Культ

Нас привели к порогу виллы, отведённой для евромосковской делегации.

— Отдыхайте, любые ваши капризы исполнит дворецкий, — улыбнулся Ачарья. — Через два часа мы встретимся в конференц-зале. Также запланирован лёгкий обед.

— Вас проводят, — добавил второй индиец, который оказался хозяином ресорта.

Представители Индрадатта растворились в шелестящем полумраке.

Мы ступили под сень обширной террасы, накрытой пальмовой дранкой. Здесь было спокойно, тихо и просторно. Мебель — низкая, плетёная, собранная из натуральных материалов.

— Я так понимаю, это гостиная, — сказал Марк.

Вскоре появился дворецкий по имени Клим. Чувак был одет в парусиновые брюки и рубашку-поло, на ногах носил белые теннисные туфли.

— Рад приветствовать в нашем отеле, господа, — улыбнулся дворецкий. — Я пришёл, чтобы провести небольшую экскурсию по вашим апартаментам.

— Вы из России, — догадался Венедиктов.

— Родился в Москве, — признал Клим. По виду этому мужику было лет сорок. Загорелый, подтянутый, с выгоревшими на солнце волосами. — Переехал сюда много лет назад.

Мы двинулись вслед за сопровождающим.

Вилла раскинулась на приличной территории и не только на земле. По сути, нас окружали открытые террасы, без стен и кондиционеров, с видом на океан. Террасы были деревянными, их связывали между собой настилы и лестницы, а все крыши ресорта оказались пальмовыми. То и дело нам попадались неглубокие бассейны, ванны под открытым небом, кровати под сетчатыми балдахинами, дизайнерские скамейки из обточенных морем брёвен.

— Часть виллы уходит в лагуну, — пояснял дворецкий, спускаясь по очередным ступенькам. — Вы можете купаться и загорать в своё удовольствие. Там же мы накрыли для вас обеденный стол.

Ступени вывели нашу делегацию на хлипкий с виду настил, опирающийся на металлические сваи. Настил здорово напоминал пирс с верёвочным ограждением. Добравшись до надводной террасы, мы обнаружили столик, накрытый на семь персон, расставленные вокруг него плетёные кресла и трап, спускающийся прямо в воду. Здесь же хозяева построили компактное двухэтажное бунгало.

— Двери раздвижные, — сообщил дворецкий. — Открываются датчиками движения. Беспроводной глобал. Кабинет для работы. Спутниковая связь для звонков по всей планете. Если понадоблюсь — вызывайте через интерком.

— Замечательно, — одобрил Марк.

Клим удалился.

Группа разбрелась по мягким креслам и диванчикам.

Я уселся прямо на нагретые доски, свесив ноги с края платформы. Прозрачная вода вылизывала опорные трубы, сквозь её толщу я видел плавающих рыбёшек. Едва уловимое дуновение ветерка шевельнуло волосы на голове.

— Что ты об этом думаешь? — спросил Марк, присаживаясь рядом.

— Усыпляют, — пожимаю плечами. — Ты ведь и сам чувствуешь, да? Хочется бултыхнуться, потом позагорать, съесть какой-нибудь папайи...

— И уж точно не продавливать свои условия, — хмыкнул Адамс.

— Говорят, за утёсом отличные волны, — подал голос Венедиктов. — Там лагуна заканчивается. Можно посёрфить.

— Что и требовалось доказать, — фыркнул Нормаер.

У Марка зазвонил смарт-браслет.

Лидер воткнул в ухо гарнитуру, принял вызов, встал с прогретого настила и отошёл к краю платформы. До моего слуха доносились исключительно междометия и ничего не значащие комментарии. Похоже, большой босс выслушивал чей-то доклад.

Я остался наедине с океаном.

Прислушался к собственным мыслям.

Меня не отпускало странное чувство. Словно разыгрывается шахматная партия, в которой мне противостоит более сильный противник. И у этого противника всё просчитано на десять ходов вперёд, а у меня — максимум на три. Ануннаки больше не пытаются меня убить. То ли я настолько неуловим, то ли они сменили стратегию. Владыка сказал, что у старых богов проблемы с навигацией в физической реальности. Вероятно, так оно и есть. Правда, я не могу взять в толк, откуда они узнали про то, что я поеду на бал к Радзивиллам. Узнали же. Следовательно, у них есть информатор. И этот же информатор гипотетически может знать о ведущихся с Индрадатта переговорах...

— У меня плохие новости, — Марк присел рядом на корточки. — Для тебя.

Я повернул голову и приготовился слушать.

— Чжао признали культ Нергала сектой, — изобразив скорбное выражение на лице, сообщил Адамс. — Закон вступит в силу через три дня. С тобой свяжутся и настоятельно порекомендуют закрыть все монастыри.

— Огонь.

Чего-то подобного следовало ожидать. Я отверг щедрое предложение азиатов, и те обиделись. У меня есть парочка запасных вариантов, но там же миллиарды душ... Почти четыре миллиарда, если быть точным. Без Индии, но с Сибирью, японцами и корейцами. Половина, вашу мать, земного населения. А святые места, как известно, не пустуют. И кто же заявится к Чжао вместо меня?

По спине пробежал холодок.

Ответ очевиден.

Если младшие боги оттяпают этот кусок, Нергалу несдобровать. Тут, конечно, есть нюансы... Религия не берётся с потолка. Её надо культивировать годами и десятилетиями. Я бы даже сказал — веками. У меня фора по времени. И поставленная на поток система промывки мозгов. А Пандем населяют преимущественно буддисты, синтоисты и последователи Конфуция. Там своя философия, тысячелетний уклад. Перегнуть чашу весов в свою пользу без опытных жрецов будет нелегко. В конечном итоге Нергалу и Ануму придётся договариваться, взаимное истребление ни к чему хорошему не приведёт. Вот только эти переговоры могут состояться лет через триста. Или не состояться вовсе...

Так вот, у меня есть фора.

Поэтому мне выгодно расширять сферу влияния, укреплять позиции и тянуть время. А моим противникам выгодно разделаться со мной сейчас. Или подождать, пока мой труп не поплывёт вниз по течению реки через три столетия. Что не факт. Собственно, я настроился на битву — она логична.

А ещё очень логично мешать мне вести переговоры.

Ставить палки в колёса.

Поэтому диалог с Индрадатта на фоне принятого законопроекта... будет выглядеть так, словно я потерпел неуачу на одном из фронтов и теперь хватаюсь за соломинку. Упыри попытаются разговаривать с позиции силы. Марк это тоже понимает. И радости не испытывает. Любое усиление Чжао ему как серпом по яйцам.

— Ладно, ребята, — хлопнув по коленям, Адамс выпрямился. Потянулся, хрустнул суставами. — Работаем по плану. Срать мы хотели на китайские законы. Бьём в слабые точки, как и договаривались. Пакистанцы, спорные земли. Взаимные торговые ограничения. Угрозы хтоническим оружием...

— У них нет призывателей? — удивился Венедиктов.

— Индры их боятся до смерти, — хмыкнул Марк. — В двадцатом году здесь такой треш случился, что брахманы до сир пор содрогаются. У них, кстати, орден демонологов продолжает функционировать.