
– В планетарий? Зачем вам планетарий?
– Ну, как же, как же зачем? А на лекции посидеть? Приятный голос, темно, звездочки вверху. Романтика. Можно помечтать. Ну, так что, солнце?
– Приходите вместе. На семь. Выйдешь на…, – назвал станцию метро, – я тебя встречу.
– Спасибо. Даня, пойдем вместе? Даня, передает свою благодарность. До завтра. Увииидимся.
– Услышимся. До завтра.
Мне было не легко и не тяжело. Чувствовал себя уравновешенным. Две чаши весов висели в реальном, а не виртуальном пространстве, касаясь носиками. И вдруг одна чаша стремительно полетела вниз. Я следил за ее полетом, силясь разглядеть, что произошло. На этой круглой металлической площадке была Аня. А вниз все полетело, потому что на эту же поверхность прыгнула Даня… И я, кажется, что-то понял. Девушка, чье имя звучит как мужское. Подруга, которая всегда рядом. Вместе в планетарий, где романтика. Прийти с ней, когда я хочу видеть только ее. Корабли, корабли, корабли. Пристающие и отшиваемые от острова… Лесбос.
Темные очки стали еще темнее. Я принялся смотреть на свои ботинки. Они блестели в лучах солнца, их не закрывали темные стекла темных очков. Темные мысли темной полосы. Дружить? Хватит, надружился с девушками. Кто-то говорил, что они ненавидят мужчин… Будь что будет. Я решил, что все станет ясным следующим вечером. Я узнал, для кого книга, и потерял, для кого я.
11. Собеседование за минуту
В жизни случаются озарения. Когда будущее видится приближенным на расстоянии вытянутой руки, можно потрогать его, примерить на себя. После этого оно вновь исчезает, уносится вперед на несколько месяцев или лет. Объяснения этому есть, а объяснения нет. То есть во множественном числе существуют, а вот в единственном… Кто-то рассуждает на тему множественности миров, четвертых, пятых или шестых измерений, подключений к тонким материям. Другие говорят о самовнушении, когда видишь то, что хочешь увидеть, и потом настойчиво этого добиваешься. Третьи просто называют это пророческим даром и не вдаются в подробные описания принципов действия. Но все сходятся в одном – такие явления не редки в жизни каждого человека.