Lenimentus

– Слишком уж мы с ним нянчимся, – возразил Карл. – Что если там нас ждёт ловушка?

– Доложите мне, как только прибудете на место, – ответил Лукас. – Будьте предельно внимательны и фиксируйте любую подозрительную активность со стороны третьих лиц.

– Есть, сэр, – сказал Пол.

Карл молча отсалютовал.

– Вас доставляют к семье, министр Люис, – обратился к Остегу Лукас. – Приведите себя в порядок.

Министр с тяжёлым дыханием поднялся со стула, застегнул воротник рубашки, поправил растрепавшиеся волосы и несколько раз похлопал себя по раскрасневшимся щекам. Пол надел на его запястья кольца-браслеты энергетических наручников.

– Если попытаешься вынуть руки в браслетах из карманов, кости в твоих руках превратятся в кашу, – пригрозил Карл, – и при этом ты всё ещё не сможешь их достать!

– Спасибо, мистер Делайн, – проигнорировал угрозы министр.

– Двигай жирной задницей! – подтолкнул его в спину Карл.

Люиса вывели из комнаты.

Лукас отключил звукозапись, послал сообщение Джейкобу и отдал распоряжение Кристоферу:

– Разберись с вещами Люиса.

– Будет сделано, сэр.

Лукас вышел из кабинета и на эскалаторе спустился в центральный холл вокзала. Дежурившие у выхода к платформам Делайны сообщили, что командир Маук недавно был здесь и ожидает Лукаса в аллее парка имени святой Евы.

Стоя вплотную к каменному ограждению, командующий экспериментальными войсками задумчиво рассматривал раскинувшуюся под ним зелёную зону.

– Установленное здесь силовое поле немного портит атмосферу, ты не находишь? – спросил Ник Маук подошедшего Лукаса.

– Оно препятствует попаданию в зелёную зону разного рода посторонних объектов, сэр, – сказал Лукас. – В том числе посетителей.

– Конечно, – рассмеялся Ник, вновь заглядывая вниз. Лукас заметил, что некоторые из посетителей парка с интересом оглядываются на них. – Но разве не в этом вся прелесть? Знать о возможности, но не использовать её.

– Полагаю, многим гражданам Альянса, в особенности прибывающим в Цитадель из других мест, неизвестно о существовании этого поля, – ответил Лукас.

Голограф Ника издал негромкий писк. Командующий коснулся дисплея и повернулся к Лукасу.

– Министр согласился сотрудничать?

Делайны числились официальными консультантами Департамента Внутренних Дел и имели достаточно широкий спектр полномочий. Несмотря на то, что Ник Маук являлся прямым командиром подразделения Делайнов, информация о деятельности подразделения в рамках консультирования Департамента не могла быть разглашена ему в полной мере.

– Его сопротивление можно назвать минимальным, – ответил Лукас.

Раздавшийся в наушнике Лукаса звук сигнализировал о входящем сообщении высокого приоритета.

– Он не предатель в общепринятом значении этого слова, – вздохнул Ник. – Я хорошо это знаю. Он всего лишь напуганный человек и, как и многие до него, думает, что стоит ему вырваться за прутья этой клетки, как причина для страха исчезнет.

Тем временем входящее сообщение – Джейкоб прибыл на место – закончило проигрываться. Пока ничего примечательного. С помощью голографического интерфейса Лукас направил Джейкобу приказ до прибытия Люиса с сопровождением провести общую проверку в номере отеля.

– Так или иначе, Ваша характеристика оказалась полезной, – сказал Лукас, переводя взгляд на Ника. Тот выглядел опечаленным, однако это впечатление могло быть обманчивым: Мауки отличались своей способностью доподлинно воспроизводить человеческие эмоции.

Ник кивнул. Его голограф вновь издал тихий звуковой сигнал.

– А теперь мне пора на Собрание, – сказал Ник, коснувшись голографа. – Я опоздал ровно достаточно для того, чтобы можно было заключить, что «наш добрый полковник Маук не выражает заинтересованности в делах Альянса и своим отсутствием выказывает полное безразличие к безопасности и благосостоянию нашего народа, что является достаточным основанием для размышлений». Кажется, так говорилось в статье? – задумчиво спросил Маук, обращаясь к пространству перед собой.

– Вы точны на 97%, – подтвердил Лукас. – Позвольте поинтересоваться.

Эта формулировка означала, что задаваемый вопрос не имеет отношения к текущим задачам, а является скорее личным.

– Только поощряю любой интерес с твоей стороны, Лукас, – улыбнулся Ник.

– Ожидается ли Старший Совет на предстоящем Собрании?

Старший Совет определял вектор движения последнего человеческого государства, утверждал законы и правила, а также избирал Главнокомандующего Альянса. За более чем десять лет службы в Армии Совета Лукас не имел ни одного личного контакта с кем-либо из Старшего Совета. Их личности не раскрывались, ни один из его членов за всё время не сделал ни одного публичного заявления, что создавало и поддерживало ореол таинственности вокруг так называемых «старых правителей». По слухам, в Старший Совет входили те, кто более ста лет назад, во время Коллапса, активировал Ядра, образовав тем самым территорию Альянса. Лукас придерживался мнения, что настоящие «старые правители» давно мертвы и их потомки продолжают формировать Совет.

– Нет, не будет, – ответил Ник. – Они участвуют в собраниях исключительно через Малый Совет.

– Таким образом, решения, касающиеся безопасности и интересов человечества, принимаются без них?

– Будь уверен, они не остаются в стороне, – усмехнулся Ник. – К слову о не остающихся в стороне. Сэмюэль Джонсон настаивает на визите к нему. Доложи мне, если там что-то срочное.

Командующий оправил воротник хлопковой рубашки и удалился. Вместе с ним из парка ушло несколько посетителей – по меньшей мере трое из них являлись телохранителями Маука.

Лукас отметил, как постепенно меняется окружающее освещение, приобретая более тусклые, желтоватые оттенки. Цитадель затемнялась, следуя установленным циклам смены дня и ночи.

###

Парк Центра Психологической Помощи имени святой Евы, несомненно, был одним из самых приятных мест во всём Альянсе. Сидя в окружении зелени на скамейке из настоящей сосны, вдыхая запах цветов, вслушиваясь в трели птиц и наблюдая, как по лужайке рядом с искусственным озером бегают кролики, Жиль испытывал почти забытое чувство умиротворения. Здесь легко было забыть о том, что тепло, разливающееся повсюду вместе с лучами света, создано не солнцем, а специальными лампами, а прохладный ветерок, шевелящий зелёные листочки на ветках, – проделки климатической системы. И только макушки зданий, торчащие из-за высоких стволов деревьев, и аэрокары, шныряющие по небу, словно ленивые мухи, напоминали о том, что парк находится в центре подземного города.

Один из кроликов остановился в паре метров от скамейки и с интересом разглядывал Жиля. Жиль вытащил из кармана свежую морковку, купленную десять минут назад в уличном пищевом принтере за один кредит, и показал зверьку.

– Ну, иди сюда, парень, рискни – и получишь что-то сладкое.

Кролик нагнул голову, интенсивно принюхиваясь влажным розовым носиком, и в один большой прыжок сократил расстояние между ними вдвое.

– Смелее, – Жиль потряс морковкой в воздухе. – Ты ведь хочешь получить угощение?

– Мистер Прайс, – раздался мягкий голос над ухом.

Жиль поднял голову и столкнулся взглядом с щуплым человеком в белом халате.

– Подождите, док, не мешайте, – Жиль вернулся к попыткам приманить кролика.

– Прошу прощения, – доктор присел на край скамьи рядом с Жилем. – Вижу, Вам удалось привлечь внимание одного из наших обитателей.

Кролик смотрел на морковку в руках Жиля блестящими глазками, однако не сдвинулся ни на шаг. Доктор протянул руку – и кролик в несколько прыжков очутился рядом с его ногой и дал себя погладить.