Когда есть ты

— Извини. Тим сказал, что когда он одалживает свою машину, то берет твой мотоцикл. — Большим пальцем руки он погладил ей ухо. — Если бы я знал, что ты возражаешь, я бы не стал суетиться.

Тон его голоса звучал действительно смущенно, и гнев вдруг куда-то улетучился. Она склонила голову к его руке, в душе проклиная себя за внутреннее удовлетворение.

Алекс прижался губами к ее лбу.

Она забралась в машину, пристегнула ремень безопасности и стала ждать. Хлопнула дверца, и через минуту они выехали на дорогу.

— Ты привык обо всем договариваться, да?

Он поднял бровь в недоумении.

— Звучит так, словно это плохо. Ведь я облегчаю жизнь.

— Себе.

— И тебе.

Именно это и беспокоило Зару в отношениях с Алексом Карлайлом. Одним взглядом, одним поцелуем и улыбкой он умел обезоруживать и приводить в трепет. Одно движение — и она теряла логику и здравый смысл.

Прошлой ночью она решилась поужинать с ним, но не спать. Затем убедила себя в том, что достойна одной ночи в его постели. Все менялось с ужасающей скоростью. И в ванной утром она опять позволила ему переубедить себя, согласилась еще на одну встречу.

Слабохарактерность — плохая черта, безволие всегда проигрывает.

Потерявшись в своих раздумьях, она поздно осознала, что они проехали уже пару кварталов.

— Разве мы едем не в отель?

— Нет. — Он бросил косой глаз в ее сторону. — Мы едем за город.

Зара выпрямилась.

— А если я работаю завтра?

— Ты работаешь?

— Мне нужно заниматься.

— У тебя с собой книги. — Он кивнул головой в сторону заднего сиденья. — Тебе нужны другие?

— Я… — Она раздраженно выдохнула.

— Помнишь, сегодня утром я просил тебя провести со мной еще одну ночь?

Как не помнить? После минут нескончаемого восторга, когда он нес ее в ванную, с нежностью заглядывая в лицо, и голос его подрагивал.

— Помню, — ответила она, словно вынырнув из сладостных грез.

— Ты сказала, что неуютно чувствуешь себя в отеле гранд-класса. Я решил, что нам следует провести вечер там, где ты будешь чувствовать себя вольготно. — Он переключил внимание на доро1у. — Хочешь заехать домой переодеться? Взять вещи?

— Куда ты меня везешь?

— Сюрприз. — На его губах появилась улыбка.

— Ты не можешь взять и похитить меня, — она пыталась спрятаться за обидой. Что он знает о ней, о ее пристрастиях и симпатиях?

— Я тебя не похищаю.

— Нет?

— Хотя меня посещала такая мысль. — В голосе зазвучали игривые нотки. — Завязать тебе глаза,

сделать несколько лишних поворотов, чтобы дезориентировать и завезти в глухое место.

— А наручники?

— Можем попробовать… если хорошенько попросишь.

Премилая картинка! Зара задохнулась от ярких обещаний и заерзала на сиденье. Приподняла плечи, чтобы расслабиться.

— И вовсе не стоит напускать на себя самодовольный вид.

Он рассмеялся. Смех его журчал, как весенний ручей, приятный, тихий звук, вовсе не похожий на самодовольство.

— Не волнуйся, милая.

Она перестала морочить себе голову и повернулась к нему. Свежевыбритые скулы и подбородок, серо-голубая рубашка-поло. Рука соскользнула с руля на ее бедро, приковав ее внимание. Темные волосы на тыльной стороне ладони, сильные мускулы. Боже, до чего доводят воспоминания! Ей нужно перестать думать о сексе, остановиться, прежде чем она станет причиной дорожного происшествия.

Зара глубоко вздохнула, сосредоточилась и заметила, что ее ногти глубоко впились в ладони. Слава богу, что она стрижет их коротко, иначе сейчас истекала бы кровью.

Девушка почувствовала, что нужно что-то сказать, что-нибудь первое, что придет на ум.

— Ты носишь джинсы.

— И?..

— Неожиданно.

— Можно сказать, я вырос в джинсах. Вдали от города, в сельской пустоши.

Она опять забыла об этом, обвороженная образом мужчины в стильном дорогом костюме. Даже обнаженный, он выглядел на миллион долларов. А его одежда — такая мягкая, изящная, роскошная. Ей казалось, она растает под жаром их тел.

Она даже забыла прошлые выходные в домике. В домике?

И тут ее осенило. Джинсы, джип. Какая же она тугодумка!

— Ты везешь меня в домик Сьюзи?

— Ты сказала, это твое любимое место. — Их взгляды на секунду встретились.

Он помнит. Он мог отвезти ее в любое место по своему желанию — мог посадить в свой самолет и улететь в любую точку планеты, — а выбрал самый простой, милый се сердцу уголок.

— Я подумал, ты оценишь тишину. Ведь тебе нужно заниматься.

— А ты?

— Я могу порыбачить.

Она сама сейчас походила на рыбку, на аквариумную гуппи. Хорошо еще, что он наблюдал за дорогой и не заметил ее раскрытого рта. Вот уж никому не ведомые инстинкты и мотивы! Она вспомнила, как он ходил из угла в угол, не в силах усидеть на месте и пяти минут.

— Ты ловишь рыбу?

— Вообще-то я небольшой спец в этом деле, — признался он.

— Могу поспорить, ты вообще никогда не берешь выходные.

Когда он не ответил, Зара продолжила поддразнивания.

— Ты захватил с собой работу? — Она обернулась. На сиденье высились коробки. Похоже, внутри магнитофон.

— Ух. Да ты подготовился не на шутку!

— Впечатляет?

Нет, она отказывается восхищаться его сноровкой.

— А ты все еще хочешь меня впечатлить?

— А разве не так поступают мужчины на первом свидании?

На первом свидании? Она чуть не поперхнулась.

— А вчера что было?

Он улыбнулся, но, несмотря на чувственность улыбки, голос остался ровным и невозмутимым.

— Ужин. Ты не помнишь?

— В таком случае мне не терпится увидеть, что же ты будешь вытворять на свидании.

Смех вышел густым, горячим, полным обещаний, он накрыл ее с головой, оглушил и ослепил. Да, она очень хочет провести с ним выходные, возможно, позже пожалеет о поспешности и неосторожности, но не сейчас.

Смех оборвался, она почувствовала, как его взгляд стал серьезным.

— Что? Почему ты замолчал?

— Залюбовался. Ты красивая.

Когда он так смотрит на нее, она почти верит в это. Но инстинкт самосохранения заставил ее отрицательно покачать головой.