Кровавые кости

— Ты надсмеялся над всем, что нам дорого! — бросила ему Дорри.

— Что тебе предложила Серефина? — спросила я.

Он поглядел на меня с удивлением:

— О чем ты?

— Она каждому предлагает исполнить самое затаенное желание. Какое было у тебя, Магнус?

— Свобода и сила. Она сказала, что найдет другого стража для Кровавых Костей. Обещала, что найдет для меня способ сохранить одолженную у него силу, не будучи к нему привязанным.

— И ты поверил?

Он покачал головой:

— Я единственный в семье, у кого есть сила. Мы навечно поставлены его стражами в наказание за его похищение и за то, что дали ему убивать. — Он свалился на колени среди синих-синих цветов, и волосы рассыпались, закрыв его склоненное лицо. — Мне никогда не быть свободным.

— Ты не заслуживаешь свободы, — сказала Дорри.

— Зачем ты был так нужен Серефине? — спросила я.

— Она боится смерти. И она говорит, что, выпив крови такого долгожителя, как я, сможет удерживать смерть на расстоянии.

— Она же вампир! — возразил Ларри.

— Но она не бессмертна, — ответила я ему.

Магнус поднял голову, из-под блестящих волос сверкнули аквамариновые глаза. То ли в волосах было дело, то ли в глазах, то ли в том, что его скрывало странное движение цветов, но он не был похож на человека.

— Она боится смерти, — сказал он. — Она боится тебя.

Голос у него был тихий и гулкий.

— Вчера она меня чуть не отключила навсегда. Отчего бы ей меня бояться?

— Этой ночью ты принесла к нам смерть.

— Это же наверняка не в первый раз?

— Она пришла ко мне из-за моей долгой жизни, из-за моей бессмертной крови. Может быть, потом она придет к тебе. И вместо того чтобы бежать от смерти, вберет ее в себя.

У меня плечи покрылись гусиной кожей, поднявшейся от локтей.

— Это она тебе вчера сказала?

— Здесь было дело в силе, в том, чтобы нанести удар ее старому врагу Жан-Клоду, но потом она подумала, не пригодится ли ей твоя сила. Если она тебя выпьет, не станет ли она бессмертной? Не сможет ли твоя некромантия отвратить от нее смерть?

— Ты можешь уехать, — сказал Ларри. Я не была уверена, к кому из нас он обращается.

Я покачала головой:

— От Мастера Вампиров так просто не избавишься. Я скажу Стирлингу, что не буду поднимать для него мертвецов, Магнус. Кроме меня, этого не может сделать никто, значит, этого не будет.

— Но землю они не отдадут, — сказал Магнус тем же странным голосом. — Если они просто взорвут гору, результат будет тот же.

— Дорри, это правда?

Она кивнула:

— Вполне возможно.

— И что ты хочешь, чтобы я сделала?

Магнус пополз через цветы, глядя на меня из-под завесы блестящих волос. Глаза его превратились в завитки зеленого и синего, они вертелись так, что у меня голова закружилась. Я отвернулась.

— Подними несколько мертвых. Ты это можешь?

— Запросто, — ответила я. — Но согласятся ли с этим адвокаты?

— Я за этим прослежу, — сказал он.

— Дорри? — повернулась я к ней.

— Я тоже прослежу.

Я на миг задержала взгляд на Магнусе:

— Серефина действительно спасет мальчика?

— Да, — ответил он.

— Тогда сегодня ночью увидимся.

— Нет, сегодня ночью я буду всерьез и воистину пьян. Это небезопасно, но помогает от нее избавиться.

— Ладно, я подниму тебе несколько мертвецов. Храни свою землю.

— Мы обязаны тебе благодарностью, — сказал Магнус.

Он склонился среди цветов, дикий, страшный, красивый. Его благодарность может чего-то стоить, если Серефина раньше его не убьет.

Да, и если она раньше не убьет меня.

33

Ближе к вечеру я позвонила специальному агенту Брэдфорду. Они еще не нашли Ксавье. И Джеффа тоже. И не нашли никого из вампиров, для ликвидации которых я могла бы им понадобиться, так зачем я вообще звоню? Не забыла ли я, что не участвую в расследовании? Я не забыла. И — да, две самые молодые жертвы подверглись сексуальному нападению, но не в тот день, когда были убиты. Может, мне стоило вытащить Магнуса на свет божий, но он единственный среди нас, кто понимает наложенное на Кровавые Кости заклятие. От него мало пользы будет, если его посадят. Дорри знает местную колдунью, которой доверяет. Я подумала, не был ли Кровавые Кости нашим убийцей. Я никогда не видела вампира, который мог от меня так хорошо спрятаться, как тот, который убил Колтрена. Его я добавила к своему списку подозреваемых, но копам не сказала. Теперь я была рада этому. Сексуальное насилие — это была, можно сказать, подпись Ксавье. Кроме того, объяснение, что шотландская детская страшилка совершает убийства в эфирной плоскости, даже мне казалось бы за уши притянутым.

На небе толпились тучи, сияющие, как самоцветы. Они мерцали и тянулись по небу огромным сверкающим одеялом, которое разорвал мощными когтями какой-то крупный зверь. Из дыр в облаках проглядывало черное небо с блестками алмазных звезд, спорящими с сиянием туч.

Я стояла на холме, глядя на звезды, вдыхая весеннюю прохладу. Рядом со мной стоял Ларри, глядя вверх. Глаза его отражали неровный свет.

— Давайте к делу, — сказал Стирлинг.

Я обернулась к нему. К нему, Баярду, миз Гаррисон. С ними был еще и Бо, но я велела ему ждать у подножия холма. Я даже ему сказала, что, если его лицо покажется у вершины, я всажу в него пулю. Не знаю, поверил ли мне Стирлинг, но Бо поверил.

— Вы не ценитель красот природы, Раймонд?

Даже при луне была видна его хмурая гримаса.

— Я хочу закончить это дело, миз Блейк. Сегодня, сейчас.

Странно, но я была с ним согласна. Меня саму это все нервировало. Раймонд мне не нравился, а это вызывало желание все время ему возражать, пусть я даже была с ним согласна. Но я не стала возражать. Очко в мою пользу.

— Я это сделаю сегодня, Раймонд, не переживайте.

— Пожалуйста, перестаньте называть меня по имени, миз Блейк.

Это он произнес сквозь стиснутые зубы, но все же сказал «пожалуйста».

— Хорошо, мистер Стирлинг. Я это сделаю сегодня ночью. О’кей?

Он кивнул:

— Спасибо, теперь все же давайте к делу.

Я открыла рот для какой-то остроумной реплики, но Ларри тихо сказал:

— Анита!

И был, как всегда, прав. Как бы ни было приятно дергать Стирлинга за цепь, это лишь оттягивало неизбежное. Мне надоел Стирлинг, и Магнус, и все вообще надоело. Пора было выполнить работу и ехать домой. Ну, может, не прямо домой. Так или иначе, я не уеду без Джеффа Квинлена.