Лес огней

– Ты уверен, что они не поймали никаких... животных или чего-нибудь?..

– Чего?
– удивленно спросил техник.

В этот момент послышался шелест запасного люка, застучали по металлическому полу "крабьи" ножки роботов. Последний патруль из трех похожих на жуков на шести длинных лапках машин возвратился из похода, направившись сразу к своему "заклинателю". Ичиро охотно принял на руки первого робота и открыл пластинку на боку. Там находились входы для шнуров от компьютера, стоящего на том же столе среди куч деталей и инструментов. Рассохин отвернулся, оглаживая бороду, он думал, как бы рассказать об увиденном им за окном так, чтобы не выставить себя умалишенным.

"Мы на другой планете, какого черта!", - одернул он себя.

Однако Павел не успел сказать и слова, как Акайо дико завопил не то от боли, не то от страха сразу после хлопка, как если бы кто-то лопнул надутый шарик или бумажный пакет. Капитан в ужасе развернулся и обнаружил своего собеседника лежащим на полу. Все лицо техника покрывали черные язвы и серая пыль. Рядом на боку валялся робот с присосавшимся к нему обмякшим бурым мешочком, из которого продолжал тянуться сухой дымок...

***

Доктор Ачария, высокий, статный смуглолицый мужчина с блестящими черными волосами и очками-анализаторами на лице, провел с пациентом уже десять минут, не позволяя никому из команды заходить в медпункт, но из-за сплошной металлической двери слышались только его удрученные вздохи. Он столкнулся с тем, чего предвидеть никак не мог. Мария взяла на анализ странный мешковатый гриб, и тоже пропала в своем кабинете. Павел стоял в узком коридоре, ерзая на месте от нетерпения, впивался тонкими пальцами в густую каштановую шевелюру и постоянно цокал языком, чего сам не замечал. Он даже пытался дышать по особой методике, якобы успокаивающей нервы, все равно ничего не могло даже немного снизить стресс. Словно весь мир рухнул вокруг, исчез, превратился в сплошную черноту, и только в их маленьком суденышке еще оставалась жизнь. При мысли покинуть корабль его начинало трясти, руки переставали слушать хозяина и плясали сами собой. Эта планета явно не настроена встречать гостей. И пусть он побывал в нескольких чужих мирах, этот почему-то особенно пугал и вызывал ощущение придавленности. Возможно, факт аварии сыграл свою роль?

Томми сидел рядом на выдвижном сидении, которое легко убиралось в борт и также легко из него доставалось при надобности. Крепыш сложил пальцы замком у себя на коленях и, сильно раздувая щеки, гулко выдувал воздух. Рассохина это только сильнее нервировало, но не мог же он заставить человека прекратит успокаивать хотя бы себя. Капитан на секунду выглянул в окно и снова заметил плывущий в полутора метрах над землей "фонарь". Он не выдавил и звука, только окостеневшие пальцы впились в плечо пилота. Когда тот поднял удивленный взгляд, Павел лишь коротко кивнул в сторону леса.

– Что за?..
– Томас вскочил, тут же шарахнулся от окна, упершись спиной в дверь медпункта и начал судорожно хватать висящий на бедре бластер размером с пистолет-пулемет двадцать первого века.

Ему, как солдату, полагалось иметь более тяжелое вооружение, нежели остальным членам экипажа, ограничившимся наручным браслетом с фотонным излучателем. Стоило ему сорвать пушку с пояса вместе с кобурой, гулко упавшей на пол, как таинственный огонь пропал в одну секунду. Будто фонарь выключили. Хотя, скорее всего, он просто затерялся среди деревьев. На этот раз свет подобрался гораздо ближе к месту крушения, Рассохин вдруг - как молния ударила - осознал, что происходит.

– Они пришли за нами, - прошептал он, глянув на Томми через плечо широко раскрытым глазом.

– А черт!
– тут же крикнул за дверью Дхавал.

Что-то грохнулось, посыпалось, стукнуло в дверь изнутри.

– Дхавал, дверь открой!
– потребовал капитан.

Томми, с застывшим в непослушных руках бластером, попятился назад, однако, когда замок на двери пикнул и она поднялась, остановился, наведя оружие на проем. Доктор вывалился в коридор с маской страха на лице, но, похоже, это единственное, что с ним случилось. Безмолвно открывая рот, он ткнул несколько раз пальцем на закрывшуюся дверь, точнее на окошко в ней. Капитан смущенно посмотрел на потерявшего дар речи Дхавала, подошел ближе к кабинету и прильнул лицом к стеклу. Тело Ичиро видно было плохо, но Павел заметил край его лица и лоб, покрытые быстро разрастающейся плесенью.

– Какого дьявола, - выдохнул Рассохин, отстраняясь.

– Я не знаю... не знаю, что случилось, - забормотал Ачария.
– Я просто обследовал его, пытался определить, что это за споры... А потом из него поперла какая-то дрянь.

– Проклятая планета, - прорычал Томми.
– Они нарочно заслали сюда это дерьмо!

– Они?
– Дхавал даже вышел из накатившей на него паники, услышав странные слова пилота.

– Ну, эти, - буркнул тот, кивнув на иллюминатор, словно все давно видели странные огни и могли понять, о чем идет речь.
– Фонарики, в лесу, - с безумным выражением на лице добавил Морган.

Дхавал посмотрел на него, как на сумасшедшего, потер виски, выглянул в лес, однако никого там не обнаружил.

– Что делать-то теперь?
– простонал не умолкающий Томми, может быть, слыша звук собственного голоса, ему было проще держать себя под контролем.
– Акайо крышка... Надо там все сжечь.

– Не надо ничего жечь, - как мог уверенно сказал Рассохин.
– Так мы только себе навредим, в медотсеке должен быть механизм стерилизации.

Доктор кивнул и неуверенно побрел к панели возле двери кабинета. На всякий случай он еще раз глянул в окошко, дабы убедиться, что ничего поделать тут уже нельзя, отодвинул крышку панели и нажал несколько символов на темно-зеленом экранчике. Из потолка отсека с шипением вырвались белые клубы "пара", убившие все живое до самых мельчайших бактерий. Обычно при подобной обработке персонал покидал помещение, ведь остаться внутри - смертный приговор. И этот приговор был вынесен Акайо Ичиро.

– Теперь роботы бесполезны, - продолжал тихо причитать пилот.

Павел даже не ожидал, что этот сильный человек может так сломаться. В глубине души он надеялся, что хотя бы Томми будет поддерживать бодрость и уверенность, вдохновляя и его. Но тут его ошарашило.

– Мария!
– выкрикнул он.
– Она осталась с этой дрянью!

Все трое без лишних слов сломя голову кинулись по коридору, толкаясь и спотыкаясь. До лаборатории нужно было миновать командный пункт и пару дверей, но мужчинам достаточно было ввалиться в пункт, чтобы застать Бронникову. Она выглядела испуганной, согнувшись у стола с мониторами и панелями управления, она тяжело дышала, увидев же капитана, кинулась к нему.

– Этот гриб...
– начал Павел, однако женщина оборвала его.

– Не важно, нужно срочно уходить! Сюда идут... идут...

– Кто?
– не выдержав напряжения, выпалил доктор Ачария.

– Не знаю, какие-то машины или роботы. Они обступают корабль. Где Ичиро?

– Ичиро больше нет, - Рассохин опустил голову.

– Да к черту его!
– закричал Томми.
– Что толку мертвых оплакивать? Я же говорил, нужно убираться отсюда. Все на - выход!

Под воздействием необъяснимой паники люди, даже не постаравшись проанализировать ситуацию, бросились к люку. С шипением стальной круг укатился в сторону, открывая путь во тьму леса, разрезаемую отчетливыми лучами крупных фонарей. В лица космонавтов дунул холодный ветер, принесший запахи гнили и грибов.

– Смотрите под ноги, - предупредил спешащих покинуть судно товарищей капитан, хотя ему самому стоило невероятных усилий бороться с подкатывающим сверхъестественным страхом.
– Та мерзость, что убила Акайо...

Не договорив, он споткнулся на последней ступеньке трапа, упал, но сразу поднялся. Перед уходом он все-таки сообразил закрыть люк: вдруг эти машины с фонарями окажутся не очень сообразительными и не тронут корабль. Потом, когда опасность минует, люди его обязательно отремонтируют и уберутся отсюда. Из чащи донесся гул, как от работающего пылесоса, нечто крупное и темное проплыло по воздуху. Павел нырнул в кусты, мягкие, словно мох, и прикрыл голову, как делают дети, когда боятся монстра, но знают, что не смогут ему противостоять.