Круговорот

Ответить было, прямо скажем, нелегко. В голове творился полный сумбур, сотканный из самых фантастических предположений. Лезли всякие мысли о параллельных мирах. На память даже пришла теория старика Эверета. Снова захотелось курить. Саня достал сигарету и щелкнул зажигалкой, при этом заметил, как вытянулась конопатая физиономия сидящего на кормовой банке Рэда, а его обалдевшие глаза покинули свои орбиты и готовы были упасть на палубу. Гребцы, завидев произошедшую с их рулевым метаморфозу, сбились с такта и повернули свои косматые головы в сторону пассажира. Буглар тоже почувствовал неладное.

— Ты что это делаешь, малек? — спросил усач, сморщив свой картофелеобразный нос.

— Курю я… Не видишь, что ли? — огрызнулся Саня

— Огонь, — промычал Рэд, который все еще не мог вставить на место свои шары. — У него был огонь.

— Покажи огонь, — приказал Буглар. Саня нехотя достал пьезо-зажигалку и мягко нажал ее клавишу. Когда появилось пламя, убавил подачу газа: что-то подсказывало — в его условиях газ стоит поберечь. Это простое действие возымело на аборигенов сильное впечатление.

Изумление, непонимание и даже страх читался в глазах дикарей. Первым в себя пришел Буглар.

— Где ты взял этот артефакт? — спросил усач.

— У бензозаправки купил.

— У какой такой бенззатравки.

— У американской. Вот видишь, здесь по вашему, по арийшски написано — «Вранглер»

— Я не понимаю тебя, малек.

— Это твои проблемы. — Саня в несколько затяжек добил сигарету и щелчком отправил окурок за борт.

— Чего расселись?.. А ну, навались, — прорычал Буглар, обращаясь к своим людям, после чего склонился к Сане. — Откуда ты взялся на наших островах, голощекий? И почему у тебя артефакт? В глазах дикаря плясали недобрые огоньки. Выражение лица тоже не предвещало ничего хорошего. Саня был человеком не из робкого десятка. Задира и дуэлянт по натуре, он мог бы запросто принять вызов. Его не смущали габариты усача: ведь шкафы тоже падают. Но здравый смысл подсказывал, что банальной дракой делу не поможешь. Надо было как-то разрулить ситуацию. Саня решил проявить дипломатичность. Он достал зажигалку и протянул ее Буглару: все равно с куревом в этих местах, скорее всего, напряг. Придется завязывать.

— Дарю… Она твоя… Прими этот скромный подарок в знак уважения и дружбы между нашими народами. Усач даже растерялся от такого поворота событий. Он дрожащими руками принял волшебный артефакт и долго его разглядывал. Крутил в своей лапище. Нюхал и чуть ли не пробовал на зуб. Наконец, осмелел — нажал клавишу. Когда появился огонек, Булгар уставился на него обалдевшим взглядом и, казалось, вошел в некий ступор, не в силах отвести глаз от желтого язычка пламени.

— Ты бы газ поберег, — посоветовал Саня. — Его не так уж и много осталось.

— Что? — Булгар вышел из транса и посмотрел на своего странного пассажира.

— Эта штука не вечная. Чем меньше ты будешь ее зажигать, тем на большее время ее хватит.

— Угу, — тряхнул головой усач. В тот момент сложно было понять его умонастроение. Но, судя по всему, дикарь внял предупреждению и, достав из-за пазухи небольшой кожаный мешочек, бережно уложил в него свой драгоценный подарок. Саня ловил на себе озадаченные взгляды аборигенов. Гребцы продолжали работать веслами, но при этом, уже не в силах преодолеть любопытство, выворачивали свои лохматые головы на сто восемьдесят градусов. Лишь один Рэд смотрел прямо: позиция рулевого, в отличие от гребцов, была более выгодной и позволяла не сломать свои шейные позвонки.

— Откуда же ты все-таки взялся, малек? — Осчастливленный зажигалкой Буглар говорил достаточно добродушно.

— С востока, — сказал Саня, хотя сам не был в том уверен.

— На востоке много чего есть, — хмыкнул усач. — Ты скажи прямо — с каких островов тебя к нам занесло? Саня не хотел больше юлить и решил честно рассказать о своих злоключениях, но тут раздался крик Рэда.

— Баски! — заорал рулевой. Буглар и Пряхин инстинктивно повернули головы в ту сторону, куда указывал Рэд. Вдали они заметили парус еще одной ладьи, чьи очертания немного отличались от конструкции лодки арийшей.

— К бою. Лево на борт, — скомандовал Буглар и, хищно улыбнувшись, добавил, обращаясь к Сане. — Молись своим богам, голощекий. Да постарайся не обделать штаны.

— Как-нибудь постараюсь, — заверил усача Пряхин, которого наличие басков в этих края ничуть не удивило. Если это Франция, то баски здесь вполне могли быть, только вот куда сами французы подевались? Между тем ладья тяжело разворачивалась. Сидящие слева гребцы табанили веслами, в то время как гребцы правого борта на весла налегли. Конкуренты тоже развернули свое корыто. Оба судна легли на встречный курс. Сближались они достаточно долго. Прошло немало времени, прежде чем стали вырисовываться силуэты воинов, находящихся на борту лодки басков. Их тоже было двенадцать. И у них тоже был свой, стоящий у бушприта, быкоподобный командир. Только в отличие от Буглара он имел другую прическу. Саня все еще тешил себя иллюзиями, что взрослые дяди играют в войну. Только вот оружие и у тех и у других совсем не деревянное. Да и выражение пылающих ненавистью лиц свидетельствовало о том, что скоро прольется настоящая кровь. Ладьи сблизились. Гребцы обеих лодок, как по команде поставили весла вертикально, сунув их в специальные гнезда на планшире. После чего разобрали оружие, построились вдоль бортов. Лишь рулевые оставались на местах и правили все еще двигающимися по инерции судами. Равен уже держал скойланный пеньковый конец с абордажной кошкой.

На лодке басков тоже стоял человек с подобным крюком, его окружали готовые к бою воины. Эти ребята имели медные котелки на косматых головах и издавали короткие выкрики, в такт которым ударяли мечами о костяные щиты. У арийшей щитов не наблюдалось: их оружие было в большей степени двуручным. Саня, оценив экипировку тех и других, даже забеспокоился об исходе предстоящего боя. Почему-то он болел за арийшей. Наступил момент, когда лодки поравнялись. Уже пора было кидать абордажные крюки и начинать драку. Но дикари все еще медлили, ожидая команды от своих командиров. Команды «на абордаж» так и не последовало. Ладьи разошлись буквально в десятке метров. Вожаки лодок проводили друг друга спокойными, полными достоинства взглядами. Что- то подсказывало — эти двое уже встречались.

— Последнее время я вижу Гомеза, гораздо чаще, чем мне бы этого хотелось, — сказал Равену Буглар. Усач стоял, облокотившись на древко своей, воткнутой в планширь, секиры, и смотрел вслед удаляющемуся судну басков. Саня не знал, кто такой Гомез, и какие у них с Бугларом отношения, но был очень рад тому, что до кровопролития дело не дошло.

— Ложимся на прежний курс. По местам, — скомандовал усач. Арийши вновь разоружились и сели за весла. Рэд развернул лодку на восток. Путешествие продолжалось. Солнце уже начало свой путь к закату, когда задул попутный ветер.

Айриши вновь развернули парус, отчего скорость судна значительно увеличилась. Тем не менее ладья шла не так быстро, как Саня того ожидал.

— А почему бы вам не поставить на вашу лодку дополнительный кливер? — предложил он Буглару.

— Что??? — Усач старался держать марку вожака своей команды, но его достаточно ограниченный разум никак не мог понять всей глубины мысли пришлого.

— Натяните линь между топом мачты и бушпритом, — начал объяснять Саня. — На него повесьте косой парус. Лучше всего его сделать в виде треугольника.

— Что??? — Складывалось такое впечатление, что Буглар начисто забыл свой родной язык и его набор слов ограничивался лишь восклицанием — «что?»

— Площадь парусов напрямую зависит от скорости вашего корыта, — попытался растолковать свое рационализаторское предложение Саня.

— Помолчи лучше. — Буглар вновь обрел дар речи. — Не надо попусту чесать языком. И тогда, возможно, ты останешься цел, малек. В глазах усача читалась некая толика участия. Что-то подсказывало

— его советом пренебрегать не стоит. Тем более, что ладья уже приближалась к какому-то крупному острову. На этом довольно приличном куске земли можно было различить большое поселение и, скорее всего, там имелись другие — более авторитетные люди, перед коими Сане еще предстояло держать ответ.