Книга Кохелет

К достоинствам этого перевода можно отнести, в частности, то, что переводчик не придерживался буквализма, как И. Шифман, и не старался сделать слишком осовремененный перевод, как Е. Новиков.

Более всего автор данного перевода обращал внимание на то, чтобы передать логику повествования Автора (которая даже при внимательном прочтении улавливается не сразу) более понятно для читателя (возможного читателя). С этой целью текст разбит на отдельные «подглавки», блоки стихов, почти всегда не совпадающие с принятыми в Библии, но, как представляется, находящиеся в соответствии с замыслом Автора. Для этой же цели в текст введены слова, отсутствующие в подлиннике, но необходимые по смыслу (в основном это – просто частицы «то», «ведь», «что», «который»). Вообще, автор предлагаемого перевода стремился максимально повысить связность текста, чтобы Книга выглядела как единое целое (каковой она и является), а не представляла собой хаотический набор афоризмов – как в Библии или у Новикова. Вероятно, переводчик и допустил в этом некий «перебор». Ещё одно (возможное) достоинство данного перевода: стремление к синонимичности, литературности текста – однако, как уже было сказано выше, никаких искусственных литературных красот переводчик не добавлял. Как уже тоже отмечалось выше, если переводчик по понятным причинам сомневался в правильности собственного перевода отдельных стихов – особенно если они являются центральными, «смыслонесущими» для всей Книги – он без колебаний заимствовал эти места у авторитетных отечественных библеистов (особенно у Дьяконова). По его мнению, в этом нет ничего зазорного. (Наша цель – не изобретать свои варианты перевода, боясь плагиата, а найти адекватный перевод – пусть он и совпадает с переводами, выполненными другими.) Чтобы читатель данного перевода, буде объявится такая редкость, не забирался по каждому поводу в Комментарии, текст перевода сделан, как и у Дьяконова, максимально доступным и в то же время – как можно меньше отклоняющимся от текста и смысла подлинника. Еще одно (пожалуй, последнее) достоинство предлагаемого перевода – выделение (обозначенность) явных редакторских вставок, чтобы они не сбивали читателя с толку и не препятствовали истинному – на наш взгляд – пониманию Книги, её эмоционального, поэтического, философского содержания. Редакторские вставки в данном переводе обозначены двойными квадратными скобками. Слова, необходимые по смыслу и добавленные в текст, обозначены одинарными квадратными скобками.

На этом разбор достоинств и недостатков собственного перевода можно было бы закончить.

* * *

Перевод Книги Кохелет (Экклезиаст) сделан с древнееврейского подлинника книги – ТАНАХ, или «Масоретская Библия».

Edition: “The Society for distributing Hebrew Scriptures”, England. P. 1554 – 1570:

***

Книга Кохелет в подлиннике записана как прозаическое произведение – в одну строку (в отличие от Книги Иова, Псалмов, Притч, записанных поэтическими строфами). В действительности она представляет собой целую коллекцию литературных стилей – от чётко выраженного стихотворного (I.3-11, X.8-15, XII.1-7 и др.) и даже рифмой (ст. IV.2, VII.6, X.11, XII.1) с преобладанием в общем прозы ритмизованной. Чаще всего (особенно в стихотворных отрывках) Кохелет пользуется строфами, где в каждой строке присутствует четыре (реже – три) фонетических или логических ударения. «Стихи» – здесь имеется в виду обычные для древней поэзии нерифмованные строки, составленные из переменного количества слогов, но со строго определенным числом ударений. Например: (X.18): «Хофэр гумац бо йипол /Уфорэц гадэр ишхенну нахаш…» (Копающий яму в неё упадет/Ломающего ограду ужалит змея»). Кроме того, Автор часто пользуется характерным литературным приёмом – «параллелизмом» – формой из двух строк, в разных выражениях повторяющих одну и ту же мысль (гл. VII, X). Автор Книги – большой мастер языка и незаурядный поэт; у него во многих местах встречаются и ассонансы, и великолепные примеры игры слов, и рифмы (причём далеко не всегда построенные на совпадении стандартных местоименных суффиксов). В предлагаемом переводе почти все подобные красоты языка оказались, увы, утеряны – совершенно непонятно, например, каким образом можно было бы передать четырехкратную (!) аллитерацию из ст. III.18: «шехем б`хема хемма лахем» – «что они – это скот, и только!». В других, менее трудных, случаях переводчик всё же попытался найти для удачных литературных оборотов подлинника русские аналоги. Это, естественно, удавалось достаточно редко.

* * *

Автор данного перевода, однако, ни в чём не отдаёт себе отчёт так ясно, как в том, что и представленный перевод, и многочисленные комментарии на различные темы не найдут ни одного, ни единого читателя.

К этому он относится совершенно спокойно. Работа переводчика-непрофессионала другого и не заслуживает.

* * *

«Всё – одна маята: но никто не умеет сказать…»

(Еккл. I.8)

8.02.2003 Ави Иона

Книга Кохелет (Экклезиаст)

* * *

Иные книги – описания боли, иные – РЕЦЕПТЫ боли. Вторые неизмеримо страшнее. Книги-вирусы, книги-убийцы.

Ави Иона (Алексей Парамонов)

* * *

Тот, кто познал мир – нашел труп. И тот, кто познал мир, – мир недостоин его.

(Евангелие от Фомы, 61)

* * *

…И умножающий Знание множит Горе.

(Еккл. 1.18)

* * *

* Звездочками помечены стихи, рассмотренные в Комментариях.

** Двойными звездочками отмечены стихи, особенно важные для понимания Книги и также подробно рассмотренные в Комментариях.

[ ] Квадратными скобками обозначены слова, отсутствующие в подлиннике, но необходимые по смыслу.

[//] – обозначены позднейшие редакторские вставки, не принадлежащие Автору.

// – обозначена пропущенная в источнике строка.

** I 1 Слова Кохелета сына Давида, царя в Иерусалиме.

* * *

** 2 Тщета и пустое – сказал Кохелет, –

тщета и напрасное: все тщета!

* 3 Что пользы человеку от всех его трудов,

Которыми трудится [он] под солнцем?

* 4 Поколенье уходит, и поколенье приходит –

Но Земля пребывает вовеки;

* 5 [И] Солнце восходит, и заходит Солнце,

И к месту спешит восхода своего.

* 6 Бежит на юг – и кружит на север,

Кружит, кружит бегущий ветер,

И к [началу] кругов возвращается ветер.

* 7 Все реки стекаются к морю –

А море не переполнится:

К месту [от]куда реки текут,

Они возвращаются, [чтобы] течь.

** 8 Всё – [одна] маята, –

[и] никто не умеет сказать! –

Глядят очами – и не насытятся,

Слушают уши – и не переполнятся…

9 [А] что было – то [же и] будет,

И то, что делалось – будет делаться,

И нового нет ничего под Солнцем.

* 10 О чём-нибудь скажут: «Смотри, это внове!» –

[А] было оно уже в веках,

Которые прошли перед нами…

** 11 Нет памяти о [бывших] прежде –

И о [будущих] после, что будут [ещё],

Не останется памяти, – и [о тех],

Что будут

под конец.

* * *

12 Я, Кохелет, был царём над Израилем

в Иерусалиме;

* 13 И предал я сердце своё [тому],

[чтобы] в мудрости изучить и изведать

Всё, что делается под небесами

(Злую заботу дал Бог сынам человека –

Биться [над] нею!)

** 14 Видел я все дела, которые делаются под солнцем,

И вот:

всё – тщета и погоня [за] ветром:

* 15 [Что] искривлено – [того] не исправить,

И [чего] недостаёт –

не исчислить…

* 16 Рассуждал я сам с собою так:

Вот я возвеличился и мудрости умножил

Более всякого, кто прежде меня

Был над Иерусалимом,

И сердце моё навидалось

много мудрости и знанья.

* 17 Так предам [же] я сердце своё [тому],

[Чтобы] постигнуть, [что есть] Мудрость,

А [что] – неразумие и глупость, –

Постиг [же я],

Что и это –

пустая тоже затея;

* 18 Ибо во многой мудрости много скорби,

И умножающий знание множит

Горе.

* * *

* II 1 Сказал я себе самому:

Давай, испробую я тебя в веселье,

Насладись же благами! –

Но вот –

это тоже тщета.

* 2 О смехе я сказал: «Неразумье!»

А о веселье: «Что оно может?»

* 3 Надумал я в сердце своём

увлечь свою плоть вином

(Сердце же руководилось мудростью),

Чтоб [и] глупости придержаться, пока [не] увижу,

В чём [же] счастье для сынов человека,

Которого [бы они] добивались под небесами

[В] считанные дни своей жизни?…

* * *