Королевский рыцарь

Суон удалился.

– Из него и впрямь вышла бы неплохая нянька, - презрительно фыркнул Страйдер.

Она прижалась к его плечу, стараясь заглушить смех.

– Да уж, у него наверняка получилось бы.

– Точно, если только несчастный ребенок не прирезал бы его во сне.

Она снова засмеялась, устроилась поудобнее в его руках, закрыла глаза и тут же поплыла в объятия Морфея.

Но одна мысль не давала ей покоя. Она слишком часто была со Страйдером, гораздо чаще, чем следовало, а через неделю у нее должны начаться женские дни.

Что, если они так и не начнутся?

Страйдер проснулся еще до рассвета. Ровена нежно посапывала рядом с ним. Он улыбнулся этому звуку и тому, как она устроилась на его плече, положив ладошку под щеку. Длинные белокурые волосы веером раскинулись у нее за спиной, спадая с кровати.

Как же она прекрасна в этой неясной предутренней полутьме. Ему захотелось взять ее прямо сейчас, но он удержался. У нее такой усталый вид, пусть поспит немного. Она жаловалась ему, что после смерти Элизабет сон бежал от нее.

Но в его руках она спала спокойно. И эта мысль согрела его сердце.

Он поцеловал ее ручку и неохотно поднялся, стараясь не задеть длинных волос и не разбудить ненароком. Впереди его ждал долгий трудный день, к тому же надо собрать своих людей и попросить Суона отправить посыльного к Шотландцу - надо ведь убедиться, что все благополучно добрались до места.

Страйдер снова поглядел на Ровену и улыбнулся. Он бы все на свете отдал за то, чтобы просыпаться вот так каждое утро…

Со вздохом отогнав эту бесплодную мысль, он быстренько умылся, оделся и отправился завтракать.

Ровена не знала, сколько было времени, когда ее разбудил разговор у палатки Страйдера.

Она открыла глаза и несколько мгновений не могла понять, где находится. Кровь бросилась ей в лицо, как только она сообразила, что до сих пор лежит в кровати графа, причем абсолютно голая. Кто-то - ей оставалось только надеяться, что это был Страйдер, - положил на сундук ее голубое платье. Желтого, в котором она была вчера вечером, и след простыл.

Этот кто- то также позаботился о миске для умывания, полотенцах и большом кувшине с водой.

Ровена откинула одеяло, собираясь умыться и одеться, и тут на нее напал приступ смеха - она увидела у себя на животе каракули Страйдера. Ее тело загорелось от воспоминаний о его прикосновениях, она накрыла слова рукой и улыбнулась. Она не станет смывать их прямо сейчас, пусть подержатся, сколько возможно.

Испугавшись, что кто-нибудь застанет ее голой в покоях графа, Ровена быстро привела себя в порядок и натянула платье. Слава Богу, Бриджит догадалась прислать ей наряд, который завязывался спереди, а не сзади. Молодец, понимает, что к чему.

Ровена надела свежие чулки, влезла в туфли и направилась к выходу.

Не успела она спуститься с холма, как увидела небольшую группу рыцарей, сгрудившихся вокруг старушки, которая пыталась изъясниться с ними по-арабски. Женщина вопрошала, способен ли кто-нибудь понять ее.

Рыцари недружелюбно насупились, осыпая старушку оскорблениями на нормандском варианте французского. Если кто-то и знал арабский, он не подал виду.

– Я понимаю вас, - пробралась к ней Ровена. Мужчины неохотно расступились, излучая в сторону Ровены враждебность и недовольство, но она уже давно привыкла к подобному обращению, и оно не задевало ее. Главное, что волновало ее в этот момент, - желание помочь старушке.

В центре круга стояла женщина в одежде сарацинской служанки. Рядом с ней - худенький хрупкий мальчишка лет восьми, если не меньше. На нем также была арабская одежда, но, судя по чертам лица и светлой коже, он был европейцем. Из-под шляпы и выбившихся наружу золотистых прядей волос посверкивали огромные темно-карие глазенки.

Он с ужасом рассматривал обступивших их великанов.

– Миледи, - низко поклонилась Ровене сарацинка.
– Прошу вас, не сможете ли вы помочь нам?

Ровена одарила ее улыбкой:

– Чем могу служить, добрая женщина?

Она разогнулась и выставила перед собой мальчишку. Его большие испуганные глаза остановились на Ровене, словно ее он боялся еще больше, чем рыцарей. Милый мальчуган, даже красивый.

– Мне было велено привести Александра… - Ровена не сразу разобрала это имя в череде исковерканных акцентом арабских слов, - к его отцу. Мне сказали, что он будет здесь.

В ее речах был определенный смысл. На этом турнире собрались почти все самые знаменитые рыцари Европы. И мальчишка мог оказаться сыном любого из них.

– Кто же его отец?

Старушка подтолкнула мальчишку вперед:

– Покажи леди свой знак, мальчик мой. Парнишка потряс головой и попятился от Ровены.

– Все будет так, как решит Аллах, Александр. Покажи ей знак своего отца.

Мальчик со слезами на глазах полез под плащ, неохотно потянул за цепочку и вытащил на свет небольшой геральдический знак. Многие рыцари носили на шее подобные вещицы.

Ровена шагнула к нему, стараясь разглядеть нарисованный герб.

Медальон Александра был старым, потертым, эмаль потрескалась и местами осыпалась. Но несмотря на это, она сразу же поняла, чей он.

Сердце ее упало. Да, она знает, кто его отец.

Ладно.

– А кто твоя мать, Александр?
– спросила Ровена, изо всех сил стараясь придать голосу обычную и даже ласковую интонацию.

Мальчишка бросил взгляд на старушку.

– Скажи ей, - велела та.

– Элизабет из Корнуолла.
– Голос его дрогнул от страха, в глазах застыл ужас.
– Но мне сказали, что она умерла.

У Ровены перехватило дыхание. Да, он и в самом деле похож на ее подругу. Теперь, когда он сказал ей о матери, это стало очевидным, но вот сходства с отцом Ровена не могла уловить, как ни старалась.

– Что они говорят вам, леди?
– не выдержал один из встревоженных рыцарей. В толпе нарастало недоброе волнение.

– Все равно врут, можете не сомневаться. Я же говорю вам, их надо убить.

Ровена хмуро оглядела толпу.

– Да что вы такое говорите!
– бросила она на нормандском французском.
– Неужели не видите, что они до смерти напуганы?

– Вот и хорошо!

– Надо вздернуть их в назидание прочим. Ровена выпрямилась и подняла подбородок:

– Только через мой труп.