Кулинар. Вторая часть

– Попросишь, непременно попросишь прощения за все свои оскорбления.

Анна усмехнулась и скрестила руки, давая понять, что Рони не дождётся от неё извинений.

– Да, я выросла не в богатой семье, и у нас были периоды в жизни, когда на кусок хлеба не было денег. Но все эти сложности не ожесточили меня и не привили ненависть ни к другим людям, ни к богачам вроде тебя. А теперь по поводу воспитания. Моя мать воспитала меня достойно, и уважение моё нужно заслужить. А вот про твоё воспитание я не могу отозваться положительно.

Анна выпучила глаза на такое заявление: – Вот как!

– Воспитанный человек не станет принижать другого лишь потому, что он не вашего уровня. Это выдаёт лишь глупость.

Анна злилась, ведь её назвали глупой.

– Но ты знаешь, я не могу обижаться на тебя, ведь я понимаю тебя.

– Да неужели?

– Твоя неприязнь ко мне связана с ревностью. Ты ревнуешь Марко ко мне, вот и злишься от этого.

Анна отвела взгляд в сторону, в какой-то степени Рони оказалась права.

– Но будь спокойна, у меня даже в мыслях его нет. Моё сердце принадлежит только Ксандеру.

– Зато ты в его мыслях, – пробурчала Анна себе под нос, но Вероника услышала это.

– О чём ты?

– Ни о чём.

– Нет, ты сказала, что я в его мыслях. Что ты имела в виду?

– Ничего особенного, забудь. Просто прояви к нему немного уважения, он ведь спас тебя и продолжает защищать, хотя это может плохо для него закончиться.

– Почему для него это может плохо закончиться?

Анна замолчала, поняв, что сказала лишнее. – Забудь.

Анна обогнала Рони и направилась к дому. Но Вероника схватила её за руку и остановила:

– Подожди, хочешь сказать, Марко угрожает опасность из-за меня? Ответь!

– Да, конечно, он в опасности, ведь Марко укрывает преступника.

Рони была шокирована словами Анны. Её назвали преступницей. Её, ту, которая всегда была против преступлений… Ту, которая смогла направить такого, как Ксандер, на праведный путь… Ну а кто она? Конечно, преступник. Вероника, убив Дарио, вступила на путь преступности. Она нацепила на себя ярлык убийцы, от которого ей не избавиться.

– Я не просила меня спасать и защищать. Пусть отдаст меня им.

– Отдаст тебя им? – усмехнулась Анна. – Ты хоть представляешь, что с тобой сделают?

– Прекрасно представляю, и я не против. Каждый день без Ксандера для меня в тягость.

– Это пройдёт. Нужно время. Придёт время, и ты даже не вспомнишь о нём.

– Ты бы тоже не вспомнила?

Анна даже поперхнулась от этого вопроса. Она внимательно стала всматриваться в глаза Рони, желая понять, знает ли она об их отношениях с Ксандером. «Неужели он рассказывал обо мне?» И даже спустя столько лет этот мужчина не оставлял её в покое, не было ни дня, чтобы Анна не вспоминала его.

Веронику напрягли растерянный взгляд Анны и её долгое молчание. – Что с тобой, ты побледнела? – спросила она.

– Всё нормально.

– Мне так не кажется.

– Возможно, он не забудется, но эта боль стихнет, уж поверь.

– Ты так говоришь, словно с тобой было подобное! – не унималась Рони.

Анна отвела взгляд. Эта тема была болезненной для неё, и обсуждать с женой того, кто до сих пор был в её сердце, было неприемлемо.

– Неужели было? Это до Марко было?

– Не имеет значения, – недружелюбно ответила блондинка.

Рони видела, что Анна испытывает боль, вспоминая кого-то, кого она потеряла. – Его тоже убили?

Анна пристально посмотрела на Веронику и сказала: – Да, убили, совсем недавно.

Рони стало понятно, почему Анна не хочет с ней общаться и рассказывать о чём-то. Тема была очень личной, а Рони была не тем человеком, которому можно было бы довериться. – Соболезную.

Анна кивнула головой. «Если бы ты знала, по ком болит моя душа, ты бы не соболезновала. Интересно, как бы ты отреагировала, если бы узнала, что мы любили друг друга? Думаю, полезла бы в драку».

– Не хочешь поделиться?

– Нет, не хочу.

Анна ускорила шаг, но Рони, заинтересованная вопросом об измене Анны мужу, пошла за ней.

– Выходит, ты изменяла Марко? – тихо спросила Рони, чувствуя неловкость.

Анна резко остановилась и возмущённо посмотрела на девушку. – Как ты только могла такое подумать?

– Прости, прости, я не знаю, что на меня нашло! Просто я так подумала, сама не знаю почему.

Анна старалась отдалиться от своей назойливой спутницы. Одна её часть хотела убежать от этой неприятной девушки, потому что ей было тяжело даже видеть её. Но другая часть хотела выговориться. За столько лет накопилось так много переживаний и боли, что Анне необходимо было поделиться ими с кем-то. Ей хотелось рассказать о своих чувствах к этому мужчине и о том, как сильно она сожалеет о совершённой ошибке.

Если бы девчонка не любила Ксандера, Анна, возможно, поговорила бы с ней. Однако непонятное отношение Марко к Рони вызывало у Анны желание обидеть девушку. Она чувствовала себя злой ведьмой, которая хочет навредить ей, задеть её чувства.

– Он был твоим другом?

– Ты не отстанешь? Тебе правда интересно?

– Я просто схожу с ума от одиночества. Мысли о Ксандере душат меня.

– Боюсь, мои откровения тебя расстроят.

Вероника не поняла, о чём та говорит. – Почему ты так думаешь?

– Ладно, давай выйдем на веранду. Но предупреждаю: речь пойдёт о том, кто дорог и тебе.

Рони остановилась. Сердцем она уже поняла, о ком пойдёт разговор, но не понимала, в каком русле он будет проходить.

– Идём, ты сама захотела это услышать.

– Я уже не уверена, что хочу.

– Поздно.

Женщины обосновались на веранде. Анна рукой указала Роне, чтобы та села. Пыл Рони угас, как и желание продолжать этот разговор. Но Анна права: она сама напросилась, и теперь ей предстоит услышать то, что может нанести ещё большую боль.

– Итак, по твоему молчанию я предположу, что ты поняла, о ком пойдёт речь.

Рони даже не могла кивнуть головой, не то что произнести слово.

– Тот, о ком я говорила, это Ксандер. Да, твой муж и брат моего мужа. Ты сейчас в недоумении: как я могу быть связана с Ксандером? Наше знакомство уходит в далёкое прошлое, ещё до знакомства с Марко.

И здесь Вероника вспомнила разговор с Луизой, которая как-то упоминала о прошлой любви Ксандера, которая нанесла ему рану.

– Мы любили друг друга. Мы были молоды и совершили много ошибок, которых не исправить, – Анна отвела взгляд и явно огорчилась.