Кольцо Нефертари

Ее фантом растаял, не прощаясь. По-английски.

Глава II Россия, Бутово

После работы Варя решила пройтись. Прохладное лето сделало неожиданный подарок, вспомнив, что ждавшие его с нетерпением москвичи, устали от целого месяца хмурой погоды и дождей. Долгожданное тепло вернулось только в конце июля, заполнив собой все уголки столицы. Яркая зелень листвы и особенно травы на газонах просто притягивали взгляд. Прохожие замедляли шаг с жадностью впитывая в себя эту красоту и гармонию, которой становилось все меньше в прагматичном мире.

Освободившись от суеты, затеянного ремонта в их библиотеке, девушка обдумывала вчерашний разговор с фантомом Мэри Вулверстоун, ненадолго ставшей московской пенсионеркой. Когда человек перестает радоваться мелочам, заслоняя их повседневными проблемами, его мир схлопывается в одну черную точку.

Варя никогда прежде не увлекалась вопросами физики ли философии, которые как-то определяли пространство и время, их взаимосвязь и влияние. Ее больше интересовали вопросы истории, о чем написаны миллионы книг и рукописей. Этот молчаливый мир открывался только пытливому и терпеливому уму, который стремился познать истину, погружаясь в документы разных веков, где время было просто некой дополнительной информацией, не влияющей на суть происходящего. Изредка время становилось упрямым аргументом в споре или анализе события, который жестко говорил, что в таком-то году чего-то просто не могло быть. Разбираться же в свойствах этого времени было недосуг. Теперь любительнице истории придется самостоятельно на то решиться.

Она пробовала урывками читать статьи на тему времени и пространства, чтобы понять почему время может замедляться, а пространство расширяться. Написанные, казалось бы, простым языком тексты, со скупыми строчками тривиальных алгебраических формул приводили ее в уныние. Описанные мысленные эксперименты были на удивление простыми, но волшебным образом приводили к странным результатам. Время то замедлялось, то могло остановиться вовсе, поэтому авторы статей казались Варе «наперсточниками», ловко обманывающими простофиль незаметными движениями ловких рук.

Но главное, она не могла связать рассуждения ученых мужей с давним разговором, когда ее наставник из глубин веков простыми словами пояснял, что нет прошлого и будущего, а есть единое существование всей энергии в данный момент. Девушке было легко согласиться, что всё есть энергия, а пространство и время это только координаты отсчета или метки, в которых она определена. В этом случае закон причинно-следственных связей вообще терял свой смысл, а реальность действия кольца Нефертари казалась вполне обыденной.

Побродив в раздумьях по любимым местам Москвы, Варя направилась к дому, где жили ее давние друзья Лиза с Иваном и малышками. Она утром созвонилась с Иваном и напросилась в гости. Когда ребята жили вдвоем, квартира была маленькая, в старом московском доме без балкона, с малюсеньким двором, внизу. После рождения двух детишек, они переехали в просторную трехкомнатную в новом микрорайоне. Тут все было под рукой – и магазины, и садик, и школа, только духом старой Москвы не пахло. Все менялось со временем, о котором любительница истории и хотела поспрашивать у Ивана, как мужчины, разбиравшимся в технике и всяких технических вопросах.

Ее с шумом и объятиями радостно встретила вся компания. Детям – Даше и Руслану – передалось восторженное настроение родителей при появление редкой гостьи, и они не отходили от тети Вари ни на шаг. Был накрыт обильный стол с красивой посудой и вазой с цветами, за которым хотелось сидеть и болтать обо всем на свете, но чаще всего звучали фразы, начинавшиеся с вопроса – а помните…?

Им действительно было что вспомнить – и похищение Лизы, которую навряд ли кто-то кроме Вари смог отыскать в пещере Алтайской Белухи, и поездка втроем на Ирландский остров Клэр, где та же Варька устроила пышное прощание останкам пиратки по имени Грэйс О’Мэлли, жившей несколько веков назад, спалив целый парусник. Когда все немного успокоились и уделили внимание вкусным блюдам, Иван с прищуром хитро посмотрел на гостью и в полголоса произнес.

– Сейчас Варька скажет, что ей срочно нужно на Багамы или на Филиппины.

– Не угадал, – улыбнулась Варя, – но слово срочно могу использовать.

– Сколько тебя знаю, – Иван поднял бокал с шампанским, – так было всегда. И пока ты не сказала суть, мы выпьем за эту атмосферу таинственности и готовности сорваться с места в карьер.

Лиза снисходительно улыбнулась мужу, покачав головой. Она была все той же красавицей с голубыми глазами, может, чуть округлились формы после рождения детишек. Ей порой казалось, что Иван скучает по тем бесшабашным дням их погонь, приключений и опасности, к которым Лиза немного ревновала. Для нее теперь главным стал дом и Даша с Русланом. Однако она не произнесла ни слова и стала ждать рассказа гостьи.

– Ребят, ничего особенного у меня в рукаве нет. Просто хотела спросить, что вы знаете о времени и каких-то там теориях, с ним связанных.

– Ты откопала машину времени? – попробовал пошутить Иван, но Варя отмолчалась. – Жаль, а то бы махнули куда-нибудь.

Лиза укоризненно посмотрела на мужа, и он начал вспоминать, все что знал на эту тему:

– Ну, у нас был курс физики. В теории относительности Эйнштейн представил математический аппарат, доказывающий, что время относительно. Зависит от скорости движения объекта. Короче – чем ближе скорость движения к скорости света, тем больше возрастает масса движущегося объекта, а время, в котором он движется замедляется. Например, космонавт вернется из путешествия на землю моложе своего близнеца, оставшегося на земле. Потому что при движении в космосе с околосветовыми скоростями, будильник на борту будет тикать медленнее. Как он переживет увеличение своей массы при околосветовых скоростях, никто не знает.

Дамы притихли. Уважительно слушая такое повествование.

– Еще читал, что в суперкомпьютере, работающем на очень высокой частоте, время тоже как-то там отличается от часов, лежащих на столе рядом. Это следствие того, что Эйнштейн вывел формулу, по которой величина скорости света константа, то есть не меняется. Тогда изменение скорости, компенсируется изменением массы.

– А если, – неожиданно прервала его девушка, – позвонить сразу в два разных города, в которых сейчас разное время. Ну, в первом на пару часов позже, чем у нас, а во втором на пару часов раньше. У них изменится прошлое и настоящее?

– Все относительно, утверждал Эйнштейн – стал рассуждать ученый муж. – Относительно нас нет, а относительно времени, которое в одном случае наступит, а в другом давно прошло, может измениться, если в эти города двигаться медленно. Если со скоростью света, то, думаю, что – нет.

– И как оно может измениться? – не выдержала Варя.

– Например, должны прилететь Симас и Мэрти. Если они в этих городах, то один узнает до отлета своего самолета, что мы его будем встречать, а другой уже улетит по местному времени.

– Но звонок прошел очень быстро.

– Да, но во втором городе уже сейчас прошло наше время суток, поскольку там другая система отсчета.

– А если все синхронизируются одинаково, то есть везде, как у нас восемь вечера, и звонок идет одинаково быстро?

– Тогда разницы никто не заметит.

– А как же быть с прошлым? – настаивала Серая мышка.

– Никак. Его же уже нет.

– Но, если оно существует…. Ну, там. В параллельных мирах.

– Ну, Варька, ты даешь, – почесал затылок Иван. – Помниться, проходили мы в квантовой физике неопределенность Гейзенберга, которая гласит, что нельзя одновременно точно вычислить импульс частицы и его координату. Например, если точно зафиксировать положение объекта в коробке, его импульс будет размазан до бесконечности.