Куница. Том 2

Магией открываю дверь и вхожу. С порога меня встречает смесь из запахов алкоголя, пота и табачного дыма. Одежда только одного человека, форма висит на вешалке и выглядит прилично, не заляпано. А вот ботинки разбросаны. Прохожу в комнату, брат спит на диване в компании выпитой бутылки. На полу целая батарея пустой тары, в половине лежат окурки. Открываю окно, чтобы впустить свет и проветрить помещение. На моей памяти Миша ни разу не напивался до такого состояния. Ну... Учитывая бравое окружение, в том, что братец выпивал, я не сомневаюсь. Сам факт меня вообще не удивляет. Но здесь сама обстановка... Выглядит так, будто он нажирался в одно лицо до полного изнеможения.

В медицине я не особо силён, но заклинание для снятия синдромов похмелья знает любой уважающий себя маг. Его-то я на Мише и применил. Парень проснулся, закашлялся, ещё не соображая, что происходит. Зная, как будет действовать магия, я схватил парня и отволок в ванную комнату, оставив наедине с белым фаянсовым другом. Через десяток минут услышал звук сливаемой воды, затем воды в раковине. Наконец, брат показался в комнате. Выглядел он бледным, но не более того. Обведя мрачным взглядом комнату, Миша прошёл до столика, где взял сигареты и закурил.

— Рассказывай, — кивнул я, магией отогнав от себя дым.

Миша был подавлен.

— Смеёшься?

— И не думал. Просто вижу, что у тебя какие-то проблемы. Рассказывай, двумя головами легче думать.

— А ты не думал об этом, когда выставлял меня дураком перед друзьями? — спросил он.

И этого вопроса я ожидал, отчего закатил глаза.

— Миша, жизненный урок номер один. Если люди, которых ты зовёшь друзьями, отворачиваются от тебя так легко, они не друзья.

— Самый умный? — мрачно отозвался брат.

Уже прогресс, парень сам не верит, что те господа были настоящими друзьями, на которых можно положиться, впрочем, как и на моих «друзей» в лицее.

— Давай я тебя ещё одним заклинанием приложу, чтобы взбодрился. Если ты думаешь, что у тебя в жизни большие проблемы, жизнь к тебе несправедлива, все тебя обижают и дальше по списку, то нет, братик. Меня, например, за последний месяц пару раз пытались убить.

Миша удивлённо на меня вытаращился.

— Я знаю только об аварии.

Киваю.

— Ага. А ещё до меня домогался какое-то поехавший крышей сотрудник специального отдела, теперь этот самый отдел очень интересуется моей персоной. И ничего, как видишь, к тебе приехал. По делу, кстати. Но раз у тебя какая-то беда, давай выкладывай.

Миша докурил сигарету и выбросил окурок в одну из пустых бутылок. К счастью, для меня братец сейчас именно в том состоянии, когда хочется окружающим рассказывать о своих проблемах.

— Когда друзья... — он сбился, поморщился. — Когда они надо мной посмеялись и решили пока не общаться...

Он замолчал.

— Потому что ты, по их мнению, повёл себя недостойно. Глупость. Дальше.

Брат продолжил:

— В общем, я был один и... У нас дают балы каждую субботу. В общем, я перебрал. А в этот раз на балу была гостья, и...

Я удивился. Если бы проблема была в этих так называемых друзьях, он бы злился, а не убивался. Убиваются молодые люди по прекрасным дамам. Но...

— Я выставил себя полным кретином, — выдохнул Миша. — У неё на глазах...

Ох уж эти вечные проблемы. Не мне говорить, конечно, сам изнываю от неразделённого чувства.

— Ладно. Как зовут девушку?

Миша вздохнул.

— Какая разница?

— Ну, если она не помолвлена, то шанс у тебя ещё есть, — ответил я.

Он отрицательно покачал головой.

— Нет. Я навеки покрыл себя позором.

Закатываю глаза... Чёрт, это же жест Людмилы, понабрался.

— Тебя что, стошнило? — делаю очевидное предположение.

Он покачал головой, отрицательно.

— Нет. Я чихнул и высморкался ей на платье.

Мне стоило усилий не расхохотаться.

— Нда, такое первое впечатление перебить будет непросто, — едва удерживаясь от смеха, выдавил я. — Так как её зовут?

— Марина Пожарская.

Великие князья Пожарские? Губа-то не дура, нашёл братец, на кого высморкаться. Это ему ещё повезло, что отделался только позором, а не проблемами с Пожарскими.

— Тогда слушай сюда, Миша. Сейчас приводишь себя в порядок. Не спорь! — обрываю попытку возмутиться. — Чтобы покорить твою княжну, надо показать силушку богатырскую. Этим мы и займёмся. Заодно послужишь делу рода.

Глава 8

Москва. Московский Государственный Лицей Имени Его Императорского Величества Николая

Декабрь 1982 года

Лицей встретил меня лёгкой суматохой из-за подготовки к промежуточным экзаменам. Где-то в груди шевельнулось ностальгическое чувство, воспоминания, как я сам к таким экзаменам готовился, как искал, у кого списать недостающие конспекты, где найти книги по теории, как вырвать методичку для практической подготовки. На секунду поймал себя на очень забавной мысли. Сейчас, со своим текущим багажом знаний и навыков, я могу, ух, как себя показать на экзаменах, всех затмить и покорить, и всё в том же ключе. Мысль вызвала кратковременную улыбку, однако лишь кратковременную. Для меня сегодняшнего оценки в лицее и признание сверстников в списке приоритетов стоит не в первом и даже не во втором десятке. Реальность спустила меня на землю словами: «Очнись, Дима, у тебя на носу сложный ритуал, на хвосте специальный отдел, а над головой дамоклов меч. Тебе больше делать нечего, как повергать лицеистов и преподавателей величием своих навыков?»

Мысли быстро вернулись в конструктивное русло. Миша переехал в особняк. Технически я его перевёз, не спрашивая мнения. Очень хотелось посадить к рекрутам, чтобы ребята подтягивали брата до общей планки, но рекруты сами пока ничего из себя не представляли, а Миша, всё же, нужен был для другого. Поэтому, хоть и было страшно, отдал его под опеку Ани. Бед он не натворит, лишь бы она его не совратила.

Сейчас я, вообще не задумываясь о предстоящих экзаменах, искал наших красавиц. Мне нужны были обе, желательно, по очереди. Но желаемому не суждено было случиться, девушек припахала староста на какие-то свои надобности, судя по всему, организация доступа к учебным материалам перед экзаменами. Я мысленно потёр виски.

Пять минут назад идея выпендриться приносила мне радость и счастье. Сейчас же осознание, что выпендриваться мне всё-таки придётся, ибо я лучший ученик класса, а это значит — буду вынужден тратить своё время на учебный процесс, принесло грусть.

— Дима! — Ольга не могла меня не заметить, и сразу же подтвердила мои подозрения: — Иди сюда, мы распределяем методички.

Подошёл, с сомнением глянув на шесть тонких методических тетрадей. Ох, знаю я, что там внутри написано.

— Привет, девушки, — поздоровался со всеми, никого особо не выделяя.