Леди Босс
Шрифт:
– Сделай одолжение, Боджи. Смотайся в магазин грампластинок и купи мне несколько штук. Меня тоска заела.
Боджи воздвигся во весь свой немалый рост.
– Разумеется. Что-нибудь конкретное?
– Сегодня у меня подходящее настроение для Лютера, Бобби Уомака, Тедди Марвина и Исаака.
Боджи точно знал, кого она имеет в виду.
– Билли Холидэй не требуется? – спросил он.
– Это только при Ленни, – ответила она, криво усмехнувшись.
Боджи поспешно вышел. Лаки взяла трубку и позвонила Джино. Никто не ответил. Она не стала ничего записывать на автоответчик.
Гарри
Он весь вечер следил за Лаки. Что-то заставило его поехать за ней от самой студии. Ему с самого начала казалось, что есть в ней какая-то странность, и он решил узнать о ней побольше. Неужели только он видел, что девица носит парик? А когда шел фильм, она сняла очки и не надела другие. Стоило также обратить внимание на одежду. Создавалось впечатление, что она старается спрятаться за этой бесформенностью. И кто сегодня носит такие тряпки? Особенно в ее возрасте? Она ведь определенно молода, а если как следует вглядеться, то и вполне симпатична.
Гарри Браунинг просидел в проекционной будке тридцать три года, прокручивая все фильмы, созданные на студии, не зря. Он многое узнал о женской красоте.
Еще следовало подумать о ее отношении к Шейле Херви. Люс утверждала, что она племянница Шейлы. Но у той, кроме бездетной сестры, родственников не было. Она ему об этом много раз говорила, пытаясь затащить на свидание. Верно, прошло несколько лет, но Гарри все помнил. У него все еще отличная память.
Если бы Люс оставила его в покое, он бы тоже не стал ею интересоваться. Так нет. Она пригласила его на ужин, на что тот согласился из любопытства и о котором мало что помнил. На следующее утро он проснулся в своей постели, во рту пересохло, голова разламывалась и возникло желание как-то наказать женщину, снова приохотившую его к выпивке.
Гарри Браунинг не пил девятнадцать лет. Но все равно он был алкоголиком. Невозможно перестать быть алкоголиком.
Он подумал, что стоило бы сейчас что-нибудь выпить, холодного пива, стакан вина, может, даже немного виски.
Соблазнительная мысль, но он дал себе слово больше никогда не поддаваться искушению. Никогда.
Слежка за Люс оказалась весьма занимательной. Сначала Гарри проследил за ней до этого дома, того самого, около которого он сейчас стоял. А когда показалась ее машина, он поехал за ней к дому Эйба Пантера на Миллер-драйв. Гарри знал, чей это особняк, так как провел там много вечеров, прокручивая фильмы в личном кинозале босса. Это было много лет назад, но он знал, что мистер Пантер до сих пор живет здесь. Недаром Браунинг каждый год посылал ему рождественские поздравления с надписью: «От Гарри Браунинга, верного служащего».
И он действительно был верен, потому что именно великий Эйб Пантер помешал его уволить после того, как Гарри однажды явился на работу пьяным.
– Обратись в Общество анонимных алкоголиков, Гарри, – посоветовал ему Эйб. – Возьми отпуск на пару недель и возвращайся новым человеком.
Доброту Эйба Пантера Гарри не забудет никогда.
Люс пробыла в доме Эйба два часа. Гарри терпеливо ждал на улице у ажурных ворот. Когда она проезжала мимо его припаркованной машины, ему удалось мельком
увидеть ее.Люс выглядела совсем иначе, хотя он точно знал, что это она. Никакого парика. Никаких очков. Волосы теперь были жгуче черными и блестящими.
Это все, что ему удалось разглядеть.
Он снова проводил ее до дома на Дохени-драйв. И теперь ждал. Терпеливо. Потому что Гарри Браунинг человек терпеливый, понявший, что ему удалось напасть на какой-то след.
Вопрос только в одном – какой?
Домой Венеру Марию отвез Купер Тернер. Всю дорогу они смеялись.
Венера Мария. Ты обратил внимание на лицо Абби, когда Эндрю прокричал это слово на «б»?
Купер. А помнишь Иду всю в вине?
Венера Мария. Мне показалось, она сейчас кончит!
Купер. Впервые за двадцать лет!
Венера Мария. Тридцать!
Купер. Сорок!
Венера Мария. Пятьдесят!
Купер. Сто!
Венера Мария. А Зеппо, когда Абби опрокинула на него это дерьмо в тележке с рыбой?
Купер. Он стал красным как рак.
Венера Мария. Пурпурным!
Купер. Оранжевым!
Они так разошлись, что ему пришлось остановить свой черный «мерседес» у обочины.
Они находились одни в машине. Никаких сопровождающих, никаких киношников, никаких знакомых и газетчиков.
Его тянуло к ней, хотя он инстинктивно чувствовал, что получит отказ.
Перегнувшись через сиденье, Купер поцеловал ее, и на какое-то мгновение Венера Мария ответила на поцелуй. Мягкие, влажные губы, остренький язычок, проникший к нему в рот на секунду, а потом ничего – внезапно она сообразила, что делает.
– Купер! – обиженно воскликнула она, сердясь на него за то, что почти приготовилась получить удовольствие.
– Ну что я могу поделать? – спросил он, чувствуя, что начинает возбуждаться, несмотря на отказ.
– Мы же друзья, забыл? – напомнила она ему.
– Все думают, что мы спим.
– Мартин так не думает.
Ну да, Мартин. Это же надо, и он сам познакомил ее с Мартином Свенсоном.
26
В среду позвонила Олив и сообщила:
– Работа за вами.
– Фантастика! – воскликнула Лаки. – Он разрешил вам уехать?
– Именно, – подтвердила Олив радостно. – Приходите ко мне в офис после обеда, и я представлю вас мистеру Столли. После этого расскажу вам о его распорядке дня. Он очень требователен.
– Что вы ему обо мне сказали?
– Что вы умеете держать язык за зубами, вам можно доверять и что вы хороший работник. Он сказал, что верит мне на слово, так что не подведите меня, Люс.
– Не подведу, Олив.
– Вы уверены, что мистер Стоун не будет возражать? – забеспокоилась Олив, не желая попасть впросак.
– Абсолютно. Он с завтрашнего дня уходит в отпуск, – уверила ее Лаки.
– Превосходно. Вы завтра побудете со мной в течение дня и приступите к работе в пятницу.
– Меня это вполне устраивает.
Так оно и было. Находясь в офисе Микки, она сможет узнать все, что вообще стоит узнать.
– Герман, вам пора собираться, – заявила Лаки, положив трубку. – Я только что получила повышение.