Крылья распахнуть!
Шрифт:
– Уберите копья, дурачье!.. Вот так. А теперь помогите мне встать!
2
Какой же чудодейственной силой обладают горячая ванна, чистая одежда и бокал вина! И не надо никаких чар. Ванна изгнала недавний страх смерти, чистая одежда вернула самоуважение, а бокал вина заставил
И теперь Двуцвет, прогуливаясь по замковой галерее и невнимательно обозревая закат над морем, со вкусом рассказывал Алмазу о своих приключениях в «изнанке» замковых стен.
Алмаза заинтересовали монстры, плетущие паутину небывалой толщины и прочности. Он принялся было вслух прикидывать, не пригодится ли подобное умение людям усовершенствованной породы. А может быть, выпустить таких пауков в подземелья замка – чтобы встречали и привечали нежданных визитеров?
Разговор о подземельях навел Двуцвета на воспоминание: кольцо замшелых камней, древние руны на них и черная вода колодца.
– Наш учитель все еще… гостит в замке?
– Еще бы! – тонко усмехнулся Алмаз. – Иначе замок был бы уже разрушен. Недавно я навестил его, прихватив в подарок серебряную цепочку. А ты не хочешь его проведать? Наверняка он будет рад!
– Обязательно, – солгал Двуцвет.
Он не собирался спускаться в подземелье.
Все-таки пугал Двуцвета демон, некогда заключивший договор с троими магами и ставший их учителем. И пусть его надежно удерживают знаки древних колдовских письмен… нет, Двуцвет не пойдет к потаенному колодцу, не хочется, вот и всё!
Чародей вернулся было к рассказу о пауке, но ему помешало появление на галерее женщины.
Высокая, статная, голубоглазая, с двумя толстыми светлыми косами, переброшенными на грудь, она была похожа на супругу богатого джермийского купца, когда та в праздничный день чинно и важно шествует в храм. Впрочем, если бы кто-нибудь высказал надменной особе это сравнение, она бы удивилась и оскорбилась. Чародейка Сапфир имела о себе мнение весьма высокое и в мыслях равняла себя разве что с Младшими богинями.
Впрочем, Алмазу кивнула как равному, отбросив высокомерие. А на его спутника сначала взглянула недоуменно и хмуро, но почти сразу заулыбалась:
– Ой, Двуцвет! Какой ты смешной в этом облике!
– А как ты меня узнала?
– Ну, от тебя веет магией. А разве Алмаз впустил бы в Семибашенный замок чужого мага! Откуда ты таким красавцем?
– Из Альбина. Разбираюсь там с дочкой короля Аргента. Никак нельзя допустить эту гадину к престолу.
Сапфир наморщила лоб (что ей совсем не шло):
– Но ведь наследник – принц Элрик?
– Да, но следующая на очереди – Энния, а Элрик слаб здоровьем. Если он умрет, наследницей объявят принцессу. Конечно, если к этому мгновению она успеет обзавестись принцем-консортом. Незамужняя дева на трон не взойдет. И даже официальной наследницей ей не быть.
– Ну и в чем дело? Она же не замужем, так? Я не очень разбираюсь в человеческой политике…
Двуцвет ухмыльнулся при слове «человеческой», произнесенном с таким презрением. Себя Сапфир к людям не причисляла, хотя и родилась – Двуцвет узнавал – в заурядной семье джермийского мясника. Чародейка считала магов особой, высшей расой, а все прочее население всех материков
и островов числила недостойными тварями, которые когда-нибудь будут магами порабощены. Для нее равно низкими были и нищий, и король. А вот товарищей по Ожерелью она считала равными себе (то есть стоящими на высшей ступени незримой лестницы, на которой Сапфир мысленно размещала все живое). Двуцвета это устраивало.– Принцесса Энния готовится тайно выйти замуж за младшего иллийского принца, чтобы упрочить свои права на престол.
– А почему тайно?
– Потому что ее младший братец Джордан тоже рвется на престол. Он куда опаснее недотепы-наследника. Сестру терпит лишь до тех пор, пока та не вздумает обзавестись мужем. За ним сильная придворная партия.
– Агат прозревала будущее, – напомнил Алмаз. – Я тебе писал… Она уверяет, что все тропки судьбы ведут к победе Эннии. И еще поминала какого-то не то Бонца, не то Бенца… Изумруд, кстати, тоже про него говорил. Это что за птица?
– Не знаю, мне такой не встречался. И слышать не доводилось. А что касается тропинок судьбы, так ведь они не в граните на века прорублены, а нарисованы на песке. Перечерчу их по-своему, не впервой. Я ставлю на принца Джордана!
– А почему не на Эннию? – из вежливости поинтересовалась Сапфир.
– Потому что принцесса намерена резко ограничить деятельность магов. Оставить лишь ремесленников, которые делают магические светильники, амулеты для лескатов, кубки, нейтрализующие яд, и прочие полезные вещи. Причем под жестким контролем. Нам, с нашими исследованиями, придется туго при королеве Эннии Первой. Ты не забыл, что замок стоит на Спорных Землях? Что Альбин предъявляет на них права?
– Разве такое забудешь? Мы же платим налоги и Альбину, и Виктии – чтобы не было неприятностей.
– А сочтешь ли ты неприятностью, если в замке поселится королевский наблюдатель, которому ты должен будешь объяснять смысл и необходимость каждой проведенной тобою операции?
Алмаз резко побледнел.
– Вот сука! – взвилась Сапфир, разом теряя свой милостиво-царственный вид. – Чтоб человечья девка совалась в дела магов!..
– Но принц Элрик женат, – припомнил Алмаз. – Разве его дети…
– Дети? – язвительно переспросил Двуцвет. – Такого подарка Альбину принц не поднесет… если верить придворному лекарю.
Сапфир снова потеряла интерес к теме беседы. Ей хотелось рассказать о своих магических успехах, о том, как подчиняются ей огромные массы воздуха. Но из учтивости все же поддержала разговор:
– Убьешь паршивку?
– Хотел просто скомпрометировать ее и сорвать свадьбу, – задумчиво отозвался Двуцвет. – Но, видимо, придется убить. Вне дворца она уязвима…
Заметил недоуменные взгляды собеседников и пояснил:
– Эта гадина уже пустилась в странствие по пяти святыням. Инкогнито, разумеется.
– О, – понимающе откликнулся Алмаз, – все так серьезно?
А Сапфир обиделась:
– Я, между прочим, не обязана знать все обычаи жалких людишек!
– Перед тем как отпрыск альбинского правящего дома вступит в брак, – объяснил ей Двуцвет, – он совершает паломничество по пяти храмам или храмовым обителям, дабы почтить Эна Изначального и четверку Старших богов. Принц Элрик перед свадьбой посетил три храма и две обители в пяти странах… Алмаз, мне надо быстро попасть в Андерхилл. Поможешь?