Книжник

Шалий, зажмурившись от удовольствия, поглощал пищу. В гостиную пришел комендант замка и коротко поздоровался с дочерью и гостем. Даркалий чем-то обеспокоен, но причину тревоги понять не может.

— Хозяин замка еще не спускался? — поинтересовался у дочери комендант.

— Не видела, — отрицательно покачала та головой. — Наверное еще отдыхает, мы так и не успели вчера провести экскурсию, на сегодняшнее утро договорились, — она взглянула на напольные часы, — но Макс уже на час опаздывает.

— На него не похоже, — жуя заявил Шалий. — Скорее всего сам решил осмотреть свои владения.

Служанка, принесшая чай коменданту, как-то нерешительно кашлянула и замешкалась, направляясь к выходу.

— Атрия, ты что-то хотела сказать? — поинтересовался у женщины комендант.

— Господин Макс не ночевал в своей кровати, — ответила та, бросив быстрый взгляд на Террию.

— И с кем же он провел ночь? — удивился Шалий, в голосе которого прозвучали завистливые нотки.

— Понятия не имею, но постель не тронута, — пожала плечами служанка.

Отставной полковник прикрыл глаза, он почувствовал вину, что давно не отслеживал защитные контуры замка и не обновлял их. Даркалий мысленно охнул, когда понял, что некоторые сторожевые нити сигнализируют о нежеланных гостях, побывавших в замке совсем недавно. Комендант резко поднялся и направился на третий этаж. Предчувствуя что-то неладное, за ним поспешила дочь, а вот Шалий продолжил жевать булку с намазанным вареньем.

Комендант замка давно так не бегал! Даже Террия и та за ним с трудом успевала. Бывший полковник выставил ладонь перед собой и сосредоточился. Он не силен в остаточном следе аур, но тут мало кто побывал. Да, присутствовали чужие, между ними и хозяином замка произошла короткая стычка, а потом они втроем удалились. Макс ушел по собственной воле? В этом полковник сомневается, но собирается во всем разобраться. Он отправился к стражникам, коротко с ними переговорил, а потом приказал седлать лошадь. А сам поспешил за оружием и поисковым артефактом, надеясь, что след от аур еще не пропал.

***

Глава 7. ДРУЗЬЯ

Солнце жарит, от водной взвеси, стоящей в воздухе — прохладно. Пальцы сбиты и кровоточат, одежда уже несколько раз промокала от пота и высыхала. Сделал несколько привалов, забивался в расщелины, отсиживался на уступах, но упорно полз вниз. Толком нет никакого плана, спущусь, а потом побреду навстречу течению. Если правильно сориентировался, то в той стороне замок. Где-то должен найтись подходящий выход из этого ущелья. Конечно, есть риск, что горная река окажется зажатой между скал, на которые хрен поднимешься. Что тогда? Понятия не имею! С собой нет карты, да и вряд ли она такая существует. Даже та, что приносила Террия, не имеет необходимых подробностей. Оценить высоту скал, глубину реки или скорость потока воды на той карте не представлялось возможным. Да и не факт, что она соответствует рельефу местности.

— А кушать хочется, — прокомментировал я, когда до спуска осталось порядка четырех метров.

Увы, мне пришлось сделать приличный крюк и только минут через сорок, с удовольствием напился ледяной воды из речушки. Умылся и прилег на большом валуне, о который разбивается поток воды. Всегда считалось, что сложно уснуть на острых камнях, когда вокруг стоит постоянный рев. Но я слишком устал и обессилел, что в очередной раз указывает слабую физику. Наплевав на все правила, греясь на солнце и ощущая холодные брызги на лице — задремал. Проснулся от сильного холода и голода. Лучи солнца на мой камень не попадают, нахожусь в тени, а температура тут не больше десяти градусов, если не меньше.

— Делай раз! — заставил себя подняться и стал разминаться, вспоминая когда-то отработанные приемы рукопашного боя.

Десять минут и чуток согрелся, пока не стемнело необходимо отыскать место для ночлега или путь наверх. Последнее как-то сомнительно, всюду, куда падает взгляд, высятся скалы, и они кажутся неприступными. Хотя, как-то ведь сумел спуститься, а значит есть вариант подняться. Но скоро стемнеет, а заниматься восхождением надеясь на свет от луны как-то неправильно. Этак застряну посередине и ни вверх, ни вниз продвинуться не смогу. А ночевать сидя в расщелине или на каком-нибудь уступе то еще удовольствие. Не дай боги закемаришь и полетишь вниз. Разбиться насмерть при падении с десяти метров или меньшей высоты, тут легко. Даже если и не насмерть, то перелом ноги окажется приравнен к мучительно кончине, хрен тут по скалам попрыгаешь с больной конечностью.

Иду по камням, действую осторожно, внимательно слежу за тем, куда ставлю ноги. Поскальзываться нельзя, но пару раз приходилось балансировать на грани. Лепешка доедена, фляга пуста, есть десяток болтов, метательный нож Белого, арбалет и остатки веревки, длина которой, если ее связать, окажется не более десяти метров. По-хорошему надо бы от части ненужных вещей избавиться. Веревка обмотана вокруг туловища, арбалет с болтами за спиной, идти не очень-то удобно. Кстати, в сапогах хлюпает вода, штаны по колено промокли, холодно.

— Черт! Необходим привал, костер и хоть что-то положить в желудок! — поежился я, ощутив, что пальцы на ногах теряют чувствительность.

За поворотом реки мне улыбнулась удача. К противоположному берегу прибилось много поломанных деревьев, за полосой камней произрастают кустарники и есть даже ель с кривой кроной. Осталось дело за малым, перейти реку, набрать хвороста и каким-то образом разжечь костер. Тут не так глубоко, но течение очень быстрое, подвернется нога и поток меня как соломинку подхватит и потащит вниз по течению. Но рискнуть необходимо, вариантов не вижу. Очень холодно. Каждый шаг дается трудно, ноги волоку по дну, не отрывая ступню от опоры. Вода так и норовит свалить, но сумел-таки перейти и только перед самым берегом ухнул по горло в какую-то яму. Но удача оказалась на моей стороне, там вода практически стоячая.

Руки почти не слушаются, зубы стучат, но набираю сухой мох, обдираю кору с дерева, а потом начинаю бить камень о камень, стараясь высечь искры. Ну, себя пару раз обругал, что у Белого не взял огниво. Костер никак не хочет загораться, но вот появились несколько обугленных точек, мелькнула очередная искра и заплясал небольшой огонек размером с пару миллиметров. Воодушевился и через десяток минут грел ладони над языком пламени. Одежду с себя всю снял, выжал и положил рядом с костром. Сам же стал бегать вокруг костра. Представляю, если кто-то меня сейчас увидит! Ночь, голый мужик носится на фоне пламени. Сразу же на ум приходят индейцы и их пляски. Что если они так радовались тому, что удалось согреться?

— И что дальше? — потер я висок, когда просохшие трусы, штаны, рубаху и камзол надел.

На носки смотреть без слез невозможно, от них осталось две небольшие тряпочки, все порваны. Кстати, мозоли на ногах кровяные, мышцы болят, руки ободраны, но настроение изумительное. Осталось найти еду! Угу, ночью, с одним арбалетом и отсутствием живности в обозримой видимости. В заводи рыба пару раз плеснула, судя по звуку — приличного размера. Даже слюнки потекли, но придется ложиться спать на голодный желудок. Лезть в воду и голыми руками что-то там попытаться поймать — безнадежное занятие.

Костер почти прогорел, хотя подложил в него приличных размеров бревно. Ничего, ночь пережил и даже не замер. Соплей тоже нет, так что все прекрасно и хорошо. Ну, если так можно говорить в моей ситуации. Направился в намеченную сторону, взглядом блуждая по скалам, надеясь отыскать вариант подъема. Пока не вижу возможности с минимальным риском совершить восхождение. Пальцы на руках опухли, ранки трескаются и сочится сукровица. Ноги тоже болят, даже подумывал проткнуть мозоли, но толку от этого получится немного. Где-то через пару часов такого путешествия обратил внимание, что горная река стала сужаться, поток воды уже не так бурлит, ощущается глубина. Самое печальное, нет ни одного следа и даже намека, что тут когда-то ступала нога человека. Пару раз попадались скелеты каких-то животных. В одном даже опознал горного козла.