Краб. Иней

Правда, в последний миг, когда передняя стенка ложемента уже начала деформироваться в башке загремел голос — то ли отца, то ли Дживса:

— Колдуй, тряпка!!!

Я и начал колдовать. И колдовал не менее секунды, пока темнота окончательно не поглотила сознание.

Глава 29

Очнулся я, открыл глаза, увидев очень знакомый потолок. Пырился я на него не один, а, подозреваю, не один десяток раз. И был это потолок медотсека Кистеня.

Вероятность, что загробье какое порадовало меня оперативной медплощадью на родимом корабле, фактически — Доме, с большой буквы, близилась к нулю. Так что почти уверившись, что я не помер, начал я копошится и шевелить конечностями.

Шевеление принесло с собой радость: конечности шевелились, да и были при мне. Так что стал я с койки потихоньку подниматься. Но приподнявшись замер — на соседней койке валялся опутанный кучей всяких там трубок, проводов и прочей медицинской хрени Серпентофил Косячный. И глазами на меня лупал.

— Кхе-кхе, — прочистил горло я. — Скажи мне, друг мой Аспид. Какого хера я вижу твой ложемент в клешне Рекскенсера, отлучившись из комплекса менее чем на час?! Где ты опять накосячил, заррраза?!

— Я не косячил…кхххх… — запнулся явно от боли Косячный. — Капитан, он рвался к центральной! Стрелял, пока мог…

— А в боевой чат скинуть сигнал о подмоге тебе религия не позволила? — буркнул я.

— Какая религия?

— Не позволяющая, — доходчиво ответил я. — Хотя, блин, ни Тень ни Игла на помощь не звали…

— Электромагнитный шторм, капитан. Они разнесли вентиляторы и дроны…

— Понял-принял. Убедил наполшишечки. Посмотрю регистраторы — может и на всю шишечку уверюсь, — посулил я. — Ладно, тебе походу валятся ещё долго, герой, — отметил я, бросив взгляд на монитор. — И хорошо, что у змеюк такая хорошая регенерация, — охеренно смешно, судя по кислой улыбке Лина, пошутил я. — Ладно, лечись. Или тебя усыпить? — подошёл я к терминалу.

— Наверное, лучше посплю, — признался парень, после чего я его в сон и ввёл.

— Блин, а одежды то и нет, — помотался я между койками, где валялся разной степени сохранности народ. — Ну и похер, — логично заключил я, накинул на себя простынь, как тогу.

И потопал разбираться, что и как. Паучок пожужжал, но говорилки его программное обеспечение не предусматривало.

Правда, не успел выйти, точнее только-только успел, как на мне повисла сначала Лори, а потом на нас Нади. Чуть не прибили травмированного и выздоравливающего меня о закрывшиеся двери!

Минут пять я честно исполнял роль плюшевого Краба, стойко снося жмяканья и прочее надругание. Но через пять минут поправил сползший простынь и начал, отпихиваясь, вопросы задавать.

Девчонки, правда не сразу, перестали посягать на моё крабское всё, ну и через пару минут начали отвечать на мои вопросы.

— Комбинезон, Ан, вырезали из твоего расплющенного тела, — передёрнувшись выдала Нади. — Это колдовство? — понятно спросила она.

— Угу, — угукнул я. — Правда не уверен был, что успел.

— А ты вообще — уязвим? — задала подруга интересный вопрос.

— А кроме вдавленного комбеза… — начал было я, но был прерван вцепившейся в меня всхлипывающей Лори. — В общем, не бессмертный я, если вопрос в этом. Возможно, когда-нибудь. Кстати… впрочем почему и не сейчас, — хмыкнул я. — Вы не состаритесь, девчонки.

— Э-э-э… — откомментировала Нади, а ушко вцепившейся в меня Лори насторожилось.

— Ну колдунствовал я, да. Спрашивать «а не хотите ли вы не стареть?» я нашёл лишним.

— Всё равно, мог рассказать, — явно надулась Нади.

Впрочем, не менее явно — не слишком сильно. А я, проведя в свое время колдунское воздействие над своими девчонками и Котей… ну замотался, в общем. Всё случая рассказать не подворачивалось, а сейчас к слову пришлось как-то.

— Так, хватит размышлять, козёл я или нет! — скомандовал я. — Я — Краб, и этим всё сказано! Нади, Лори! Идти со мной в каюту, докладывая обстановку. Шагом ма-а-арш!

И промаршировали мы к каюте — а то простынь это стильно, модно, но от нормальных шмоток я бы не отказался.

А по дороге девчонки на два голоса рассказывали, что и как.

На выведении Рекскенсера из строя бой не закончился, но продлился не более пяти минут. Дальше раки стали откатывать придавивший Краба реактор, а Флинны и Могильщик, прихватив часть Криля, принялись облетать комплексы.

Известие о крабской жизни они получили, но ультиматум в стиле «открыть ложемент и ждать суда» к вражинам в комплексах это не изменило.

И, на данный момент, от эронцев и нашего бывшего нанимателя приходят робкие запросы в стиле: «А не соблаговолит ли многоуважаемый Краб…», на что получают неименное «Нахер валите, не до вас!»

— Так, потери у нас какие?

— Два трупа, Ан. Криль.

— Три за операцию. Херово, но… блин, скорее повезло, чем наоборот, — отметил я. — Так, комплексы под контролем, — под кивки девчонок отметил я. — Лори, ты на планету. Раки тебе в помощь, забирай всё наше и трофеи. Наши на Кистене?

— Не все, Ан. Но большинство завалилось спать, после известия, что ты жив.

— Могильщик на планете?

— Он. И его ракетчики — раскидал по комплексам.

— Их на Кистень. Не от кого прикрывать, ну а если наши друзья рыпнутся… впрочем, после сегодняшнего — не рыпнутся, — оскалился я.

Дотопал до каюты, намундирил мундир, нафуражил фуражку с крабом, да и потопал вести переговоры.

— Здорово, — помахал я клешнёй голограммам нашего бывшего заказчика — брылястого Зинса и расфуфыренно-взъерошенному эронцу. — Вы тут хотели Краба. Ну дождались, слушаю вас внимательно, — опёр я подбородок на сложенные клешни.

А в ответ тишина. Мнутся, понимаешь, как школьницы. Зыркают на меня, друг на друга.

Наконец, эронец решился:

— Капитан Дрей, компания Эрон хотела бы…

— Лорд Форфис, — бросил я. — И мне не очень интересны желания пиратской шайки.

— Лорд Форфис, — с каменной мордой выдал расфуфыренный. — Именно это взаимонепонимание…

— Записи нашего предыдущего разговора, — ослепительно улыбнулся я. — Кстати, Зинс, вот вам расшифровка переговоров вашего судна. Ознакомьтесь, пока мы беседуем. Прочувствуйте, — улыбнулся я брылястому.