Колдун

– Наташа?! – говорит орк удивлённо, подходя к огру.

– Ыыы, Павл! – радостно ревёт та, и аккуратно обнимает здоровяка. На её фоне он уже не кажется таким большим. – И Маш, хорошо!

Они все обнимаются, а я думаю, что нам повезло, ведь сработанная команда — это то, что сейчас нужно. И вот теперь у меня появилась надежда на то, что всё закончится хорошо.

Глава 16

Машина мчится по кольцевой вокруг города, я держу за руку Янаю, и мне хорошо. Возможно, в последний раз в этой жизни хорошо, никто не знает, что нас ждёт на том заброшенном заводе. Орчанка категорически отказалась лезть в десятку и сидеть рядом с демонессой. Сказала, что не для того её дед воевал, что бы такие как рогатая топтали эту землю. Суккуба никак на это не отреагировала, а я предложил Павлу садиться к нам – ему на все эти условности было плевать, он детдомовский. Орк занял полтора места, я сел в середине, и сейчас прижимался к девушке у окна. Она держала меня за руку, время от времени поглаживая ладонь большим пальцем, и чуть улыбаясь – ей тоже было хорошо.

– Павл, слушай, гранатомёт придётся оставить. – говорю ему осторожно.

– Это ещё почему?! – рычит он недовольно: - Там же какое-то старое здание.

– Во-первых – если обвалится всё, и нас завалит, что будем делать? – спрашиваю его: - А во вторых - у мага заложница, а может даже не одна.

Если ещё жива – это я уже не говорю в слух. Не хочется верить, что всё зря.

– Маш что-нибудь придумает, не беспокойся, гоблин. – рычит орк, видимо довольный тем, что снова меня обозвал.

– Слушай, чего ты всё меня гоблином называешь, а? – злюсь я: - Я вообще то тоже орк, хоть и наполовину.

– Ладно тебе, «орк», хех. – усмехается Павл, и треплет меня по голове, со словами: - Хочешь быть орком – буду звать «орк», так бы и сказал сразу.

Ничего не отвечаю, поворачиваюсь к окну и смотрю на пролетающие мимо фонари. Нас не останавливают, машины милицейские, хоть и без мигалок едем. Эльф включает радио, чтобы разогнать тишину, и оно начинает петь голосом известной эльфийки, поп-артистки, она, надрываясь, выдаёт припев своего очередного хита:

Это твой город снов

Забытое пророчество

Это мой город снов

Обитель одиночества

(Светлана Владимирская – Город Снов)

Когда сворачиваем с кольцевой, начинаем углубляться в промышленный район. По бокам вижу частные склады с вывесками, автобазы, даже один таксопарк и множество кустарных мастерских для автомобилей. Всё это кое где обнесено серыми бетонными заборами, иногда обычными сеточными. Машина останавливается, и мы начинаем выходить.

– Отсюда пойдем пешком, нечего шуметь. – говорит эльф.

Я согласно киваю, проверяю автомат и снимаю с предохранителя. Орки уже успокоились – поверили, что операция санкционирована милицией. Да ещё и деньги заплачены неплохие. По всему выходит мы их подставляем, если ничего не выгорит. С другой стороны – если операция провалится, то все будут мертвы. Так что тут как не крути, они всё равно ничего не поймут.

Вокруг щёлкают затворы автоматов, перезаряжаются пистолеты. Кое кто прыгает, проверяя как сидит разгрузка и защита. Наташа разминается, и не мудрено – столько времени провести в положении сложенного матраца. Только Яная без оружия, когда ей предложил эльф хоть что-то из имеющегося, отказалась, показывая огонь на своей ручке. Андриэль пожал плечами, и больше не предлагал.

Оглядываюсь – всё та же серость, а небо затянуло тучами, видимость очень плохая. Применяю заклинание ночного зрения, из своего маленького арсенала колдуна. Картина немного проясняется – теперь вижу всё более-менее отчётливо, хоть и потерявшее почти все цвета. Слева пустырь, тянется куда-то в даль, что там дальше – не разобрать. Справа заброшенные здания то ли бывших складов, то ли заводов, стёкла в них побиты почти все. А вот далеко впереди комплекс зданий, четыре больших трёхэтажных строения – наша цель. Света нет ни в одном видимом мне окне.

– Всё в порядке? – спрашивает демонесса, подошедшая сзади.

– Ты сняла медальон? – спрашиваю её.

– Я… - начинает она, но запинается, потом наконец отвечает: - Если что-то случится, хочу умереть собой.

– Всё будет хорошо. – успокаиваю её.

Снова оглядываюсь, когда заканчиваем обниматься с демонессой, и вижу, что все смотрят на нас. Киваю остальным и говорю:

– Сейчас накину на всех отвод глаз.

– Не надо, маленький гоблин, я сама. – подмигивает мне Маш: - Нечего тебе свой и так небольшой резерв тратить.

Вот язва, не может всё никак угомониться. И видит же, что я бешусь от этого каждый раз, а всё туда же. Всех обдаёт приятным ветерком, и я чувствую магию духов. Всё, теперь нас не разглядишь и с десяти шагов, что уж говорить про часовых в окнах, которых может и не быть. Вот что значит военные заклинания, чувствую, что и звук от нас тоже глушиться.

– Выдвигаемся. – просто говорит эльф, и мы идём по двое.

Я с Янаей замыкаю наш небольшой отряд, впереди идут Наташа и Павл, сразу за ними Маш, которая сейчас сканирует всё пространство. Дальше эльф с оперативниками.

Вокруг ни одной живой души, ни крысы, ни собаки, ни кошки. Что очень странно – в таких местах должно быть много всякой мелкой живности. Пару раз Маш всех останавливает, прислушивается к чему то, но потом даёт отмашку, и мы идём снова.

У Наташи в одной руке большой тактический щит, а в другой таран. Весит он, судя по виду неплохо, мы бы вдвоём с эльфом без помощи магии не унесли. На спине висит армейский пулемёт с заряженной лентой и заменённой ручкой, и скобой под лапу огра. Пробираемся всё дальше, идём так же осторожно, и через десять минут оказываемся у полуразрушенного забора.

– Ты не чувствуешь тут своих родичей? – спрашиваю тихо Янаю.

– Что-то было такое, но, по-моему, это просто эхо, если они тут и появлялись – то давно. – говорит она, и добавляет задумчиво: - Или хорошо маскируются, но ведь нас это не остановит, и ты всё равно пойдёшь за эльфийкой?

– Если бы ты была на её месте – я бы поступил точно так же. – отвечаю ей серьезно.

– Я знаю, поэтому и с тобой. – пожимает она плечами.

Продвигаемся за забор и идём к первому зданию. Дверей у него нет, и постояв немного в отдалении, ждём пока Маш даёт отмашку что всё чисто, начинаем заходить. Сначала орк с Наташей, прикрывающей его щитом с фланга, потом остальные. Снаружи остаются Сергей и Влад, а мы продвигаемся вглубь.

– Пусто. – говорит Маш.

– Я тоже ничего не чувствую. – поддерживает её Марик.

Все оборачиваются к нам с Янаей, девушка пожимает плечами и переводит взгляд на меня. Я киваю, и сжимаю жёлудь в кармане. Чувствую его почти точную копию где-то рядом. Пытаюсь определить направление – а оно показывает вниз, под землю.

– Подвал. – говорю через половину минуты.

Орчиха что-то делает, нюхач не отстаёт от неё. Так продолжается ещё минут пять, первым сдаётся Марик. За ним своё бессилие признаёт орчанка, плюёт на замусоренный пол, со словами: