Комбат

Девушка могла поверить сейчас во все, что угодно, даже в то, что за ней охотится весь город. Пригнувшись, она побежала по внутридворовому проезду, продралась сквозь кусты и затаилась, присев за скамейкой. Другого выхода из двора не было.

"Ну все, – подумала она, – теперь мне конец!

Отбегалась, отпрыгалась, отпелась, отплясалась…" – и вжала голову в плечи.

Во двор спокойно заехало такси и остановилось у одного из подъездов. Шофер вышел проверить, тут ли расположена квартира, в которую его вызвали. Но вновь преодолеть освещенное пространство у Наташи уже не хватило смелости.

Она дождалась, пока дверь подъезда Андрея Рублева открылась, и на крыльце показался Пружина с чемоданчиком в руках. Он щурил подслеповатые слезящиеся глаза, размазывал по лицу носовым платком коричневое средство для обуви. Чуть ли не ощупью добрался до своей машины и тут же выехал со двора дома, где ему, наверное, впервые в жизни так обидно не повезло.

Наташа просидела за лавкой еще с полчаса.

Убедившись, что таксист поджидал не ее, а увез пассажиров, убедившись, что грабитель не возвращается, она рискнула выйти в арку. На улице никого подозрительного не обнаружилось, и девушка беспрепятственно пробежала два квартала.

Запыхавшись, она остановилась возле ночного ларька, торгующего жевательной резинкой, сигаретами, презервативами и разведенным спиртным в жестяных банках. Купила пачку сигарет и выкурила две без перерыва.

«Нет уж, к черту! Мне такие приключения не по нутру. Еще немного и я бы умерла от разрыва сердца».

Немного успокоившись и убедившись, что ее жизни больше ничего не угрожает, Наташа двинулась к метро. Вновь возле нее протекала обыкновенная, спокойная жизнь. Никто никому не угрожал, никто никого не преследовал. Она еще точно не решила, что станет делать теперь.

Ей хотелось одного: добраться домой, выпить немного спиртного, лечь и успокоиться. А там видно будет.

«Лучше бы уж я купила бы не сигарет, а банку джина с тоником».

Дорогу от метро до дома своей тетушки она прошла пешком, полагая, что прохладный воздух и дождь остудят ее разгоряченное воображение. Но на самом подходе к дому она замедлила шаг.

«Принесла нелегкая!»

Въехав двумя колесами на бордюр, стоял забрызганный грязью «фольксваген-гольф» с тем самым номером, что и во дворе дома Андрея Рублева. Наташа остановилась. Она все еще сомневалась. Но когда увидела сквозь стекло на заднем сиденье знакомый кожаный чемоданчик, а на дверной ручке следы средства для обуви, у нее потемнело в глазах. Она опомнилась только когда оказалась на другой стороне улицы под прикрытием подворотни.

«Нет уж, домой я не пойду, хватит с меня!»

Девушка увидела подъезжавший к остановке автобус и успела-таки догнать его в самый последний момент, когда тот закрывал дверь.

Она уселась на скрипучее сиденье у окна и смотрела на застывший возле ее дома белый «фольксваген». Когда же тот исчез за поворотом, она принялась перебирать в уме адреса своих подруг и знакомых, способных приютить ее на какое-то время.

Глава 13

В последние два дня бандиты оставили Андрея Рублева в покое. Это произошло после того, как он под угрозой приставленного к виску пистолета позвонил в банк и наплел черт знает что об инфаркте, случившемся с его братом. Как злился на себя Андрей, когда говорил в трубку о том, как плохо сейчас комбату!

«Боже мой, – думал Рублев, – да если бы они видели моего брата собственными глазами, то сразу бы поняли, что это полная чушь. У такого человека не то что инфаркт, с ним и насморк случиться не может!»

Но из всех сотрудников банка лично Бориса Рублева знал только Чесноков, который, к сожалению, ничем теперь Андрею помочь не мог, как, впрочем, никто не мог помочь и ему самому. Неумолимо приближался день, когда четыре миллиона долларов прибудут из Шеннона в Пулково, а он, Андрей, ничего не может поделать. Его кормили, можно даже сказать, вполне неплохо для пленника. Больше никто не пытался что-либо узнать от него. А зачем? Тот, кого называли Хозяином, все знал. Рублев-младший прекрасно понимал, что кличка Хозяин вымышленная, подобная кличка у бандитов не в ходу.

Но настоящего бандитского имени этого страшного человека он не знал, никто ни разу не назвал при нем Червонца Червонцем.

Уже после обеда, накануне ограбления, в доме, где расположились бандиты, наблюдалось оживление. Андрей прекрасно видел сквозь зарешеченное окно сарая, как люди снуют от гаража к дому, бегут обратно. Они выносили оружие, абсолютно не прячась от него. Да и кто мог заглянуть во двор через высокий забор? Дом располагался на отшибе, в стороне от шоссе, подъезды к нему прикрывали знаки, запрещавшие въезд. Андрею впервые приходилось видеть кое-что из специального снаряжения. Вот если бы сейчас бандитов увидел Борис Рублев, он без труда распознал бы автоматы с подствольными гранатометами.

Всю свою амуницию бандиты погрузили в два джипа.

Главарь банды, настоящая кличка которого была Червонец, а совсем не Хозяин, усилил охрану сарая, в котором находился Андрей Рублев.

– Если с ним что-нибудь случится раньше времени… – зловещим шепотом обратился он к молодому, наголо постриженному парню.

– Он тихо себя ведет, Червонец.

– Это-то мне и не нравится.

– По-моему, он уже смирился.

– Ничего и никогда нельзя знать заранее, – скривился с ухмылке главарь, пытаясь заглянуть в темный сарай сквозь зарешеченное окно.

Андрей лежал на составленных вместе ящиках и жадно курил. Сигареты ему выдавали исправно.

– Смотри, чтобы сарай не поджег!

– А какой ему смысл, Червонец? Сгорит же вместе с барахлом.

– Вот этого мне и не нужно.

Бандиты сели в машины, всего восемь человек. Тяжелые ворота беззвучно открылись на хорошо смазанных петлях, и вскоре звуки работающих двигателей затихли в лесу. Уже подъезжая к шоссе, Червонец вытащил рацию и связался с людьми, несущими охрану возле сарая.

– Будете выходить на связь каждые двадцать минут. И докладывайте, даже если все будет спокойно.

– Сделаем, – прозвучал короткий ответ.

Червонец отложил рацию на сиденье рядом с собой и напряженно стал всматриваться в дорогу, то и дело поглядывая и в зеркальце заднего вида. Решился он на нешуточное дело, поэтому мог ожидать всяких неприятностей. И хотя он чуял нутром, что все пройдет гладко, не переставал волноваться. Иногда у него возникало желание дать команду развернуть машины. Он бы с удовольствием так и поступил, но как тогда отдать долг москвичам? Как уберечь собственную голову? Иного выхода, кроме ограбления банка «Золотой Дукат», он не видел.

Пять дней, имеющихся в его распоряжении, Червонец не потерял. Он в деталях разработал весь план нападения на броневик. Кое о каких деталях знали самые близкие его подручные, но весь план целиком знал только он один. И вот теперь эти четверо посвященных – сам Червонец, мастер по открыванию замков Пружина и еще два боевика – Дулеб и Тхор – сидели в головном джипе. Во втором джипе за ними следовали еще четыре боевика, которым отводилась в ограблении довольно ответственная роль. Но она не могла сравниться по своей сложности с тем, что предстояло совершить первым четырем.