Константин

Вздохнув и вырвавшись из тяжких воспоминаний, я откупорил первую бутыль с сидром, и отхлебнув приличный глоток, ворчливо протянул – Так себе питье, кислятина.

Неожиданно, позади меня, что-то громко брякнуло. Подскочив от неожиданности и выплеснув на себя изрядную порцию напитка, я резко обернулся. Ничего, лишь неясные застывшие тени древней мебели да тихое попискивание мышей под покоробленными половицами.

Немного подождав, я пожал плечами и сетуя на испорченный джемпер, постарался оттереть куском свисающей с кресла парусины, разползающееся в районе груди, пятно. Размазав сидр по всему передку джемпера в сердцах плюнул и оставил все как есть. Когда просохнет, там и увидим. В крайнем случае у меня есть с собой запасной. Не хотелось бы явиться на похороны в неподобающем виде.

Вытянув из пачки запечатанный конверт, я вскрыл его и углубился в чтение. Однако, через пару минут, залитый краснотой по самую макушку, свернул послание и сунув обратно в общую кучу, смущённо буркнул – Кто бы мог подумать.

Оказывается мысли Марики были не столь целомудренны, как я полагал. Вернее, даже наоборот, воображение ее ввело меня, теперь уже взрослого искушённого жизнью мужчину, в полнейший ступор. Девица, описывала свое плотское влечение к любимому в таких подробностях, что даже мое тело невольно среагировало на столь откровенные признания.

Конец ознакомительного фрагмента.