Книга вторая. Контратака

Проснулся он посреди ночи от звуков страшной грозы. От грохота громовых раскатов закладывало уши, и Странник поспешил уменьшить звук внешних динамиков. Непроглядная темень за бортом то и дело прерывалась змеями ярчайших молний. Казалось, никого в мире больше не осталось – только он и эта гроза. Почему-то накатила тоска. Спать больше не хотелось, и Странник, чтобы скоротать время, закрыл глаза и впервые с тех пор, как попал на Сферу, решил задействовать свои сверх-способности Супера. Слишком истощенный и опустошенный после боя с черным звездолетом, он до сих пор инстинктивно избегал этого. Он начал настройку, и вдруг с изумлением обнаружил, что пси-диапазон буквально гудит от переговоров различных субъектов.

Еще со времени обучения в школе Дальразведки процесс мышления перестал быть для него тайной за семью печатями. Он знал, что каждая мысль материальна и являет собой всего лишь определенную комбинацию связей между нейронами. Знал, что процесс мышления сопровождается изменением структуры торсионного поля человека, и эти изменения можно улавливать на огромных расстояниях. Улавливать и расшифровывать. Это, собственно, и называлось телепатией, или чтением мыслей на расстоянии. И были люди, у которых это получалось гораздо лучше, чем у других. К таким относился и он сам. Его обучал сам маг Квинтий. Это было очень непросто – настроиться на торсионное поле или, иначе, пси-поле человека, и суметь перевести тонкие изменения этого поля в понятные образы. В Содружестве этим искусством владели единицы. Обычно это лучше всего удавалось людям, связанным близкими родственными чувствами. Маг Квинтий научил его, как настраиваться на торсионные поля любых людей и даже нелюдей. И вот теперь, сканируя пси-диапазон, Странник пеленговал переговоры огромного множества жителей Сферы. Постепенно удивление сменилось пониманием. Лишенные в свое время возможности использовать силу своих технологий, Предтечи принялись развивать дар, данный им природой и Творцом. И добились впечатляющих успехов. Очевидно, такое умение передавалось из поколения в поколение. Вслушиваясь в мешанину переговоров, Странник понял по их смыслу, что переговаривались всегда только родственники, еще с детства обученные настраиваться на волну друг друга. Каждый из них умел связаться с одним, максимум – с двумя-тремя ближайшими родственниками. Перехватывать чужие переговоры жители Сферы не умели. Это давало ему очень важное преимущество.

Странник вслушивался в колебания торсионных полей, впитывая столь нужную ему информацию. Всего за полчаса он узнал о людях Сферы и событиях на ней гораздо больше, чем за весь перелет. Радиопередачи были лишь отлакированной и бледной тенью действительных событий, происходящих на Сфере. Внезапно он поймал сильный и четкий сигнал. Из опыта он знал, что подобные сигналы характерны для мощного интеллекта, умеющего четко формулировать свои мысли.

– Крепись, Дарена, доченька моя. Не падай духом. Я выслал в погоню две сотни лучших людей. Сам Родес ее возглавил. Он обязательно освободит тебя.

– Не нужно себя обманывать, папочка. Никому еще не удавалось вырвать у зегов то, что они захватили. Они непревзойденные воины. Отзови погоню. Хотя зегов всего полсотни, погоня не справится с ними. Ты только зря потеряешь хороших воинов. За меня не волнуйся. Не думаю, что мне грозит опасность. Зегам нужен только металл. Я всего лишь заложница. Получив желаемое, они не станут меня задерживать. Думаю, скоро они известят тебя о сумме выкупа.

Ответный сигнал дочери был не менее, если не более сильным, чем сигнал отца. Странник подивился ее мужеству. Она не только не пала духом, но и находила силы успокаивать отца.

– Если бы дело было только в металле. Я бы собрал в королевстве все до последнего гвоздя, лишь бы ты вернулась домой. Но не забывай о судьбе матери. Тогда выкуп не помог. Зегам тоже нужны красивые женщины. А ты у меня очень, очень красивая. Я боюсь за тебя. Мне очень не понравилось, как на тебя смотрел Сартал во время последнего приема послов.

– Успокойся, отец. Не думай о плохом. Ты же сам говорил, что я у тебя умница. Я что-нибудь придумаю.

Странник еще раз удивился силе духа девушки. Подслушанный кусочек чьей-то трагедии задел его за живое. Не особенно на что-то надеясь, он локализовал источники сигналов и попытался привязать их к карте. К его удивлению, район трагедии находился не слишком далеко от него по меркам Сферы: всего в ста двадцати семи тысячах километров. Однако нечего было и думать добираться туда темпами, которых он придерживался теперь.

Странник глубоко задумался. Желание прийти на помощь слабому всегда было присуще ему. Однако невозможно было помочь всем, кто нуждался в помощи. Очень часто это ставило перед необходимостью нелегкого, мучительного выбора. В данном случае следовало решить два вопроса. Первый касался скорости движения. Еще до начала грозы он пришел к выводу, что тащиться прежними темпами нет никакого смысла. Дальше он решил продвигаться по ночам, совершая заатмосферные прыжки сразу в интересующие его районы. Ничего не мешало ему совершить первый такой прыжок в запеленгованный район. Другой вопрос – а следовало ли это делать? Вот тут и начинался тот момент мучительного выбора, который с давних пор преследовал его. Помочь всем было невозможно. Следовало ли делать это в данном случае? Из переговоров Странник понял, что речь идет о правителе какой-то страны и его дочери. «Возможно, у правителей, имеющих более широкий доступ к информации, есть сведения, которые могут быть интересны для меня», – подумал он. – «Выходит, если бы она не была дочерью правителя, ты не стал бы помогать?» – тут же язвительно парировала вторая половина его «я». – «Неправда. В деревне ведь речь не шла о каких-то высокопоставленных особах».

Успокоив таким образом свою совесть, Странник решительно склонился над пультом управления. Он поднял бот на высоту около тысячи километров и лег на нужный курс, разогнавшись до двадцати километров в секунду. Отец связывался с Дареной почти каждый час, и Странник уточнил координаты обоих корреспондентов.

Возможности сканирования внутренней поверхности Сферы с такой высоты были несоизмеримо выше. Бортовая аппаратура непрерывно вела сравнение карты, полученной по результатам наружного сканирования, с текущими данными, и Странник с удовлетворением отметил появление на планшете обнаруженных запасов меди, никеля, алюминия, железа, серебра и даже молибдена. Особенно много было железных гор.

Через три часа он уже подлетал к нужному району, вновь войдя в атмосферу и снизившись до пяти километров. Солнце только что выглянуло из-за орбитальных щитов, осветив дивной красоты горную страну. Ярко сияли покрытые снегом пики вершин. Ниже зеленели альпийские луга, переходящие в заросли густого смешанного леса. Обнаружить отряд всадников с помощью бортовой аппаратуры труда не составляло, и вскоре разведчик внимательно разглядывал на экране людей, с которыми ему в самое ближайшее время предстояло иметь дело.

Полсотни всадников растянулись цепочкой, продвигаясь по дну поросшего лесом ущелья. В центре цепочки одна из лошадей несла всадницу с надетым на голову плотным капюшоном и связанными спереди запястьями рук. Похитители были настоящими гигантами. Оценить рост верховых было непросто, но каждый был минимум двухметрового роста, с великолепно развитой мускулатурой и удивительно красивыми чертами лица. Бросалась в глаза лишь странная малоподвижность этих лиц и отсутствие в них живости. Вооружение их состояло из мечей, кинжалов, луков и метательных ножей. Доспехи у большинства были кожаными, но некоторые воины были облачены в стальные кольчуги.

«С металлом в этих краях дело обстоит явно лучше», – подумал Странник. Он склонился над планшетом, рассматривая в крупном плане район горной страны, куда направлялись зеги. Вскоре цель их путешествия стала ясна: в полусотне километров впереди по маршруту следования отряда на отвесных вершинах гор раскинулось сразу несколько неприступных замков, построенных с учетом единого оборонительного плана.

Аппаратура бота засекла и отряд преследователей. Они отставали от зегов километров на тридцать. Было очевидно, что шансов догнать похитителей до момента, когда они укроются в своих неприступных горных гнездах, у погони не было.

Странник обогнал отряд зегов километра на три и посадил бот, надежно спрятав его в одной из расщелин. Затем придвинулся к синтезатору и заказал для себя оружие – меч, кинжал, метательные ножи и длинный лук. Все – похожее по виду на то, что увидел у зегов. В качестве материала для оружия выбрал сталь, близкую по характеристикам к толедской. Все это он приспособил к своему камуфляжному костюму: возиться с подгонкой кожаных или металлических лат без Искина было слишком долго и утомительно. Попрыгав и убедившись, что все сидит, как надо, он покинул бот и начал спускаться в ущелье, по которому двигался отряд похитителей.