Коллекционер

О, картины, так все-таки он коллекционирует живопись. Очень интересно.

Что за условие?

Выпейте со мной.

Выпить?

«Что ж это за коллекция, на которую нельзя смотреть в трезвом виде?» - Я с трудом подавила нервный смешок.

Данила тем временем легко поднялся на ноги и, подойдя к огромному стеклянному шкафу, достал бутылку янтарной жидкости и два бокала. Через минуту он уже разливал напиток, а я гадала, что же это: виски, коньяк? Приняв бокал, вопросительно приподняла бровь.

У меня довольно специфические пристрастия, но, надеюсь, вам понравится.

Эх, ладно, чтобы получить хороший материал для статьи, я готова выпить что угодно.

Пригубив напиток, тут же закашлялась, чувствуя горечь на языке. Огненная жидкость обожгла нёбо, лишив на мгновение способности дышать. Ром, причем не самого лучшего качества. И это предпочитает пить человек, который может себе позволить самый дорогой алкоголь на свете? Откашлявшись, я отставила бокал и, стараясь придать своему лицу как можно более невозмутимый вид, проговорила:

Ну вот, теперь мы можем посмотреть коллекцию.

Оставлять ром недопитым – плохая примета. Мы выпьем все до дна, и я покажу вам картины.

Вы решили напоить меня?

Данила прищурился и рассмеялся, вновь присаживаясь на подлокотник моего кресла.

Давайте сыграем в игру: я задаю вам вопрос, если не желаете отвечать, делаете глоток, отвечаете - я отпиваю из вашего бокала.

Хорошо, но после каждого вашего вопроса, я задаю свой.

Ника, а вы умеете торговаться. Договорились. Итак… Вы девственница?

Нет, - довольно ухмыляюсь, наблюдая как Данила, наклонившись, касается губами стакана, который я все еще держу в руках. Пригубив ром, мужчина выпрямился, ожидая моего вопроса, и я не заставила себя ждать:

Что изображено на ваших картинах?

Люди. Такие, какие они есть на самом деле. С их пороками, страхами, тайными желаниями, которые они, порой скрывают даже от самих себя.

Но…

Т-с, теперь моя очередь, - Данила окинул меня взглядом и многозначительно улыбнулся.

Какая ваша любимая поза в сексе? – я молча отпила из бокала, стараясь не морщиться.

Хрипло рассмеявшись, мужчина пробормотал:

Я не сомневался…

Почему люди покупают ваши картины и не показывают их общественности?

Не хотят, чтобы весь мир увидел их истинное лицо.

В голове крутился еще миллион вопросов, а ром будоражил кровь, подогревая интерес к экстравагантному мужчине, что сидел недопустимо близко, так, что я чувствовала его обжигающее дыхание на своем лице.

Ника, у вас есть тайные желания? Фантазии, о которых вы никому не рассказываете?

Видимо, алкоголь придал мне смелости.

Это же вы у нас мастер видеть людей насквозь, так что не вижу смысла отвечать, - дерзко взглянув в серые глаза Данилы, я осушила бокал и поставила его на журнальный столик.

Я хочу увидеть коллекцию.

Пройдемте, - стараясь не замечать на себе наглый взгляд, который будто раздевал меня, я встала с кресла. Не могу сказать, что мне были противно столь фамильярное поведение Данилы и его недвусмысленные намеки - творческие люди не отличались особой сдержанностью в своих желаниях, и я уже привыкла к этому. К тому же, не буду врать, что этот мужчина был мне противен - он одновременно интриговал и волновал меня. Нет, я не собиралась прыгать к нему в постель, но столь откровенное проявление желания очень льстило моему самолюбию, хотя я сама не до конца понимала почему.

Небольшая полутемная комната на втором этаже. Окна задернуты черной тканью, чтобы не допустить контакта картин с солнечным светом, а на стенах весят полотна. Я насчитала с десяток холстов, написанных в разных стилях, но объединенных одной весьма интересной деталью: на всех картинах были изображены женщины, обнаженные женщины. Значит, Данила не обманул меня, он действительно обладает весьма любопытной коллекцией.

Как вы выбираете художников, чьи картины попадут в вашу коллекцию? – дверь позади меня закрылась, издав тихий щелчок, и я услышала шепот у самого уха:

Я – автор всех этих полотен.

Но… Они же написаны в разных стилях… - не верилось, что я смогла своими глазами увидеть работы Данилы - раньше это не удавалось ни одному журналисту.

Я весьма недурно умею подражать мастерам старой школы.

И как давно вы…

Тс-с. Сейчас я хочу поговорить о вас, - он быстро развернул меня лицом к себе и, подтолкнув, прижался теснее, так, что я оказалась в ловушке, зажатая между стеной и его телом.

Обо мне? – мужская ладонь коснулась шеи, заставляя вздрогнуть, а пристальный взгляд подчинял, вынуждая забыть о сопротивлении. Боже, какие у него руки, от каждого шелковистого прикосновения меня буквально прошибает током.

Зачем вы прячете свои прекрасные локоны в этот уродский пучок? – чувствую, как Данила пальцами зарывается в мои волосы, распуская тугой узел. Борюсь с желанием прикрыть глаза, подчиниться неге, которая неспешно разливается по всему телу. Со мной такое впервые, он будто опутывает меня сетями: своим хриплым голосом, властным взглядом и неспешными ласкающими прикосновениями.

Ника, откуда у вас привычка скрывать свое великолепное тело под столь ужасными платьями? Я все интервью мог думать лишь о том, как вы выглядите без этих тряпок, – его вторая рука медленно скользит по моей шее вниз. Подушечки пальцев дерзко ласкают нежную кожу над вырезом платья… Это на мгновение отрезвляет.

Так, стоп, это уже перебор! За кого он меня принимает, раз позволяет такие вольности по отношению к совершенно незнакомой женщине?! Пытаюсь сфокусировать затуманенный взор на лице Данилы и замираю, осознав, что проиграла. Его лицо напряжено, челюсти крепко сжаты, а в глазах пляшут черти от едва сдерживаемого возбуждения. Боже, передо мной будто свирепый зверь, готовый в любой момент наброситься на свою жертву, растерзав ее. Никогда не видела столь откровенного желания на лице мужчины, это заставляет кровь быстрее бежать по венам.

Не надо… - прошептала жалобно, вжавшись спиной в стену позади, понимая, что сил оттолкнуть Данилу, у меня попросту нет.

Почему «не надо»? Вы же хотели узнать мои мысли, верно? Хотели вывести меня на эмоции. Я лишь исполняю ваши желания.

Я не хочу этого слышать.

Нет? Уверены? И вы не становитесь влажной, осознавая, что я до ужаса хочу вас? Что единственное, о чем я могу думать последние пару часов – как вы будите лежать обессиленная, абсолютно нагая на моей постели после того, как я…