Куница. Том 2

— Как я вас найду? — уточнил Арсений.

— Так же, как нашли сейчас. Я не собираюсь скрываться от наблюдения ОКК. Это даже забавно.

— До встречи, Дмитрий, — кивает мужчина.

— До встречи, — отвечаю тем же.

Дожидаюсь, пока господа покидают заведение, не забывая расплатиться, и только после этого облегчённо вздыхаю. Да, я был уверен, что всё получится, но вероятность ошибки есть всегда.

— Поехали, найдём место для ночлега. Мне надо сделать пару звонков.

Глава 31

Москва. Безымянная гостиница

Март 1983 года

Сняли номер в недорогой гостинице. Не центр города, но достаточно людное место, чтобы представители ОКК сюда не лезли. Когда зашли в номер, я мысленно сделал поправку, гостиница из недорогой перешла в разряд откровенно дешёвых, но это совершенно меня не волновало, кровать есть, покормят — остальное не имеет значения. И здесь есть телефон.

Сначала набрал Светлану. В этот раз соединили сразу.

«Составил план?» — женщина в мрачном настроении.

— Появилась новая информация. Не телефонный разговор, но я теперь знаю, кто выступает второй стороной.

«Не телефонный разговор?» — удивилась Света.

Я задумался. Через два десятка лет научатся весьма эффективно прослушивать телефонные разговоры, а сейчас? Хм, а ведь если заранее не знают, кого прослушивать, то всё относительно безопасно. Современная аппаратура громоздка, её надо специально ставить. Это после миллениума всё будет работать через компьютеры, и станет достаточно простой программы.

— Есть такие ребята, торговцы людьми. Доводилось слышать?

Я почувствовал, как напряглась Светлана.

«Только слухи,» — тихо отозвалась моя собеседница.

— Меня нашёл их представитель, просил об услуге. Они работали в связке с ОКК, теперь из-за чего-то поссорились. Через какое-то время те, кто курирует весь этот цирк уродов сверху, сообразит что происходит и накажет всех причастных, непричастных и просто мимо проходивших, но в рамках разумного. А я пока соберу побольше информации и продам специальному отделу. Пусть используют в своих междусобойных ласках.

Взял паузу, а на той стороне потрясённо молчали. В понимании Светы я не просто рискую, а нарываюсь на то, чтобы за меня взялись все.

— В ближайшее время в особняк должны доставить трёх бывших рабов и кейс с ценностями. Предупреди Анну, чтобы приняла.

«Дима!» — выкрикнула Света, когда потрясение переполнило чашу. — «Ты понимаешь, что делаешь?»

— Конечно! Раз уж вляпался в ситуацию, надо выходить из неё с максимальным профитом. И не волнуйся. Те, кто сверху, поняв мои телодвижения, только одобрительно хмыкнут.

Я кое-что знаю о психологии этих людей. Для них что торговцы, что ребята в ОКК — всего лишь слуги, исполнители, работники, чернь, а торговцы людьми — торгаши, а это ещё хуже. А я хоть и мелкий дворянин, но свой. И когда свой красиво макает чернь и торгашей в грязь, где тем и место, это вызывает одобрение и понимание. Глупость, казалось бы, но так сложилась психика людей. Чтобы это осознать, потребовалась война. Эти твари готовы были жертвовать обычными солдатами сотнями и тысячами ради задницы какого-нибудь дворянина, чтобы дворянин не получил лишних ранений. Потребуется череда поражений, чтобы сломать эту парадигму. Череда поражений и человеческие потери.

«Чёрт, Дима...» — Света... Напугана?

— Света, всё под контролем. Я хотел во всё это пока не влезать, но... Ветра в мешке не удержишь. Делай, что я говорю, и всё будет хорошо. О Дмитрии ничего не известно?

Пару секунд глава рода переключается, возвращая себе самообладание.

«Нет, ничего. Думаешь, он на свободе?»

— Меня эти ребята вообще не впечатлили. Привыкли голозадых туземцев гонять, давно отпор не получали. А Дмитрий тёртый, мог и вывернуться.

«Надеюсь. Что-то ещё?»

— Нет, пойду теребить специальный отдел за мягкое вымя, с них надо тоже что-нибудь поиметь.

Услышал звук удара ладони по лицу.

«Демоны и духи, Дима. Ты не делаешь мою жизнь проще...» — сетовала Света.

— И я тоже тебя люблю, Света, — ответил и положил трубку.

Вздохнул. Показная самоуверенность не сказать, что противоречила моему внутреннему состоянию, но требовала известных душевных сил. И если со Светой я ещё мог говорить свободно, то каждое слово, которое я скажу Олесе, требуется обдумывать и взвешивать, а это концентрация внимания и аналитических способностей. С вертексом это вполне возможно, и всё же выматывает.

Набираю выученный номер, жду ответа в течение трёх гудков.

«Слушаю,» — отзывается Олеся.

— Как идёт поиск информации?

«Дима! Я начала час назад!» — возмутилась девушка.

Улыбнулся.

— Я не прошу тебя выдать результат, а спрашиваю, как продвигается.

«Хочешь заговорить мне зубы и положить трубку до того, как я начну задавать вопросы, якобы, чтобы я тебя не отследила?» — фыркнула Олеся, с обидой, как мне показалось.

— Сейчас я не прячусь. Имел интересный разговор с интересными людьми. Опасный разговор, за который точно попытаются убить меня и наверняка попробуют убить тебя. Я завладел твоим вниманием?

Олеся не разочаровала:

«Ты теперь всегда в центре моего внимания. Рассказывай!» — потребовала она.

— По телефону? Или рискнёшь пойти на личную встречу? — провоцирую.

«Не надо брать меня на слабо, Мартен! Когда и где?» — оправдала ожидания девушка.

Назвал адрес.

— Я планирую пробыть здесь как минимум до завтрашнего утра. Если поедешь — захвати что-нибудь выпить и закусить. Кухня здесь так себе.

«Нахал!» — дала оценку моим манерам девушка и отключилась.

Я успел принять ванну и перебрать трофейный пистолет, Берёзов, если я правильно помню. Машинка под десятимиллиметровый Беретта, армейский пистолетный патрон. Тяжеловат, килограмм и сто грамм, наверное, зато мощный, да и магазин на шестнадцать патронов, а не девять, как во всех гражданских моделях. На войне я носил двенадцатимиллиметровый Глок, он чувствительно калечил боевых магов, всё, что меньше, имело хоть какую-то эффективность только при стрельбе в голову. Поэтому я имел мало опыта общения с другим оружием, можно сказать, навёрстывал. Когда пришла Олеся, оружие уже вновь покоилось в кармане.