Копье чужой судьбы

– Кажется, юридический.

– Это с ее-то прошлым?

– Не знаю, как ей удалось.

– Кто муж?

– Директор. Работает в картинной галерее. Видела его, импозантный такой старикан.

– Та-а-ак, – протянул Дуло, – детей двое?

– Двое.

– Она блондинка?

– Блондинка с длинными волосами… Откуда вам это известно?

– Знаю похожую женщину. Только ту женщину Марией зовут. И фамилия у нее другая.

– Что касается имени, Маринке всегда нравилось имя Маша. Она просила так ее называть.

– Встретимся с вами еще раз, – сказал Дуло.

– Зачем? – спросила Ольга.

– У меня нет с собой ее фотографии.

– Здесь адрес моей электронной почты. – Она протянула визитную карточку. – Пришлите фотографию, и я напишу, Иванова это или не Иванова.

– Идет.

Когда они попрощались и уже разошлись в разные стороны, Ольга Мякишева обернулась.

– Она сделала что-то плохое?

Чувствуя, что нужно сказать правду, Дуло ответил:

– Похоже, да.

– Спасибо, – улыбнулась ему Ольга. – Вернули меня на землю. А то я чуть не поверила, что люди могут меняться.

Ночь выдалась душной. Где-то на западе за домами сверкали зарницы. Пройдя до машины, Сергей почувствовал, как тело покрылось испариной. Воздух сделался густым и тягучим, казалось, для того, чтобы дышать, нужно приложить немало усилий.

По дороге домой Сергей позвонил Курочке.

– Встретились? – спросила она.

– Встретились.

– Что-нибудь рассказала?

– Рассказала. Что у тебя новенького? Как Михайлов?

– Без изменений.

– С его матерью говорила?

– Сергей Васильевич, поздно уже. Теперь только завтра.

– Ладно, звони.

Домой он пришел в первом часу ночи. Полина еще не спала, перебирала какие-то вещи. По ее лицу было видно: ей нет до них дела, она ждала, когда вернется Сергей.

– Ездил в «Останкино», разговаривал со свидетельницей. – Он обнял жену. – Поставь чайник, а я – в душ. Выйду, попьем чайку, все расскажу.

Включив холодную воду, Сергей встал под душ. Хотелось лишь одного: избавиться от жары.

На кухне за круглым столом его ждала Полина. Дымились две чашки крепкого чая, на тарелке лежало печенье, без которого не обходилось ни одно совместное чаепитие.

Сергей рассказал все, что узнал вчера и сегодня, начиная с того, что отпечатки на жемчуге идентифицированы, и далее по ходу событий: разговоры с соседкой Ивановой и завучем школы. Наконец, то, что поведала Мякишева. В заключение описал визит к Кочаряну.

– Если все подтвердится, значит, к делу причастны Варовские, – заметил Сергей.

Полина мгновенно забыла о том, что всего час назад подозревала мужа в измене.

– Не может быть, – изумилась она.

– Варовский с женой провели ночь в триста одиннадцатом номере, через две двери от Пиньеры. Кочарян видел, как после пяти утра они заходили в номер старика.

– Но ведь тот был уже мертв.

– А кто может поручиться, что они не побывали в его номере за три часа до того?

– Нет… – Полина вскочила на ноги, потом опять села. – Как мог Варовский?.. В это трудно поверить. Теперь ты понимаешь, почему с официантом расплатились за шампанское, которое не заказывали?

– Умница, догадалась, – улыбнулся Сергей.

– Конечно. Варовский надел халат старика…

– …и вышел к официанту Ягупову.

– Теперь все прояснилось.

Полина не чувствовала ни тени злорадства. Не было никакого желания крикнуть Варовскому в лицо: «Сам вор и убийца, а меня обвинял». И не потому, что факт его причастности был не доказан, а потому, что не могла соотнести страшное преступление с личностью директора галереи.

– Если подтвердится, что Мария Варовская и Марина Иванова одно и то же лицо, я даже не знаю… Она – ужасный человек.

– Нужно отыскать ее фотографию и выслать на электронную почту Ольге. – Сергей положил на стол визитную карточку Мякишевой.

Схватив визитку, Полина ринулась в комнату. На ходу сообщила:

– У Варовской есть профиль в социальных сетях. Пять минут – и все будет готово.

Сергей тоже встал и пошел следом. Она сидела за ноутбуком.

– Вот…

– Покажи фото Варовской, – попросил он.

Полина развернула экран ноутбука. Сергей склонился. С экрана смотрела белесая женщина со светлыми волосами. Сколько ни старался, ему не удалось разглядеть в ее внешности демонических признаков.

– Я бы сказал – никакая, – резюмировал он.

– Мне ее охарактеризовали как подлую серую мышь.

– Кто?

– Рита Беленькая. Я тебя с ней знакомила.

– Что еще она говорила?

Полина последовательно пересказала то, что узнала от Беленькой. Заодно припомнила случай, когда Маруха заняла Ритин стол.

– Как ты сказала? – остановил ее Дуло.

– Маруха…

Сергей всмотрелся в лицо Варовской.

– Маруха, – повторил он и понял, что это прозвище завершило картину.

– Ко мне сегодня приходила Еремкина, – сообщила Полина.

– Этой что от тебя надо?

– Поревновать, обругать, исполнить устрашающий ритуальный танец.

Сергей улыбнулся.

– По поводу Кириченко?

– Да, она обещала все рассказать тебе.

– Ничего не имею против.

– Пообещала, что мне будет еще хуже. Согласись, трудно представить ситуацию хуже той, в которой я уже нахожусь.

Сергей снова ее обнял.

– Не преувеличивай. Когда мы вместе, наша семья – броня.

– Семья… – Полина резко поникла. – Диана сказала, что у нас с ней много общего. Ни у нее, ни у меня нет детей. Я ответила, что в отличие от нее у меня есть шанс их завести.

– Жестоко, – Сергей отстранился. – Хотела сделать ей больно?

– Нет.

– Тогда зачем?

– Затем, что хочу ребенка.

– Мы уже говорили об этом.

– Знаю: если Бог даст – хорошо. Нет – вдвоем проживем. Я прекрасно помню тот день в больнице, когда в палату пришла врач…

Сергей забеспокоился.

– Прошу тебя… Не надо, не вспоминай.

– … Я запомнила каждое ее слово. – Полина подняла на мужа глаза, полные слез. – Она сказала: «Если только случится чудо». – Полина заплакала. – Но я хочу… Я хочу родить, хочу держать малыша в руках. Хочу обнимать, целовать его пальчики. Хочу-у-у…

Она зарыдала так горячо, что Сергею пришлось снова ее обнять и крепко прижать к себе.

В этот момент на экране появилась информация о новом письме в электронной почте.