Лавина

Главным озарением Райфа было то, что нет никакой разницы между нашей современной культурой и древним Шумером.

У нас имеется огромная рабочая сила, которая или вообще неграмотна, или отказывается пользоваться письменностью, полагаясь на телевидение, этакую разновидность изустной традиции. У нас имеется крайне незначительная образованная элита – в основном те, кто посещает Метавселенную, – которая понимает, что информация есть власть, и которая контролирует общество, потому что обладает той самой полумистической способностью говорить на магических компьютерных языках.

Это делает нас огромным камнем преткновения на пути Райфа. Люди, подобные Л. Бобу Райфу, ничего не могут сделать без нас, хакеров. Даже если он сможет обратить нас, то не сумеет использовать, поскольку то, что мы делаем, носит творческий характер и не может быть продублировано людьми, работающими на ме. Но он может угрожать нам «Лавиной». Вот что, на мой взгляд, произошло с Да5идом. Возможно, это был эксперимент, попытка посмотреть, как подействует «Лавина» на настоящего хакера, а возможно, это был предостерегающий выстрел, чтобы продемонстрировать всей общине хакеров силу Райфа. Иными словами: смотрите, что с вами станет, если обрушить Ашеру на технологическое жречество.

– Все равно что полить полевые цветы напалмом, – говорит Нг.

– Насколько мне известно, остановить бинарный вирус невозможно. Но псевдорелигии Райфа есть противоядие. Нам-шуб Энки существует до сих пор. Копию этого нам-шуб Энки отдал своему сыну Мардуку, который, в свою очередь, передал ее Хаммурапи. Так вот, Мардук мог быть, а мог и не быть реальным человеком. Дело в том, что Энки из кожи вон вылез, чтобы создать впечатление, будто он в той или иной форме передал свой нам-шуб. Иными словами, он оставил послание, которое, как предполагалось, должны декодировать последующие поколения хакеров, если Ашера снова вырвется на свободу.

Я почти уверен, что необходимая информация содержится в глиняном конверте, извлеченном десять лет назад из раскопок древнего шумерского города Эриду на юге Ирака. Эриду был столицей Энки; Энки был местным эном Эриду, и храм Эриду содержал его ме, включая нам-шуб, который мы ищем.

– Кто выкопал глиняный конверт?

– Раскопки в Эриду целиком и полностью спонсировал Библейский колледж Бейвью, штат Техас.

– Университет Л. Боба Райфа?

– Вот именно. Он создал факультет археологии с единственной целью раскопать город Эриду, установить, где находится храм, в котором Энки хранил все свои ме, и заполучить их себе. Л. Боб Райф хотел восстановить навыки, которыми владел Энки; он желал, проанализировав его ме, создать собственных нейролингвистических хакеров, которые могли бы писать новые ме, а тем, в свою очередь, предстояло стать основными правилами, программой нового общества, которое желает построить Райф.

– Но среди этих ме есть копия нам-шуб Энки, – говорит Нг, – крайне опасная для плана Райфа.

– Верно. Он хотел заполучить таблицу, но не для того, чтобы ее проанализировать, а для того, чтобы оставить ее у себя, дабы никто не смог обратить ее против него.

– Если вы сумеете добыть копию этого нам-шуб, – говорит Нг, – какое воздействие она окажет?

– Если мы сможем передать по радио нам-шуб Энки всем эн на Плоту, они передадут его всем людям Плота. Это заклинит нейроны праязыка и помешает Райфу программировать их новыми ме, – отвечает Хиро. – Но сделать это надо до того, как Плот распадется, до того, как все беженцы выйдут на берег. Райф обращается к своим эн через центральный передатчик на «Интерпрайзе», радиус действия которого, надо думать, крайне мал, в пределах видимости, не более. Очень скоро он передаст большое ме, которое стройными рядами погонит всех беженцев на берег, как единую армию с координированным приказом идти в атаку. Иными словами, если Плот распадется, охватить всех беженцев единой передачей станет невозможно. Поэтому сделать это надо как можно скорее.

– Мистер Райф будет крайне недоволен, – предсказывает Нг. – Он попытается нанести ответный удар, обрушив на техножречество «Лавину».

– Это я знаю, – отвечает Хиро, – но не в состоянии решать больше одной проблемы за раз. Тут мне может понадобиться кое-какая помощь.

– Проще сказать, чем сделать, – возражает Нг. – Чтобы достигнуть Ядра, нужно пролететь над Плотом. У Райфа там миллион людей с винтовками и ракетными установками. Даже высокотехнологичная система не в состоянии подавить организованный огонь из ручного оружия, ведущийся в большом масштабе.

– Тогда выведите к Плоту вертолеты, – говорит Хиро. – Что-нибудь. Все, что угодно. Если я смогу добраться до нам-шуб Энки и заразить им всех на плоту, то никакая опасность вам при приближении не грозит.

– Мы подумаем, что тут можно предпринять, – говорит Дядюшка Энцо.

– Прекрасно, – отвечает Хиро. – А теперь, как насчет «Разума»?

Нг что-то бормочет, и в его руке возникает карточка.

– Это новая версия софта, – говорит он. – Глюков в ней должно быть чуть меньше.

– Чуть меньше?

– Нет на свете программы без глюков, – отвечает Нг.

– Думаю, во всех нас есть немного Ашеры, – качает головой Дядюшка Энцо.

58

Выбравшись без помощи секретаря из офисного лабиринта, Хиро на лифте спускается на Стрит. А выйдя из неонового небоскреба, он видит, что на его мотоцикле сидит, возясь с управлением, черно-белая девочка.

– Ты где? – спрашивает она.

– Тоже на Плоту. Слушай, мы только что заработали двадцать пять миллионов долларов.

Он уверен, что уж на этот-то раз его слова произведут на И.В. впечатление. Но нет.

– Этого, наверное, хватит на концерт на моих похоронах после того, как меня доставят домой в цинковом контейнере, – отзывается она.

– А с чего это?

– Я попала в переплет, – признается она – впервые в жизни. – Думаю, мой новый парень собирается меня убить.

– А кто твой новый парень?

– Ворон.

Если бы аватары умели бледнеть, у них кружилась бы голова и им приходилось бы сесть на тротуар, Хиро бы так и сделал.

– Теперь я знаю, почему у него на лбу вытатуировано «ПОНИЖЕННЫЙ САМОКОНТРОЛЬ».

– Великолепно. Но я надеялась на некоторое содействие или хотя бы совет, – говорит она.

– Если ты думаешь, что он собирается тебя убить, то ошибаешься. Будь ты права, ты была бы уже мертвая, – говорит Хиро.

– Это как посмотреть, – отвечает она и рассказывает крайне забавную историю с дентатой.

– Я попытаюсь тебя вытащить, – говорит Хиро. – Но сейчас я, пожалуй, тоже не самая лучшая компания на Плоту, со мной небезопасно.

– Ты уже повидался со своей подругой?

– Нет. Но очень надеюсь. Если предположить, что останусь жив.

– На что очень надеешься?

– На возобновление отношений.

– Почему? – спрашивает она. – Что с тех пор изменилось?

Это один из тех исключительно простых и очевидных вопросов, которые так действуют на нервы, потому что в ответе Хиро не уверен.

– Ну, мне кажется, я сообразил, что она делает. Зачем она сюда приехала.

– И что с того?

Еще один простой и очевидный вопрос.