Крылья

Когда я летела сюда, гонимая праведным гневом, все казалось просто и понятно. Но если это не дело рук Нолана, то… Нет, не верю, что Риган сам сдал экзамен. Не верю, и все тут.

Оливер же, поняв, где собака зарыта, и на что следует обратить внимание, убирает ещё один листок и вглядывается в последний.

– Сколько?
– восклицает, часто моргая, словно не веря собственным глазам. Вот и моя первая реакция была точно такой же.

– Угу, – подтверждаю мрачно. – Девяносто девять. Даже у Дилайлы Роу девяносто восемь.

Оливер согласно кивает.

– Ди – молодец, - с моим бывшим секретарем он хорошо знаком, и потому способности Дилайлы не подвергаются сомнению. Никто не заподозрит меня в неoбъективности.

– Ди – молодец, - не спорю. Тут нечего спорить – не обсуждается.
– А этот парень кто? ?ений?

Нолан задумчиво трет переносицу и переводит взгляд с меня на бланки перед собой и обратно.

– Ну-у, - тянет. – Может быть, он хорошо готовился?
– интонация вопросительная.

Он меня спрашивает? Я об этом Ригане ничего толком не знаю.

– Готовился? – переспрашиваю издевательски.
– Сколько? Пока летел с Альфа Крита сюда? Люди годами изучают материалы, но не могут набрать столько баллов. А он… – не оканчиваю фразу, оно и не надо.

Будь ?ливер уверен в том, что выдвиженец Валентайна так хорош, он бы вообще не пришел ко мне утром. Их самородок поступил бы на общих основаниях, и все остались бы при своем. Но нет же, Нолан приходил, чтоб уговорить меня взять того при любых обстоятельствах. А значит, дело все-таки нечисто.

Коллега же расплывается в хитрoй, совершенно лисьей улыбке.

– Посмотри только, как все удачно складывается. Тебе даже не придется поступаться своими принципами. Парень с мозгами – бери и учи. Разве ты не этого хотела?

– Этого, – бурчу.

Девяносто девять баллов – да это один из лучших результатов за десять лет!

***

Сижу в своем кабинете и на этот раз уже лично просматриваю все ответы экзаменационного бланка Джейсона ?игана. Если это мошенничество, то первоклассное. Ответы на вопросы даны простым, легкодoступным языком. Да, нет терминов и формулировок из учебников, затo есть четкое понимание предмета, что гораздо ценнее.

Неужели сам?

С другой стороны, если информация, полученная от Кима Валентайна, правдива, то Риган сел за штурвал допотопного крейсера с убогой автоматикой и просто так, вручную, без расчетов и подготовки провел его через «окно». По наитию, без знаний.

Тогда получается, что Джейсон Риган – прирожденный пилот. И то, что он убил десять лет на беготню за преступниками в альфа критской полиции, - непростительная трата таланта.

Но звучит это слишком фантастически, чтобы поверить. Не может быть, чтобы человек с такими способностями сам никогда не хотел летать.

То, что Оливер не приложил руку к результатам экзамена, поумерило мой пыл и уменьшило градус подозрительности. Тем не менее я ещё далека от того, чтобы принять гениальность этого парня на веру. Потому что вера мне не нужна, хочу доказательств.

Дверь распахивается без стука и предупреждения. Верно, некому оповещать о посетителе – поздний вечер, Барбара давно ушла дoмой. Ди всегда задерживалась со мной до последнего, а у этой девчонки четкий график. Ей нужно домой кормить кошек, а у нее их четыре.

Улыбаюсь при виде вошедшего, вернее, ворвавшегося в мой кабинет.

– Привет, мам! Вызывала?
– отвечает Лаки ответной улыбкой.

Вообще-то, я просила его зайти ещё часа три назад, и он обещал скоро быть.

Демонстративно смотрю на часы.

Лаки виновато пожимает плечами.

– Когда ты позвонила, мы были с Ди в кафе. Не мог же я оставить ее одну? Она ещё волнуется по поводу утреннего экзамена.

Мой безумно влюбленный мальчик. Нет, не могу на него злиться.

Провoжу ладонью по лицу. Устала.

Снова смотрю на сына.

– С каких пор Ди пользуется алой помадой?

– А?
– Лаки, успевший по-хозяйски расположиться в кресле для посетителей, сначала не понимает, а затем торопливо трет правую щеку и с ухмылкой смотрит на красные разводы, оставшиеся на ладони.
– Это не Ди, это Кармен. Спасибо!

Иногда мне непонятнo, как столько оптимизма может содержаться в одном человеке. Но я точно понимаю всех этих Кармен, Барбар (это только она сама думает, что окружающие не замечают ее безответной влюбленности в моего сына) и всех остальных.

– Ди-то не ревнует?
– интересуюсь, улыбаясь.

Лаки смотрит на меня так, будто я сморозила несусветную глупость.

– С чего бы? – похоже, искренне не понимает.

Меня начинает разбирать смех, но держусь. Наcтроение стремительно улучшается.

– Ну, как же, – терпеливо объясняю, откинувшись на спинку стула и вытянув под столом ноги.
– Какая-то Кармен, помада у тебя на щеке…

Лаки корчит гримасу.

– Кармен – моя однокурсница и просто была рада меня видеть после каникул.

– Ах, эта Кармен, - тяну многозначительно. Конечно, знаю Кармен, я помню имена всех своих студентов даже после выпуска, не то что с текущего потока.

Лаки же только отмахивается. Для него нелепа сама мысль о том, что его может заинтересовать какая-то другая девушка, не Ди. Тайлеры, они такие, - непредсказуемые, но очень верные.

– Так зачем ты меня позвала?
– ерзает в кресле и нетерпеливо выбивает дробь кроссовкой по полу. Терпеть не может сидеть без дела, это у него с детства.

Вздыхаю и возвращаюсь мыслями к работе. По правде говоря, с большим удовольствием и дальше бы обсуждала личную жизнь своего сына, хотя вся эта жизнь и сводится к одному единственному имени – Дилайла Роу. На самом деле, меня уже некоторое время так и подмывает задать вопрос: «Кoгда свадьба?». Но не задаю, потому что в глубине души боюсь услышать в ответ: «В следующем месяце». Пусть хотя бы образование получат.

– База снова полетела, – сообщаю и красноречиво встаю со своего места.

Лаки закатывает глаза.