Крылья мрака

Одно из важных лиц хотело было что-то сказать, но второе дернуло его за рукав — и оба они поспешно удалились.

Лэса пошла следом за ними и внимательно осмотрела входную дверь. К сожалению, ни замков, ни засовов на двери не нашлось. Лэса огляделась и, увидев несколько невысоких скамеек, стоявших вдоль стен, тут же принялась за дело. Через минуту все скамейки были перетащены ко входу.

— Эй, погоди баррикады строить, — окликнул кошку эливенер. — А то без ужина останемся.

— He останемся, — мысленно огрызнулась Лэса. — Ужин я пропущу внутрь, так и быть.

Лэльдо рассмеялся и посмотрел на Дзз. Тот устало свернулся в кресле и печально моргал круглыми глазами.

— Что, малыш, надоели они тебе? — спросил брат Лэльдо.

— Еще и как! — пожаловался уроборос. — А зачем ты попросил прийти знающего врача? У тебя что-то болит?

— Нет, конечно, — ответил эливенер. — С болезнями мы с Лэсой и сами управляться умеем, и даже неплохо. Просто хочу поговорить… о птервусах.

— Ох! — послышалось из-за помоста. — Ящеры…

Уроборос вскочил в кресле и перегнулся через его спинку, заглядывая за помост.

— А, это ты, Кенард! — обрадовался Дзз. — А чего ты там прячешься? Иди сюда!

Но не успел Кенард выбраться из своего укрытия, как в дверь купола осторожно постучали. Прибыл ужин. А вместе с ними старый-престарый хворь-перевязка, едва передвигающий ноги, с облезлым хвостом, но с острым, внимательным взглядом черных глаз — самый знающий врач городка.

Глава 23

— Врачу, исцелися сам, — пробормотал эливенер, приняв из чьих-то рук большую корзину с харчами и мельком оглядев почти голый хвост целителя. Лэса поспешила захлопнуть двери и придавить их скамейками, нагроможденными одна на другую. Потом тоже глянула на старенького врача — и одну скамейку сняла, чтобы доктору было на чем сидеть. Сами-то путешественники могли прекрасно устроиться и на полу, и на помосте, но с доктором предстоял длинный разговор, и иир'ова побоялась, что тот без привычных условий не выдержит.

Уроборос и Лэса занялись изучением содержимого корзины и сервировкой ужина, а брат Лэльдо, проводив целителя к помосту и предложив ему сесть, задумчиво почесал в затылке, не зная, с чего лучше начать. Но врач, похоже, не особо интересовался предстоящим разговором. Куда большее любопытство вызвали у него булатные посохи, лежавшие на краю помоста.

— Малыш! — вдруг мысленно окликнул кого-то врач. — Поди-ка сюда!

Путешественники обернулись, не зная, к кому он обращается, но целитель, хотя и передавал на общедоступной ментальной волне, на них не смотрел. Он повторил:

— Поди сюда! Кенард, тебе говорю!

Смущенный ученик выбрался из-за помоста и, поджав хвост, подошел к старшему коллеге.

Старый врач, не обращая внимания ни на путешественников, ни на уробороса, приказал, используя общую ментальную волну:

— Подай-ка мне вон те жезлы!

Он показал на посохи.

Кенард подбежал к помосту, но, протянув руки к посохам, вдруг замер.

— Не бойся, они не кусаются! — мысленный голос врача звучал резко и властно.

Крохотный Кенард осторожно потащил к себе один из посохов, и брат Лэльдо поспешил помочь ученику, опасаясь, как бы тот не уронил довольно тяжелый кусок металла себе на голову. Взяв оба посоха, эливенер протянул их старому врачу, но тот показал пальцем на пол:

— Положи.

Эливенер послушно выполнил приказание.

Старый врач слегка наклонился, рассматривая изделия суртов, но ничего не сказал. Подняв голову, он перевел взгляд на уробороса, ни на шаг не отходившего от Лэсы.

— И откуда же ты к нам явилось, чудное существо? — спросил он. — Какого ты роду-племени?

Уроборос смущенно уставился в пол.

— Я… этот… как его…

— Ну, мне-то можешь голову не морочить насчет своего божественного происхождения, — спокойно передал старый целитель. — Отвечай без дураков.

Уроборос обрадовался тому, что не нужно изображать из себя черт-те что, и объяснил старику, кто он таков и как очутился в здешних краях.

— Значит, ты умеешь добывать из земли металлы? — спросил старец. — Всякие?

— В общем, да, — ответил Дзз. — Когда подрасту — смогу. Кроме серебра, это дело женское. Но у нас очень строго следят, чтобы все шло по порядку. Ну, сначала золото, потом — медь, и так далее. Учитель в школе все время повторяет — не лезь вперед старших в новое месторождение, на ртуть напорешься — хвостом не отделаешься!

И старый целитель, и брат Лэльдо с кошкой расхохотались от души. Потом старый целитель задал еще один вопрос:

— А драгоценные самоцветы ваш народ тоже добывает?

— Конечно, а как же! — фыркнул уроборос. — Только не для себя, для торговли.

— Не зная цены, не продашь выгодно, — заметил врач.

— Само собой, — с важным видом кивнул малыш Дзз. — Я и то уже кое-что в этом понимаю. А уж про старших и говорить нечего.

— И как бы ты оценил камни, вставленные в эти посохи? — поинтересовался старый врач. — Ты ведь наверняка уже рассмотрел их, правда?

Уроборос смутился. Он, по правде говоря, не обратил на самоцветы ни малейшего внимания. На что они ему сдались?

Дзз быстро подбежал к булатным посохам, лежавшим у ног старика, и стал их внимательно рассматривать. А старик глянул на брата Лэльдо.

— Ты-то знаешь, что это за предметы?

— Вообще-то нет, — честно признался молодой эливенер. — Нам сказали, что посохи накапливают энергию и трансформируют ее, вот и все. Как именно они это делают и какая нам с того польза — мы пока не выяснили.