Лаймиринга
Шрифт:
Ее увезли в какой-то замок и посадили в клетку. Человек, включивший стабилизатор смотрел на нее сверкающим взглядом.
– Ты останешься здесь до конца своих дней, колдунья! И никогда не выйдешь отсюда!
Лаймиринга усмехнулась в ответ. Ее закрыли, Какой-то человек заварил замок на стальной решетке и Лаймиринга осталась за ней. Она развязалась через некоторое время. Рядом все еще были охранники. Они не спускали с нее глаз.
Прошло несколько дней. Иногда в клетку бросали какую-то еду и охранник давал Лаймиринге воду. Лаймиринга продолжала молчать и не говорила с людьми все это время.
Прошла
– Ты никогда отсюда не выйдешь.
– сказал он сквозь зубы.
– Твое племя сгниет в этой тюрьме!
Ничего не менялось. Никакие слова Лаймиринги не действовали. Человеку, который, как оказалось, был хозяином замка ничего не надо было от Лаймиринги. Ничего кроме того что бы она сидела в клетке.
Время текло и начинало отсчитывать месяцы, а затем и годы. Лаймиринга вновь пыталась что-то сделать, как-то уговорить какого нибудь охранника или самого хозяина. Это заканчивалось лишь тем, что менялись охранники, а Лаймиринга так и оставалась в клетке.
Она пыталась сломать стену, прокопать под пол, выломать прутья решетки на окне. Но это было не под силу человеку. Хозяин узнавал об этих попытках и только смеялся над Лаймирингой, над ее неудачами…
Она стала настоящей старухой. Лаймиринга смирилась со всем. Теперь она сидела в клетке и ее мысли были далеко-далеко. Она вспоминала космос и звезды. Хозяин замка давно умер. На его место пришел его сын и он был так же неумолим и беспощаден. Проходило время, умер и сын хозяина.
Лаймиринга приняла это известие с усмешкой, а через полгода около камеры появился внук хозяина. Он посмотрел на старуху, сидевшую в камере, затем приказал кому-то вскрыть решетку. Лаймиринга молчала, глядя на это. Ее вывели из камеры, провели через замок и она оказалась в комнате хозяина замка. Он сел за стол и Лаймирингу усадили на табурет перед ним.
– Я не верю в существование колдовства.
– Сказал он. Лаймиринга молчала в ответ.
– Вы не хотите ничего сказать?
– Зачем? Ваши предки продержали меня здесь несколько десятков лет, а теперь вы хотите, что бы я что-то говорила?
– Я не виноват в том, что они сделали.
– Вы полагаете, что в этом я виновна?
– Нет. Я хочу что нибудь сделать… Для вас. Я понимаю, что мне не вернуть ваши годы, но…
– Не надо ничего говорить. Если хотите что нибудь сделать, отдайте мне мои вещи, дайте немного денег и я уйду отсюда навсегда.
– Я боюсь, вы не сможете жить в нашем мире. Он сильно изменился.
– Вы предлагаете мне остаться в вашей тюрьме?
– Нет. Я предлагаю вам отправиться в место, где живут такие же старики, как вы. Там вам будут помогать и вы сможете делать все что захотите.
– Хорошо. Пусть будет так.
– Ответила Лаймиринга.
Ее провезли через город. Машина двигалась через поля и леса, мимо деревень и сел. Наконец, она приехала в заведение и Лаймирингу проводили туда.
Два человека, сопровождавших ее, принесли чемодан с вещами. Они переговорили в начальником дома престарелых, которым оказалось это место и Лаймирингу
устроили в свободной комнате.Она села на кровать и некоторое время сидела молча. Стабилизация поля все так же продолжалась. Лаймиринга раскрыла чемодан и некоторое время рассматривала тряпки, а затем на самом дне обнаружила прибор. Тот самый прибор, которым воспользовался старый хозяин, что бы задержать Лаймирингу.
Она взяла его. Прибор продолжал работать. Было ясно, что он создан по какой-то высокой технологии. Надо было каким-то образом отключить его и Лаймиринга не нашла иного способа, как шарахнуть его об пол.
Что-то щелкнуло внутри и стабилизация выключилась. В следующее мгновение прибор разлетелся в клочья от удара Лаймиринги. В дверь вошел какой-то человек.
– Что случилось, что за шум?
– Спросил он.
– Ничего.
– Ответила Лаймиринга.
– Машинка разбилась.
– Человек уже видел разбросанные по полу кусочки, которые напоминали по виду куски разбитой керамики.
– Я могу у вас чего нибудь спросить?
– Да. Я сделаю все что вы захотите. Меня зоавут Мольер, я работаю здесь.
– Кем?
– Просто, выполняю просьбы постояльцев.
– Вы знаете человека, который прислал меня сюда?
– Спросила Лаймиринга.
– Графа Калнарта? Я много о нем слышал.
– И что вы слышали?
Мольер был в некотором недоумении.
– Он богат, у него есть замок.
– Сказал он.
– А чем он занимается?
– Вы не знаете?
– Удивился человек.
– Он же ваш родственник.
– Он не мой родственник. И близко никогда не был моим родственником. Его дед поймал меня, сказал, что я колдунья, и я пробыла в его замке несколько десятков лет в клетке, из которой не было выхода. Так что я никакой не родственник графа. Он просто решил, что… Понимаете, в общем.
– Он решил хоть как-то загладить вину своего деда.
– Сказал Мольер.
– Да.
– Вздохнула Лаймиринга.
– Господи, сколько же лет я там просидела? Что хоть в мире то делается? Кто победил тогда?
– Тогда?
– Удивленно переспросил человек.
– Ну да… Победили повстанцы.
– А потом что было?
– Много всего. Несколько лет была полная разруха, голод. Потом, кое как, выбрались. Теперь, живем. Не сказать, что все прекрасно, но жаловаться особенно не на что.
– Здесь компьютеры есть?
– Спросила Лаймиринга.
– Компьютеры? Есть пара. Вы умеете ими пользоваться?
– Умела когда-то. Сейчас надо заново учиться, наверно. Я могу ими воспользоваться?
– Да, разумеется. Хотите сейчас?
– Сейчас.
– Ответила Лаймиринга.
Человек провел ее через здание и привел в комнату, где были компьютеры. Лаймиринга довольно долго разбиралась с ними. Ей пришлось прочитать все инструкции, потому что компьютер был совсем не таким, какими они были раньше. Мольер некоторое время стоял радом, а затем ушел, сказав, что будет рядом и Лаймиринга может его позвать, если что.
Она осталась одна с компьютером. Еще немного и заработали линии связи, а затем Лаймиринга вышла на банк данных. Она несколько минут вела поиск, и он увенчался успехом. На экране появились данные на Синту. Ту самую женщину, которую Лаймиринга впервые встретила в этой системе.