Корейский дрифт

— За что спасибо, Арым? — я схватила палочками кимчхи и мы встретились с девушкой взглядом.

— За то, что моя сестра впервые за два года рассмеялась не наигранно, а искренне. Это… Бесценно для меня.

Арым посмотрела на Пончика, и как-то странно хмыкнув, поднялась:

— Ты куда, Арым? — Аран тут же посмотрела на свою сестру, но Арым только покачала головой и выдала:

— Ты останешься здесь, более того, я крайне настаиваю чтобы в моей дыре осталась и невестка! — закончила девушка, и подвинув ставни в две другие комнаты, включила там свет.

— Я приготовлю тебе спальное место, Даниэла, — безапелляционно заявила Арым и скрылась в одной из комнат.

"Отлично. Так даже лучше! В таком захолустье нас хрен кто-то вообще искать до свадьбы Пончика будет!"

— Идеально! — я хлопнула стопку соджу и потянулась за бутылкой, когда мою руку перехватили, и убрали алкоголь.

— Хватит! Пошли! — Пончик переглянулся с братом и резко поднялся, схватив меня за руку и вздернув с пола, — Идём!

Я в недоумении натянула парку и обувшись на крыльце, только тогда задала резонный вопрос:

— Что вы затеяли и без меня?

А то что они с Чжон Воном явно уже что-то выдумали под рюмку соджу было неоспоримым фактом.

— Иди сюда! — Пончик опять схватил меня за руку и потащил за хозяйственную пристройку.

Если бы я знала, что меня поволокли проводить осмотр ротовой полости, я бы этому идиоту поднаддала ещё в доме. Однако всё выветрилось из головы, как только меня прижали к стене сарая, или какого-то хламо-сборника, и у меня онемели ноги.

Волна из лёгкого жара поднялась сразу, как мой язык мягко коснулся языка Пончика, и мы вжались друг в друга крепче. Его руки в моих волосах, мои на его груди, пытаются удержать равновесие тела, хватаясь за гольф Ши Вона. Мышцы на груди Пончика напрягаются и я кайфую от того, как он начинает мелко дрожать будто в нетерпячке, или просто горячке.

Нас лихорадит, мы не виделись всего несколько дней, а у меня чувство, что прошла целая вечность в полной и беспросветной скуке.

"Я действительно скучала за этим полудурком…" — пронеслось в голове, когда мужские пальцы нежно гладили мой затылок, скулы и лицо. Ко мне прикасались с такой бережностью, будто я могу рассыпаться, а в другой момент будто включатель срабатывал, и всё менялось в совершенно другую сторону. Тяжёлые выдохи, дрожь во всех конечностях и бешенный, невозможно любимый взгляд напротив.

"Итак шел шестнадцатый день моего фиктивного брака. И теперь время пришло признаться себе самой, что я влюбилась, и мне, бл***, охереть как нравится этот мужик. Да, он непонятный и местами наивный. Да Пончик — парень с кучей проблем и двумя катастрофами, в виде собственной бесхребетности и двух ведьм, которые помыкают им. Однако… Я балдею, когда этот мужчина прикасается ко мне, я таю от того, как он мягко и почти невесомо покрывает мелкими поцелуями моё лицо. Я забываю обо всём, когда Ши Вон смотрит в мои глаза, а улыбка, появляясь на его лице, заставляет гореть и взгляд. Мы счастливы просто стоять и обниматься у старого сарая. Смотреть друг другу в глаза, находясь по лодыжку в болоте. Нам плевать, что начался мелкий снег, который белой крошкой покрывает нас сверху, словно укрывая от чужих глаз…"

— Я не отпущу тебя никогда, — слышу тихий шепот, — Прости за всё что нас ждёт впереди. Извини, что такой придурок как я, втянул в свои игры невероятную девушку. Ты не заслужила такого, Дана.

— Ты будто прощаешься со мной, Ши Вон, — я нахмурилась, а он лишь крепче обнял меня, и я сильнее вжалась в его грудь лицом, мягко и медленно вдыхая запах духов Ши Вона.

— Я боюсь, что тебя отберут у меня. Мне страшно теперь представить, что делать без того чувства, которое помогает мне наконец, дышать свободно. Понимаешь, малышка, я наконец-то могу поднять голову вверх и смотря на солнце, просто улыбнуться тому, что оно согревает моё лицо. Это необъяснимо, но я занимался эти дни совершенно дебильными вещами.

— Какими? — я подняла лицо, а потом рукой аккуратно стряхнула снег с челки Пончика.

— Я перебрал твой байк, и заменил всё так, чтобы моя девочка могла ездить безопасно. Накупил тебе целую гардеробную тряпок, которые вероятно ты и не наденешь. Хотя, всё как ты любишь — от черного до бордового. Не знаю зачем, но приволок в нашу спальню огромный домашний кинотеатр. Поснимал все картины и прочий бред со всего нашего крыла. Горничные в шок пришли, когда увидели, как я выношу во двор миллионы вон и просто ставлю их под стеночку в ряд.

— Честно? — я перебила его, а у самой сердце в груди так стучало, словно я пробежала марафон и не могу привести в порядок дыхание.

— Что… честно? — вдруг испугался Ши Вон.

— Ты правда хернёй маялся, Пончик, — я хохотнула, и привстав, нежно поцеловала его, а потом горячо зашептала, — Ты мог сбежать ко мне и всё это время НЕ терять времени.

Ши Вон поднял лицо и стал громко смеяться.

— Пончик… — я нахмурилась и опустила взгляд, перебирая между пальцами ткань его гольфа, — Послушайся Арым, и оставь сейчас всё как есть. Не лезьте в это с Чжон Воном…

— Во что мне лезть или нет — я решу сам, невестка!

Мы с Пончиком одновременно повернули голову в сторону. Чжон медленно подошёл к нам и, достав пачку с сигаретами, молча подкупил и оперся спиной о стенку сарая, выдыхая дым.

— И что ты сделаешь, женатик? Приведешь Аран в качестве любовницы, или откроем первый гарем в Корее? Что…

— Я сегодня же подам на развод! — отрезал Чжон Вон.

— Брат! Не глупи… Ты потеряешь всё. Семья Кан уничтожит "Лайтекс", если Джо пострадает…

— Да что ты? Но у "Лайтекса" есть ещё один наследник, ты не забыл об этом, нет? — Дракончик явно стал приятно удивлять.

— Я не стану во главе компании! И не проси!

— Станешь, Ши Вон! — резко осекла Пончика, и он замер.

— Если ты хочешь, чтобы меня не трогали, чтобы твой брат обрёл настоящую семью, тебе придется это сделать, Ши Вон. Тебе придется проявить характер и силу! Вы должны, наконец, показать, кто хозяева вашего Тадж-Махала. К черту, этику и субординацию. Посмотрите к чему это привело?

— Мармеладка? — Пончик нахмурился, а я тихо продолжила:

— Чжон Вон итак сделал для тебя слишком много. По твоей вине он вообще женился на той женщине, и ты сам это знаешь. Ответственность, Ши Вон, — я подняла на него взгляд, и закончила:

— У вас она на двоих. Как бы ты не хотел уйти из этой семьи — ты её часть. Просто поступи сейчас правильно. А потом… Если ты захочешь — бросишь всё и мы уедем. Можем даже жить в моих апатах в Киеве. Тебе понравится, уверяю. Однако сейчас… Ты нужен брату.