КЖД V

— Но Госпожа... — попытался вставить другой.

— Ждёт своего часа, чтобы повергнуть врагов! — рявкнула Розари. — Возвращайтесь и несите это весть всем кого увидите. Скоро настанет час расплаты. Скоро вы все будете освобождены.

Она вытащила из-за спину небольшую сумку, набитую вином и припасами и швырнула им под ноги.

— А пока будете идти, празднуйте свою первую победу над темниками и закатите небольшой пир.

— Спасибо, миледи, — раздался смущённый голос. — Но мы вообще-то...

— Тише, Марф! — одёрнул его более храбрый товарищ. — Мой друг лишь хотел сказать, что мы уже свободны. Скала обвалилась и все наши тюремщики мертвы... Никто не будет нас искать. Там погибло столько людей, что не пересчитать. Мы увидели солнце в щель и шли к нему, пока не оказались тут. Госпожа вела нас!

— Отсюда, — голос Розари стал протяжным и угрожающим, — и до самого горизонта. А потом и до следующего. И до следующего. И до следующего. Всё... страна темников. Тысячи из них, с чёрными псами, чудовищами и бледными колдунами ходят по этим землям и ищут. Вы не пройдёте.

— Так и знал, что это плохая идея, — всхлипнул один из них, после долгого молчания и неверия. — Так и знал, что не выберемся.

— Выберетесь, когда придёт время. Госпожа действительно вела вас сюда, чтобы вы первыми услышали благую весть и разнесли её. Когда придёт Её войско, все пленники должны быть готовы восстать и вырвать свою свободу из их бледных рук. Но решать вам. Будете ли вы героями, что поведут к свету и других, или останетесь трусами, которые не подумали ни о чём, кроме себя, и погибли по глупости.

Розари эффектно исчезла в портале и тут же появилась рядом с Кальдуром, оставив беглецов в благоговении и страхи. Он закатил глаза сначала от помпезности и слов Розари, а потом от того, что они начали рыться и тут же делить добычу.

— Надо было хотя бы расспросить их, что там, Мрак раздери, вообще происходит, — недовольно шепнул Кальдур. — только мозги им набекрень поставила.

— И так понятно, что там происходит, — Розари отпила из фляги. — Они добывают чёрную руду, из которой темники и лепят всё это проклятое оружие. А если бы я начала с ними светскую беседу... мои слова бы не возымели и четверти эффекта.

— Думаешь, они тебя послушают?

— Уже послушали. Ты не слышишь, о чём они говорят? Среди них двое настоящих мужчин. Пока мы говорили на их лицах были печати вины от того, что они выбрались, а другие их товарищи нет. Слушай... они уже идут назад, в сторону родников, как на праздник. Их языки будут работать как метелки несколько дней, и скоро все будут знать...

— А если темникам это не понравится? И эту пятёрку просто вздёрнут всем в назидание.

— Значит, на то воля Госпожи. Всё будет так как будет, Кальдур. Нам остается только выкладывать на полную и играть свою роль во всём этом. Да и сам знаешь — всех не перевешать.

***

— Неплохо они подсобрали.

Уже царила ночь. Кальдур хмурился и изучал длинную змейку костров и палаток, прикрытую с обоих сторон крутыми скалами. Даже с большого расстояния, и в темноте, в глаза бросалось пёстрое сочетание красного и белого цветов.

— Но это явно не всё войско. Тут тысяч десять, не больше.

— Сама вижу.

Розари раздражённо пожала плечами, выпрямилась в полный рост и энергичным шагом пошла по склону в сторону лагеря. Кальдур догнал её и схватил под руку.

— Не-е-ет, подруга. Так мы делать не будем.

Она вырвалась, но остановилась и нахмурилась, изучая его лицо.

— В этой армии уже другие порядки, — пояснил Кальдур. — Вокимом там и не пахнет. Если мы просто спустимся с холма нас скорее всего утыкают стрелами ещё издалека.

— С каких это щщей?

— Ну с тех, что мы одёты не в их цвета, хотя бы. Помнишь, какая нездоровая обстановочка царила в Соласе?

— Помню.

— Сдаётся мне, такая же обстановочка царит в лагере. Скорее всего они ищут врагов и шпионов так же рьяно, как тогда, в наш визит в Солас. Помнишь, что новая королева та ещё сука?

— Хочешь сказать, что они ещё ищут нас и попытаются схватить? — не поверила Розари.

— Они попытаются схватить нас потому что мы не похожи на них.

— И что теперь делать? Дать по башке паре зазевавшихся стражников и переодеться в их форму?.. Пробраться к ним в штаб... Чтоб их же предупредить?.. Это какой-то бред. Не находишь?

— Вау, — Кальдур аж заткнулся. — А я думал ты предложишь ворваться туда силой и тебе будет плевать чей кровью залить землю... Нет, мы не будем делать ничего сложного. Пройдём туда после темноты, под покровом теней.

Розари уставилась на него как на идиота.

— Что? — Кальдур развёл руками. — Мой доспех так умеет. И твой скорее всего может нечто подобное. Когда я воевал в Шестой Битве далеко не всегда нужно было выходить к врагу в чисто поле и драться с ним глаза в глаза.

— Тогда чего мы тут трёмся? Темноты ждём? Она уже тут.

— Да, мы уже можем идти. Но ты права — непонятно, кому можно донести эту информацию так, чтобы он не крикнул "стража", а хотя бы выслушал нас.

— Дукан? — сразу же предложила Розари.

— Дукан? Думаешь, он там? — удивился Кальдур.

— Я его сердце и за сто километром узнаю. Там он. Я точно услышала. И никто не говорит, что королеву убили, в лагере спокойно. Я так и знала, что он предпочтёт ни черта не делать. Но останется на передовой. Он не может без свеженьких новостей жить. Где ему ещё быть?

***

— А вы какого хрена тут делаете?

Дукана они нашли в уединённой палатке на краю лагеря и не узнали. Он уже "дослужился" до сержанта, обзавелся парой страшных шрамов на лице, был гладко выбрит и избавлен от своей шевелюры. Говорил с другим акцентом, по-другому моргал и даже смотрел как-то тяжелее, как и должен смотреть опытный и видавший многое вояка.

— У нас к тебе тот же вопрос, ты же хотел разобраться с королевой. Неужели разобрался? — съехидничала Розари.

— Королева в добром здравии и безопасности, как и должно быть, — гроздно ответил Дукан, но тут в его голосе проступили старые нотки. Он прокашлялся, немного отошёл от роли, и продолжил уже расслабленнее. — Улаживает кое-какие дела на юге и скоро присоединится к нам. Теперь вы отвечаете.

— Нам нужно найти кого рангом повыше. Есть информация. Важная.

Лицо Дукана стала недовольным, он тыкнул в значок сержанта на своём плаще, прекрасно понимая, что Кальдур и так его заметил. Розари закатила глаза.