Красавица

Однако разговаривать с уродцами оказалось не так страшно. Из-за того, что в последнее время Тэлли постепенно расставалась с красотомыслием, ей было проще смотреть на их несовершенные лица. Они уже не пугали ее так, как Крой в прошлую встречу. Маленькая щелочка между верхними зубами Сасси выглядела, пожалуй, скорее мило, чем отвратительно, и даже при виде прыщей Декса у Тэлли не ползли мурашки по коже.

— Но оказалось, что повреждения мозга можно излечить, — объяснял Зейн. — Мы начинаем умнеть. Но только, пожалуйста, не стоит об этом вопить на каждом углу. Договорились?

Декс и Сасси покорно кивнули.

«Стоит ли рисковать и рассказывать про лекарство любым уродцам?» — подумала Тэлли.

Хотя, безусловно, подключение к делу Сасси и Декса могло стать самым верным способом передачи весточки в Новый Дым.

— Какие новости с руин? — спросила Тэлли.

Сасси наклонилась ближе к ней и зашептала:

— Мы поэтому и пришли сюда. Насколько мы понимаем, новодымники куда-то смылись. Точнее, так было до этой ночи.

— А что случилось ночью? — спросила Тэлли.

— В общем, с тех пор как они пропали, мы время от времени по ночам на Ржавые руины наведывались, — сказал Декс. — Проверяли старые места, зажигали фальшфейеры. Но за целый месяц ничегошеньки не заметили.

Тэлли и Зейн переглянулись. Месяц назад — это примерно те дни, когда Крой принес лекарство для Тэлли. Скорее всего, это не было совпадением.

— А этой ночью мы кое-что нашли в одном из старых убежищ, — сообщила Сасси. — Выгоревшие химические светильники и несколько старинных журналов.

— Старинные журналы? — переспросила Тэлли.

— Ага, — кивнула Сасси. — Из эпохи ржавников. Ну эти, где столько фоток с уродами.

— Не думаю, чтобы новодымники бросили эти журналы просто так, — покачала головой Тэлли. — Это для них драгоценность. Я знала одного человека, который погиб, спасая эти самые журналы. Значит, они вернулись.

— Но затаились, — добавил Декс. — И не высовываются.

— Почему? — спросил Зейн. — И долго они собираются не высовываться?

— Откуда же нам знать? — пожал плечами Декс. — Поэтому мы и пришли сюда сегодня. Хотели прокрасться в Нью-Красотаун под прикрытием дождя и разыскать тебя, Тэлли. Думали, может, вы что-то знаете.

— Вас позавчера весь день в новостях показывали, вот мы и решили, что это неспроста, — добавила Сасси. — Ну, что… на стадионе все было подстроено.

— Рада, что вы это заметили, — усмехнулась Тэлли. — Мы рассчитывали, что новодымники тоже это заметят. Наверное, так и вышло.

— А мы подумали, что вы можете что-то знать про их возвращение, — подхватила Сасси. — Особенно после того, как мы вдруг увидели здесь, в Уродвилле, кое-кого из ваших красивых друзей.

Тэлли сдвинула брови.

— Красивые? Здесь?

— Да, в парке Клеопатры. Некоторых я узнала в лицо — запомнила по выпускам новостей. Думаю, это «кримы». Ваша команда, да?

— Да, но…

Сасси нахмурилась.

— Вы не знали?

Тэлли покачала головой. В последние пару дней она получала несколько сообщений от других «кримов». Чаще всего это были жалобы на дождь. Но никто не говорил ни слова про вылазку в Уродвилль.

— А что они там делали? — осведомился Зейн.

Декс и Сасси с тоскливым видом переглянулись.

— Ну… мы толком не знаем, — призналась Сасси. — Они с нами не разговаривали, гнали прочь.

Тэлли выдохнула через сжатые зубы. Красоткам и красавцам позволялось посещать этот берег реки — они могли бывать где угодно в черте города, но, несмотря на разрешение, никогда не забирались в Уродвилль. А это означало, что парк Клеопатры — самое подходящее место для того, чтобы красивые могли уединиться, особенно — под проливным дождем. Вот только для чего им понадобилась секретность?

— Ты разве не велела всем на какое-то время притихнуть? — спросил Зейн у Тэлли.

— Велела, — ответила Тэлли, гадая, кто из «кримов» стоит за этим и что, собственно, затевается.

— Отведите нас туда, — попросила она.

Сасси и Декс первыми полетели к парку под непрекращающимся дождем. Догадываясь, что кто-то наверняка следит за местоположением интерфейсных браслетов, Тэлли попросила ребят выбрать не самый прямой путь. Дорога вела мимо полузабытых зданий и районов, где прошло ее отрочество: интернаты для уродцев, начальные школы, мокрые парки, пустые футбольные площадки.

Несмотря на ливень, время от времени им попадались уродцы. Одна компания развлекалась, по очереди сбегая с горки и шлепаясь в лужу. Несколько ребят играли в салки во дворе перед интернатом, поскальзывались, падали и становились такими же грязными, как те, кто сбегал с горки. И те и другие были настолько увлечены игрой, что не заметили четырех скайбордистов, бесшумно пролетевших мимо.

«Интересно, — подумала Тэлли, — а мне было так же весело, когда я была уродкой?»

Из тех дней ей помнилось только нестерпимое желание поскорее похорошеть, оказаться на другом берегу реки, а обо всем этом забыть. Она летела над землей, спрятав красивое лицо под капюшоном, и казалась себе каким-то привидением, духом, с завистью взирающим на живых людей и пытающимся вспомнить, каково это — быть одним из них.

В парке Клеопатры — обширном массиве в дальнем районе Уродвилля, на окраине зеленого пояса — было пусто. Пешеходные дорожки превратились в ручьи, по которым дождевая вода стекала в разбухшую реку. Зверьки, насекомые — все куда-то попрятались, только несколько птиц совершенно несчастного вида сидели на ветках высоких сосен, согнувшихся под грузом дождевых капель.

Сасси и Декс привели Тэлли и Зейна к поляне, где были расставлены слаломные флажки, и Тэлли почувствовала что-то вроде прилива воспоминаний.

— Это одно из излюбленных местечек Шэй. Тут она учила меня летать на скайборде.

— Шэй? — переспросил Зейн. — Но если бы она задумала что-то, она бы нам сказала, правда?

— Гм… Может быть, и не сказала бы, — тихонько отозвалась Тэлли. Со времени их ссоры на вечеринке от Шэй не было ни единого звонка или сообщения. — Я собиралась рассказать тебе, Зейн. Она на меня… ну, обиделась в общем.

— Вот это да! — вырвалось у Сасси. — А я думала, красивые не ссорятся.

— Как правило, да, — вздохнула Тэлли. — Добро пожаловать в новый мир.