Корейский Гамбит

– Девочка моя, - бабушка присела рядом и обняла внучку, а потом лица обоих покрыли тихо текущие, счастливые слезы.

Спустя десять минут, всласть наплакавшись, бабушка пошла готовить обед, оставив внучку на свежем воздухе. Йона в прекрасном настроение и не захотела в дом: солнышко, воздух – всё её радовало и было ей приятным.

– Омона! (Боже ты мой! – прим.), - выкладывая из своей сумки купленные на рынке продукты, Лан Чунь неожиданно обнаружила между небольшими пучками зелени, купленными на ближайшем рынке, пачку вон, в количестве 1 000 000.

Девушка выздоравливала, ей требовалось обильно питаться. Бедность обеих женщин была видна невооруженным взглядом, так что забросить в сумку деньги Джун посчитал абсолютно правильным.

– Надо в полицию, - самая первая мысль, которая пришла в голову Лан Чунь.

Хватило её на десять минут, а потом она приняла решение, что ни в какую полицию она не пойдёт. Ей деньги не нужны, но Йона… Её требуется хорошо кормить. С обязательным потреблением мяса и бульонов из говяжьих костей. Она была уверена на сто процентов, что для сращения костей это первое средство. Так что она потратит все эти деньги на еду и лечение внучки.

И не украла же она их!

Дзин! Дзинь! Дзин!..

Рвались одна за другой набравшие большую толщину невидимые человеческим взглядом серебряные нити, идущие от сидевшей девушки на скамейке в сторону ворот, которые быстро истончались и исчезали.

– Ай! – правая рука Йоны метнулась к пояснице, а левая порскнула к бедрам, а потом обеими руками она стала чесать сильно зудевшую кожу.

– Да блин! – улыбающийся Джун, скривился, резко свёл сильно зачесавшиеся ладони и стал расчесывать ногтями кожу на ладонях и подушечках пальцев.

ГЛАВА 12

Больница, район Добонг

Голова Кана мотнулась, но он уже не ощущал ударов, находясь на полу своей палаты без сознания. В очередной раз его избивали, да - за дело, но ему от этого не было легче. Его сломанная рука, находящаяся в гипсе, никого не волновала.

Одна из медсестёр, что находилась в коридоре рядом с палатой, услышав в шум попыталась выяснить в чём дело. Её остановили на входе в палату два мужчины характерного, криминального вида. И она убралась подальше, просто испугавшись.

– Сын собаки, как ты допустил!
– в бок бессознательного тела врезалась нога, затем ещё раз и ещё… - Ты понимаешь, что ты наделал?

Чон Мин Гу был не просто в бешенстве, ему хотелось собственными руками удавить этого ублюдка. Мало того, что он два раза позволит себя ограбить, потеряв просто огромные деньги. Так он ещё обложил торговцев повторной данью, что было категорически нельзя делать.

И ведь эти деньги надо отдать. Никому из вышестоящего руководства не интересны его проблемы. Взять у этого урода, что потерял деньги нечего. Эти деньги придется найти или платить свои!

И явившись в больницу этим утром, Чон Мин Гу выместил свою злобу и ярость на пострадавшем Юн Кане, лежавшем в отдельной палате.

– Сколько всего пострадавших? – обратился Чон Мин к своему ближайшему помощнику, без единой эмоции взиравшего за экзекуцией.

– Восемь человек! У кого нога, а у кого рука сломаны, - совершенно спокойно ответил тот на вопрос.
– У этого мусора – локоть! – кивнул он на тело Кана.

– Сын собаки, - шипел от злости Ман. – Какой из него руководитель? Ни людей не может организовать, так ещё сам за себя постоять не может, - он с силой выдохнул воздух, стравливая свою накопившуюся злость.
– Как думаешь, когда Сато узнает?

– Я думаю, что он уже знает, - флегматично пожал плечами помощник, прекрасно зная, что у Сато имеются информаторы во всей преступной среде района Добонг.

– Шибаль! – выругался Чон Ми Гу. – Позвони господину Гаон Сину и назначь встречу в том ресторане.

На что его помощник немного поклонился, а потом сделал пометку в своём планшете.

**********

Сеул . Офис компании GS Engineering & Construction , район Гангсо, неподалеку от международного аэропорта Кимпхо

Десятиэтажное, серое и неприметное здание, прямоугольной формы. Ничем не выделяющееся из окружающих подобных зданий. Никаких конструктивных, вычурных архитектурных решений.

Находящееся на отшибе небольшого квартала офисных зданий, с низкой ценовой политикой на предоставление площадей в аренду для множества небольших компаний, не имеющих возможности арендовать помещения в центральных районах Сеула.

На десятом, последнем этаже располагался офис мало кому известной строительной компании, занимавшей совсем небольшую нишу в строительном бизнесе.

Допуск на десятый этаж был у очень ограниченного количества людей. Из шести лифтов в здании, на четырёх можно было посетить только девять этажей. На десятый этаж поднимались только два пассажирских и один большой грузовой лифт, который использовался только собственниками десятого этажа либо по их разрешению.

Вызвать лифты или использовать их можно было только при наличии электронного пропуска, прикладываемого к специальному датчику.

Остальные девять этажей занимали арендаторы, толком ничего не знающие о посетителях и хозяевам десятого этажа. И мало, кто знал, что хозяева десятого этажа являлись собственниками всего здания, а всего местного офисного комплекса из восьми зданий в этом районе.

Хозяин углового кабинета, величиной с 1/3 всего этажа, стоял у окна и смотрел, как набирает высоту самолёт, взлетающий из аэропорта Кимпхо. Близость этого транспортного пункта создавала определённую некомфортную обстановку: рёв взлетающих и садящихся самолётов.

Жители района привыкли к подобному шуму, а хозяин кабинета и немногочисленные работники десятого этажа были ограждены от этого очень дорогими оконными пакетами, полностью звуконепроницаемыми, не дающими малейшему шуму проникать в помещения.

Компания «GS Engineering & Construction», официально располагающаяся на десятом этаже этого здания была ширмой, прикрытием для основного и крупнейшего подразделения преступной группировки «Янгыни».

Сато Танако, этнический и чистокровный ниппонец, возраст 35 лет, родившийся в Коре в семье ниппонцев, что бежали со своих островов в силу ряда обстоятельств, о которых мало кто знал.

Проживая в Пусане в четырнадцать лет попал в банду ганпхе на самую низовую позицию, в восемнадцать - стал руководителем группы из двадцати человек, что осуществляли силовую поддержку, если это требовалось. А последние пять лет был руководителем одного из подразделений преступной группировки «Янгыни», курирующее несколько районов в Сеуле, в том числе район Добонг.