Коварная

Я пожала плечами.

– Я помню, что в своём сне постоянно твердила себе, что Стюарт мёртв. Даже во сне я понимала, что он не сможет мне помочь.

– Но ты звала Трэвиса, парня, который, по твоим собственным словам, нагонял на тебя страху? – Её голос зазвучал выше. – «Горизонтальный» друг – это он?

– Нет! Боже, нет, конечно.

Комнату наполнил смех Вэл.

– Ладно, мне просто было любопытно. Он женат?

Я старалась не выдать себя.

– Трэвис? Нет, он не женат.

– Нет же, – поправила меня Вэл, – «горизонтальный» друг?

Я покачала головой в темноте, думая о Броди.

– Нет, не женат.

– Хорошо.

– Почему хорошо? – спросила я.

– Потому что я не хочу, чтобы ты была одна, когда тебе вновь приснится какой-нибудь страшный сон.

– Возможно, как раз это мне и нужно будет обсудить с твоим психологом. Спокойной ночи, Вэл.

– Спокойной ночи, сестрёнка.

Понял бы Броди? Как бы я смогла объяснить ему, что за сон мне снился? Он читал договор, но я никогда не посвящала его в детали. Он знал, что у меня были другие мужчины. Он знал, что Стюарт развлекался таким образом, но больше ему ничего не было известно. Что бы Броди подумал обо мне, узнай он всю правду? Но потом я задумалась. Важно ли мне это на самом деле? Ведь только он высказывался по поводу того, чтобы стать единственным мужчиной в моей жизни. А прямо сейчас, меня мало волновал этот вопрос. Конечно, секс был потрясающим – это да. Однако, после всех неожиданных новостей, что свалились на меня за последние несколько дней, я не хотела мужчину. Я хотела жить – жить нормальной жизнью. Я тоскливо улыбнулась. Смогла бы я снова жить нормальной жизнью? Только Броди и я, подальше от Майями, подальше от склада, от сделок Стюарта. Подальше от Мэрилин и Карлайла? Я никогда раньше не задумывалась об этом. Могло ли это стать моей новой целью?

Но следующим вопросом стало, что я сделаю ради её достижения?

Уже засыпая, я поняла, каким будет ответ – всё, что угодно.

* * *

Кошмарный сон, приснившийся мне прошедшей ночью, вселил в меня решительность. Я не собиралась возвращаться на склад. Ни за что на свете я не смогла бы сделать это. Каким-то образом я знала, что если вернусь туда без Стюарта, всё станет куда хуже.

На утро я первым делом написала Броди:

«ТЫ ЗНАЕШЬ КОГО-НИБУДЬ ПО ИМЕНИ КАРЛАЙЛ?»

Затем я позвонила в «Крейвен и Ноулз». Слушая гудки, я обдумывала все свои возможности. Я бы не смогла выработать план, пока мне не было известно, против чего мне предстояло выступить. Меня отвлёк ответ на мой звонок.

– «Крейвен и Ноулз», это Триш. Чем я могу вам помочь?

– Триш, это миссис Харрингтон. Мне нужно, как можно скорее поговорить с Паркером. Попросите его перезвонить.

– Да, мэм. Я сообщу Мэгги…

– Нет, Триш, мне не нужна его ассистентка. В противном случае, я спросила бы про неё. А впрочем, передай Паркеру, что если он хочет, чтобы «Крейвен и Ноулз» и в будущем сотрудничали с «Харрингтон», то пусть будет в моей квартире в десять утра. Я буду ждать.

– Миссис Харрингтон, насколько мне известно, у него назначены встречи.

– Тогда он может их отменить. Хорошего дня.

Я повесила трубку.

Устроившись поудобнее в кресле Стюарта, я открыла папку Паркера, страницы жгли пальцы. Бегло листая договор, я уже ненавидела в нём каждое слово. Но теперь я не была наивной восемнадцатилетней девушкой. Теперь мне был понятен смысл каждого слова. Намёки больше не были таинственными и пугающими. Стук в дверь оторвал меня от мучительных слов и вернул в стеклянный офис с видом на бушующий океан. Я посмотрела на часы, оставалось всего несколько минут до девяти.

Это вряд ли был Паркер. Лиза или Кристина предупредили бы меня о его приходе.

– Входите, – осторожно ответила я.

Дверь открылась, и я встретилась со знакомым взглядом тёмных глаз.

– Миссис Харрингтон, вам лучше?

Я выпрямилась в кресле.

– Да, Трэвис. Мне жаль, что Вэл побеспокоила тебя посреди ночи.

Он прошёл в комнату и посмотрел на одно из кресел. Я кивнула, и он сел.

– Ничего страшного. Это моя работа: следить за тем, чтобы с вами ничего не случилось.

– Ладно, пусть так. Но ты можешь защитить меня от реальности, а не от кошмаров.

Он поднял бровь, в его тёмных карих глазах плескалось удивление.

– Но вы звали меня.

– Так утверждает Вэлери, – уточнила я.

– Значит, теперь мы будем обвинять доброго доктора во лжи?

Я встала и подошла к окну. Небо было необычно серым, густые тучи клубились над горизонтом, волны неспокойного океана венчали белые гребни. Стояла поздняя осень, приближался сезон ураганов. На бушующих водах можно было разглядеть лишь огромные коммерческие лайнеры. Меньшие по размеру суда, вероятно, прислушались к предупреждению о надвигающемся шторме. Что же было необходимо мне? Прислушаться к предостережениям… но к каким именно? Кому я могла довериться?

Не поворачиваясь, я заговорила:

– Это было очень похоже не правду. Я была там, на складе. Я даже пыталась воззвать к логике, понимала, что это не могло происходить на самом деле. Я знала, что Стюарт умер. Но я помнила, как ты сказал, что всегда находился поблизости. – Я закрыла глаза, борясь с тошнотой, вызванной воспоминаниями о зловонном дыхании Роберта. – Я пыталась сопротивляться.

За моей спиной раздался сдавленный смех.

– Если мне не изменяет память, вы отличный боец.

Обняв себя за плечи, я развернулась и внимательно всмотрелась в лицо Трэвиса. В его выражении не было ни жалости, ни осуждения, которые я ожидала, вместо этого я увидела уважение.

– Но в этот раз всё было по-другому. Я не могла бороться. У меня были связаны и руки и ноги.

– Это был сон, – констатируя факт, произнёс Трэвис.

– А ощущалось, чёрт возьми, очень даже, как наяву. Я чувствовала запахи. Я даже видела его. Он снял с меня повязку. Как будто хотел, чтобы я узнала, кто он.

Трэвис напрягся.

– И кто это был? Кого вы видели?

Кусая губу, я призналась:

– Не знаю, стоит ли мне говорить.

– Почему? Вы же знаете, что мне известны все, кто там бывал.

– Но что будет, если и я буду знать? Этого не должно произойти.

Трэвис поднялся и подошёл ближе.

– Кто так сказал?

– С-стюарт.

Его тёмные глаза вопросительно посмотрели на меня.

– Мистер Харрингтон мёртв. И сейчас никто не владеет тем договором. Сейчас выбор - знать или не знать - за вами.

Я вернулась к креслу, внезапно встревоженная своим желанием найти утешение в его близости и понимании.

– Зачем мне может понадобиться передать кому-то, тебе или Паркеру, права, вновь принимать за меня решения такого рода?

– Потому что, если вы не сделаете этого, сразу объявятся те, кто затянет вас в мир, где ваши кошмары покажутся прогулкой по пляжу.

– Те?

– Кого вы видели в своём сне?

Я закрыла глаза и, вздохнув, призналась.

– Сенатора Кина.

Глаза Трэвиса широко раскрылись, и он присвистнул.