Король-Рысь

Война между королевствами разразилась неожиданно. На королевство Блима напал страшный народ цуматси. Ничего ужаснее и представить себе было нельзя. Воины цуматси были кровожадны и пленных не брали, снимали скальпы даже с женщин и детей. Истории про них ходили такие, что люди предпочитали не пересказывать их даже шёпотом, а словом «цуматси» пугали непослушных детей. Принцип жизни цуматси был таков: убивай, и чем больше ты убьёшь, тем большего почёта удостоишься и здесь, на земле, и в Небесном Воинстве, которое ждёт души цуматси после смерти; жалость — удел слабых духом, ничтожных; пожалеешь кого, тебя убьют свои же — за то, что ты низок и недостоин быть Небесным Воином. Дети цуматси воспитывались в жесточайших условиях, с младенчества учась переносить холод, голод, жару, пытки. Да-да, цуматси пытали своих собственных детей, приучая их терпеть боль, переносить любые испытания и не ценить жизнь. Больных и слабых, увечных детей и взрослых убивали здоровые дети. Брата заставляли убивать сестру, дочь могла убить больную мать или отца. По таким понятиям жили цуматси. Других законов у них не было. Воевать с ними было страшно — они ничего не боялись. Люди потянулись в глубь страны, убегая от жуткой напасти. Женщины, дети шли пешком дни и ночи, уходя от накатывающейся армии цуматси. Многие погибали, не выдержав тягот пути. Ихмар кинулся было на поиски сына и его жены, но пройти было нельзя — целые толпы огромной лавиной шли, с трудом переставляя ноги, по единственной дороге, ведущей в королевство Блима. Идти против течения невозможно, так же как и найти другой путь — кругом раскинулись непроходимые болота и топи, в которых водилась нечисть, радуясь любому забредшему путнику. В живых оставались единицы. Волей-неволей Ихмару пришлось оставаться на месте и надеяться на чудо. Вот когда он особенно сильно пожалел о том, что был слишком горд и безрассуден, растратив свою магическую силу попусту. Сейчас бы она так пригодилась и в поисках сына, и для помощи королю Блиму. Но, увы, силы не было. Волшебник мог только лечить нуждающихся травами и ждать.

Как-то раз ближе к полуночи Ихмар услышал за дверью слабый скребущийся звук. Отворив дверь, он увидел Витрану, жену сына, с младенцем на руках, бессильно опустившуюся на землю. Подхватив их, волшебник занес женщину и ребёнка в дом. Витрана была в забытьи. Два дня отпаивал её волшебник отварами, используя все свои лекарские знания. На третий день она пришла в себя.

— Где мой Лорм, где сын, где я? — встревоженно спрашивала она.

— Не волнуйся, девочка, ты дома, — отвечал Ихмар. — Скажи мне, что с моим сыном? Он жив?

— Нет, — прошептала та и заплакала. — Он пал, защищая нас. Нам с трудом удалось уйти. Он пожертвовал жизнью, чтобы спасти нас. В нашем доме был подземный ход, и буквально за минуту до того, как цуматси ворвались в наш дом, Ротт запихнул нас туда и приказал бежать. Я побежала, ради сына, но теперь он в безопасности, и я могу спокойно умереть, зная, что оставляю его в надёжных руках.

— Ты не умрёшь, — возразил волшебник, — тебе надо воспитывать сына.

— Я знаю, что вы воспитаете его достойным человеком, и поэтому не волнуюсь. Я не могу жить без моего любимого мужа, с его смертью в моей душе оборвалась та нить, которая держала меня на белом свете. Надеюсь, что мой сын когда-нибудь поймёт и простит меня за то, что я не осталась с ним.

Витрана закрыла глаза. Её дыхание становилось ровным и спокойным, губы тронула слабая скорбная улыбка. Прижав сына к груди, она погрузилась в сон. Волшебнику показалось, что всё будет хорошо и что Витрана несмотря ни на что выздоровеет. Он на цыпочках вышел из комнаты и прикрыл дверь. Лучшее средство от болезни — это покой и сон. Через два часа, сварив свежий отвар, Ихмар зашёл к невестке. Лицо её было бескровным и отстранённым, руки безжизненно лежали вдоль тела. Рядом, под боком, захлёбываясь слезами, плакал младенец, плакал так отчаянно, как будто чувствовал, что только что потерял мать.

— Вот так Лорм и появился в моей жизни, — тихо сказал Бергару старый волшебник. — История повторилась, правда, в другой вариации, и мне опять пришлось воспитывать младенца, на этот раз внука. Так тяжело мне не было ещё никогда. Оценив обстановку, я собрал мешок с пожитками и ушёл из дома, чтобы сохранить Лорму жизнь. Ведь я не смог бы сам защитить его от цуматси. Какое-то время нам пришлось скитаться, пока я наконец не осел на окраине Лималотова царства. Там мы зажили спокойно. Ремесло лекаря давало мне и внуку прокорм, и жили мы неплохо. С самого детства я замечал у Лорма дар мага, но не хотел этому верить, потому что боялся этого дара, но всё же мне пришлось преодолеть себя и начать учить его основам магии, иначе всё могло принять нежелательный оборот. Началось всё с того, что Лорм мог поднимать взглядом камешки и палки и заставлял их крутиться перед его носом хороводом. Как-то раз малыш разозлился на собаку, которая тяпнула его за коленку, когда тот отнимал у неё кость. В итоге наш старый пёс Феликс стал щеголять заячьими ушами, что приводило его в уныние, он даже перестал есть и целыми днями лежал в своей конуре, наверно, ему было стыдно выходить.

— И что потом? — заинтересованно спросил Бергар.

— Потом мне пришлось научить мальчика, как расколдовать несчастного пса, пока тот не умер от позора. Расколдовал. Я стал показывать Лорму, как надо контролировать свои силы, эмоции, как применять дар и как его прятать. Он оказался очень талантливым и способным учеником, схватывал всё на лету и очень скоро превзошёл своего учителя. Когда герольды объявили о поиске Главного Волшебника королевства, Лорм уговорил меня отправиться ко двору. Я не хотел этого, но мальчик сказал, что тогда отправится один, и мне пришлось идти, не мог же я бросить его. Вдруг он не справится, или зазнается, или ещё что, всё-таки я стар и у меня есть опыт. А вот теперь мы здесь, и я очень боюсь за внука, кроме него, у меня никого нет, а я, старый осёл, беспомощен и ничтожен. Обещай мне, Бергар, защитить моего внука в случае нужды.

— Обещаю, — торжественно поклялся тот, — с ним ничего худого не случится. А что было дальше с цуматси? Их победили?

— Конечно. Совет магов собрал на борьбу всех, кого смог найти. С огромным трудом и большими потерями цуматси заставили вернуться туда, откуда они пришли, а Конвент запечатал границу их владений заклятиями, так что ни один из цуматси больше не сможет нарушить её. Правда, простые жители до сих пор опасаются того, что рано или поздно цуматси прорвут магическую завесу, слишком живы ещё те ужасы, которые творились тогда на нашей земле. Но это маловероятно.

— Да ладно вам, — прервал их Лорм, — лучше посмотрите, что я тут нашел. Это какая-то старинная рукопись, и я нюхом чую, что она очень важная. У меня прямо руки трясутся. Господин Бергар, можно я посмотрю?

Родословная Бергара

— Дай-ка я гляну, что ты там нашёл, — протянул руку Бергар. — Кажется, я не видел эту рукопись. Я хотел бы, Лорм, сначала сам в ней разобраться, а уж потом дам тебе посмотреть. Странно, я хорошо знаю все книги, которые у меня есть, но не припомню, чтобы что-то подобное попадалось мне на глаза. К тому же эта рукопись написана на очень древнем языке, которого сейчас почти никто не знает, может, и я сам не сумею понять, что здесь написано. Позвольте откланяться, господа, мне бы очень хотелось поскорее изучить обнаруженный документ, — с этими словами хозяин замка вышел из библиотеки.

Прошло несколько дней, в течение которых Бергар практически не выходил из своих покоев, отговариваясь занятостью и важными делами. Принцесса скучала, развлекаясь играми со своим мохнатым другом Рысью и с Пипин. Ихмар и Лорм были заняты учёбой. У Бергара нашлось много колдовских пособий, и теперь Лорм навёрстывал упущенное в своём обучении, тренируясь создавать волшебные амулеты, учась разговаривать с животными и растениями, подчинять себе силой взгляда людей. Конечно, что-то могучее было ему пока не под силу, например создать и долго удерживать портал перемещений он ещё не мог, как не мог и распутывать витки чужих заклинаний и наговоров. Многому предстояло научиться, но эта учёба в тягость ему не была. С огромным удовольствием изучал юный маг и историю мира, и древние легенды, и законы Совета магов. Ему ещё предстояло подать заявку на вступление в Конвент и таким образом заявить о себе. Так полагалось делать любому магу, достигшему определённого возраста и уровня силы. Года через полтора он вполне мог претендовать на первый магический уровень Конвента. Но надо было пройти отбор и ответить на многочисленные вопросы, показать свои способности и пройти магический тест. Изо дня в день Ихмар со своим внуком занимались то в библиотеке, то на поляне у озера. Единственное, что давалось Лорму с трудом, это языки, а надо было изучить язык Древних, язык растений, животных, язык магических амулетов. В общем, их было так много, что юноша временами приходил в уныние. К счастью, такое состояние было ему в диковинку, и он снова и снова с жаром брался за учёбу.

Однажды, когда Лорм и Ихмар усердно изучали в библиотеке очередную главу из учебника по магии, к ним заглянул хозяин замка.

— Вы заняты? — на удивление нерешительно спросил он.

— Мы можем прерваться, — ответили оба в один голос.

— Я хотел с вами побеседовать.

— Мы к вашим услугам, Ваше Величество, — сказал Лорм.

— Вы нашли для меня весьма интересную рукопись, молодой человек, — начал рассказывать Бергар. — Как ни странно, я никогда раньше не задумывался, почему я почти ничего не помню ни о родителях, ни о своём детстве. Мне как-то не приходило это в голову. Казалось, это не столь существенно. Теперь же, обнаружив рукопись, я понимаю, что на мне было заклинание Забвения, которое не позволяло вспомнить, кто я такой. Только прошу вас, храните эту информацию в тайне, потому что она очень важна и раскрытие её может пагубно сказаться на нас всех.

— Конечно, вы можете на нас положиться, — заверили его Ихмар и Лорм. — Мы никому ничего не скажем.

— Так вот, — продолжил волшебник, — в этих рукописях я нашёл несколько интересных документов. Первый из них — это пророчество леди Айвы, волшебницы, жившей несколько веков назад, в котором говорится, что только когда появится Дар с кровью дракона в жилах, мир обретёт надежду на спасение от сил зла, и хлынувшую на землю армию остановит Белый маг, соединивший в себе сущности человека и дракона. Я удивился, зацепившись глазами за имя Дар, но потом подумал, что это описка или случайное совпадение. Откуда во мне кровь дракона? Но потом я нашёл другой документ, вернее, ещё одно записанное пророчество.