Кодекс Императора III

— Попрошу вас не напрягаться и убрать доспех, — улыбнулась девушка, заметив, как он активировал защиту. — Меня прислал сам император. Теперь я ваша личная помощница, ассистент, водитель, — она усмехается и добавляет. — И даже телохранитель.

Она протягивает руку для знакомства. Они здороваются по-мужски, и этот момент тоже напрягает Николая Федоровича. Девушки даже в деловых переговорах так себя не ведут.

— Телохранитель? — скептически приподнял брови Чурасов.

Он не верит в то, что такая женщина может быть телохранителем. В ней максимум сорок пять килограмм. Маленькая, стройная.

Только он об этом подумал, а в кабинет вбежали гвардейцы, видимо дворецкий вызвал охрану заранее, когда не смог остановить эту даму.

Девушка обернулась, вмиг исчезла в собственной тени, вышла позади троих мужчин и обезвредила их молниеносными движениями рук. Николай Федорович даже не понял, как она это сделала, так быстро все произошло!

— Верно, телохранитель, — ответила она, отряхивая руки. — Кстати, император передал вам письмо. Его Величество здесь все указал. Советую вам побыстрее пробежаться взглядом по тексту.

Она положила конверт на стол и склонила голову набок:

— Огонь, который в этом письме, способен прожечь и ваш доспех. Увы, вашего согласия не требуется. С этого дня у вашей жизни есть некоторая ценность.

Чурасов смотрит на трех обезвреженных гвардейцев и осознает то, что эта девушка владеет теневой магией, причем она отнюдь не слабый маг. Обычно такие служат у сильнейших аристократов и, как правило, это убийцы… Но откуда у императора на службе люди подобного уровня? На этот счет у Николая Федоровича не было даже догадок.

— Присаживайтесь. Кажется, нам есть о чем поговорить… — произнес он, указав девушке на кресло напротив своего стола.

* * *

Я все-таки вложился в заводы Чурасова. И не в один, как он просил изначально, а во все сразу. Теперь его дела должны наладиться, для барона это крайне хорошие новости. А уж как использовать то, что будут производить его заводы, я быстро придумаю. И первые в этом списке — поставки Карауловым.

Мне же было все равно, что это не такой уж сильный род, для меня главное, что у них есть правильная мотивация, и что Роман Евгеньевич принес клятву на Кодексе Императора, и теперь он не посмеет предать ни меня, ни свою империю.

Тем более в конфликте двух родов, Казанские были не правы, когда поступили подобным образом тридцать лет назад — они воспользовались имперской службой безопасности в своих целях, а такое недопустимо. В идеале император не должен вмешиваться в то, что происходит между аристократами, пока это не касается его самого. А в иных случаях не было причин подключать службу безопасности. Казанские победили Карауловых, но произошло это очень давно, и все тридцать лет они вспоминают эту победу при каждом удобном случае. Как же низко.

Кстати, в ближайшее время надо придумать сюрприз и для старшего Разумовского, чтобы ему жизнь медом не казалась. Убрать прямо сейчас в физическом плане я его не могу, а вот доставить проблем могу великое множество.

Меня радует, что скоро начнется противостояние с Казанскими, а война бы и без того началась, просто я ускорил ее наступление. Но самое интересное будет происходить тогда, когда Казанские будут полностью уверены в себе, а Карауловы будут наносить им очень болезненные удары, что на них совершенно не похоже. Ответ на это будет простой: туда будет периодическим наведываться Алина со своим отрядом боевых горничных.

По факту я и заключил договор с Карауловыми, чтобы этой войной прикрывать свои действия против Казанских. Император не может напрямую выступать против какого-либо рода, если нет весомых доказательств. А у меня они были лишь косвенные: разведка узнала, что Казанские планируют устроить массовые погромы, поджоги, взрывы и протесты в своем городе, которые и сами бы проплатили. В итоге пострадало бы очень много невинных людей.

Потом Казанские бы заявили общественности, что докладывали обо всем императору, а он никак не отреагировал. Начали бы кричать со всех углов, что Дмитрий Романов слаб. А затем они просто объявят о своей независимости и отделении от основных земель империи! Вместе с некоторыми другими землями. У них действительно есть такой план.

Однако мне придется разочаровать Казанских. Границы империи неприкосновенны — это закон, который я сам и написал.

Вот сейчас сижу в машине по пути на встречу уже в другом городе, а ощущаю себя игроком, который раскладывает огромную партию не против одного человека, а против целого коллектива, но на мое счастье он не такой уж сплоченный — каждый двигается в свою сторону и думает о том, как будет лучше и выгоднее для него самого, а не для всех вместе.

Однако по отдельности выгоды у них не так много. И это только вопрос времени, когда эти аристократы объединятся против меня. За это время мне надо придумать достойный ответ.

Машина останавливается возле небоскреба, и я выхожу. Охрану брать с собой не стал — сейчас она мне ни к чему. Поднимаюсь на самый высокий этаж, и на этот раз меня безо всяких вопросов пропускают к Виолетте. Видимо, охранники еще с прошлого раза хорошо запомнили, что бывает, если не пропустить меня.

— Господин! — при виде меня Виолетта поднимается со своего места и подходит. — Поздравляю вас с победой!

Она крепко обняла меня.

— Вы не представляете, как я рада вас видеть в роли императора! — Виолетта говорила искренне.

— Лучше расскажи, как у тебя продвигается с родом Чернышовых.

— А вы не знаете? Не следите? — деланно удивилась она.

— Зачем мне тратить ресурсы, если я поручил это тебе? — усмехаюсь я.

— Ой, какое доверие! — широко улыбается Виолетта. — У меня готовы все отчеты, сейчас вам все покажу. Пройдемте.

Виолетта пригласила меня на просторный диван. Она взяла пульт, нажала кнопку, и из ячейки в потолке начал выдвигаться огромный телевизор. Свет в помещении потух.

Она открыла папку с множеством видеороликов и включила первый.

Там было видно, как люди Чернышова ехали по трассе на двух машинах. Они проехали на красный, и один из автомобилей врезался в гражданскую машину, которая в отличие от них ехала по правилам. Произошла серьезная авария. Но вместо того, чтобы разобраться по закону, люди Чернышова вышли из машин и принялись избивать гражданских, там было двое мужчин, которые им и слова сказать не успели. На бедняках вымещали всю злость…

Поднимаю бровь и вопросительно смотрю на Виолетту.

— Смотрите дальше, господин, — хитро улыбается она.