Книга судеб

Фигура Красовская была почти у подъезда. Я поспешил, ускоряя шаг. Вот она! Девушка шагнула в круг света от фонаря, висящего над подъездом, и мне пришлось отшатнуться. Этой девушкой была не Яна. Очень похожая на нее, но не она. Неужели все зря и я ошибся…

– Вы что-то хотели?– вежливо обратилась она ко мне, отпирая электронным ключом подъезд.

– Нет, спасибо, я обознался,– попятился назад, прячась в густую тень зимнего вечера. Медленно побрел к остановке, план рухнул. Людей на узкой , вытоптанной в газоне дорожке не было. Где-то во дворах многоэтажек лаяли собаки. Переругивались их хозяева. Впереди гудел транспорт. Снег глухо хрустел под ногами, проламываясь почти с зубовным скрежетом. Хотелось домой и спать. В голову закрадывалась мысль, что всю эту историю я сам себе выдумал, сделав по обыкновению ее глобальной проблемой.

– Спасибо, – дверь легковушки-такси хлопнула у дороги. Теперь эта была Яна, без сомнения! Я так и замер перед пешеходным переходом, как вкопанный. Красовская спешила домой.

– Мужчина вы идете? Зеленый!– поинтересовался позади меня паренек с рюкзаком на спине.

– А?– словно вернулся в реальность я, стряхнув оцепенение, вызванное появлением журналистки.

– Зеленый говорю!– махнул рукой на меня парень и поспешил по своим молодежным делам.

Яна уже почти скрылась во дворах. В руке у нее был пакет с едой, на плече модная сумочка, усыпанная стразами. На плечах коротенькая шубка, джинсы и теплые полусапожки. Я поторопился, рванул за ней, скользя по замерзшим лужам, пару раз, чуть не растянувшись во весь рост.

Дверь подъезда на магнитном замке медленно закрывалась, я еле успел подставить ногу и войти внутрь, как сильнейший удар под дых сбил дыхание, и тут же острые коготки от всей души мазнули куда-то по шее.

– Ах ты, урод!– Красовская пыталась добить меня женской сумочкой, колотя по спине, а я хватал открытым ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

– Яна, постойте!– прохрипел я, получив несколько оглушительных и болезненных тумаков.

– Я тебе постою!– кричала она, лупцуя меня почем зря.– Может мне сразу ноги раздвинуть, чтоб не мучился!

Еле смог уклониться от очередного удара и перехватить руки разъяренной женщины. Встряхнул ее, глядя ей в глаза, превозмогая боль.

– Да, постойте же! Я вам сегодня звонил в редакцию!

– Как ты узнал мой адрес, урод?!– кричала она, трепыхаясь у меня в руках.

– Красовская, перестань!– лопнуло, наконец, мое терпение.

Она немного утихомирилась. Порванный пакет с продуктами валялся на грязном полу рядом с нами. Ее сумочка болталась на руке.

– У меня есть важная информация и никакой я не маньяк!

– Маньяк, маньяк!– на ступеньках появилась старуха, которая грозила мне полицией. Она заинтресованно смотрела на нашу мизансцену, как на сериал по телевизору.– Он еще у стра тебя караулит.

– Женщина, идите…– разозлился я.– Куда шли!

– Я тебе пойду!– взъярилась бабуля, но именно это и успокоило Красовскую. Она мягко высвободилась из моих захватов и спокойным тоном заявила:

– Валентина Игоревна, все хорошо. Я разберусь,– улыбнулась ей и дождалась пока бдительная соседка удалится к себе в квартиру,– так вы хотели поговорить?

– И только…– потер я рассаженную ногтями шею. Она неприятно саднила.

– Говорите!

– Может?– намекнул я ей на квартиру так, как основательно продрог.

– А может вам сразу сказать, где деньги лежат?– съязвила Янка, и я с тяжелым вздохом, основательно продрогший, повел ее в облюбованную мною еще с обеда беседку.

Мы уселись на перила, поставив ноги на замусоренные подростками лавочки. Журналистка выжидательно на меня посмотрела.

– И?

– Только, не считай меня сумасшедшим, но дело обстоит так…– и я рассказал Яне, как попал в зазеркалье, как меня обманул Вышицкий, как мы там познакомились с ней и сколько вместе пережили, тактично умолчал о попытке ее завязать со мной какие-то отношения, а потом о призраке в метро, таинственных охотниках на него и талантах моего Мишки.

Когда я закончил, она задумчиво покусывала нижнюю губу и молчала, глядя куда-то в пол.

– Это все?– наконец, вымолвила она после продолжительной паузы.

– Все…– кивнул я.– Ты мне веришь?

Красовская молчала.

– Чего ты хочешь от меня?– спросила она, увильнув от ответа.

– Ты мне веришь?– повторил я, потирая шею.

– Ты знаешь, Дворкин…– проговорила она.– Если бы ты мне рассказал эту историю месяца три назад, то не поверила бы!

– А сейчас?– напрягся я.– Что изменилось сейчас?

– А сейчас мне стали снится сны,– опустила голову Красовская,– которые совпадают полностью с твоим рассказом…

– Что?!– изумился я.

– Обычные сны,– пожала плечами она,– сначала я думала, что это все нормально, потом, когда это стало связным остросюжетным сериалом, идущим каждую ночь, забеспокоилась, обратилась к врачу, тот посоветовал пить успокоительное, но оно не помогло…

– Это значит ты …

– Не знаю,– пожала плечами она,– мистика какая-то…Вот для того, чтобы разобраться во всем этом я стала копаться в прошлом Вышицкого и загадках Харькова. Ты читал мою последнюю статью?

Я кивнул.

– Так ты мне поможешь?

– Зачем тебе это нужно?– внимательным цепким взглядом оценила она меня.

– Этих призраков видит мой ребенок и двое амбалов, как будто только вышедших из ринга. Я не хочу, чтобы у моей семьи были неприятности.

– Помогу…– со вздохом подтвердила Яна.– Может и сама разберусь в своих снах… Так говоришь они собирались в Театральный?– уточнила она.

– Да…Только, как связаны призрак в метро и театр, ума не приложу…– горестно вздохнул я.

– Есть у меня одна идея, – улыбнулась Красовская,– только кое-что надо уточнить,– ее глаза загорелись азартом и каким-то пылающим огнем,– мы сможем завтра встретиться в пять во “Французком бульваре”?

Я замолчал, представляя, как это все буду объяснять Светке. Или опять врать? А может сказать правду?

– Я буду…– согласился я, подав ей руку, чтобы встать с перил.

– Вот и отлично!– улыбнулась журналистка, когда мы дошли вместе до самого подъезда. – Тогда до завтра!

Она махнула мне ручкой и скрылась в темноте многоэтажки, а я побрел к остановке. Часы показывали восемь вечера.

Уже дома, скупо поздоровавшись с родными, я заперся в ванной, рассматривая следы ногтей Красовской. Еще этого мне не хватало…

– А что это у нас такое?– раздался настороженный голос жены, стоящей позади меня, скрестив руки на груди.

– Да…Дурочка какая-то в автобусе напала на меня за то , что ей ногу отдавил,– отмахнулся я, как можно небрежнее, спиртом поливая ранки.

– Понятно…– сухо кивнула Светка, выходя из ванной.

– Свет!– в одних трусах я погнался за ней, ухватив за руку у самой кухни. Обнял, прижал к себе.– Лапуля моя, любимая, я обожаю тебя, зайка! Ну…не грусти! Это, правда, какая-то сумасшедшая, я даже уклониться не успел.