Леший

Итак, что там за задание?

Задание: головы гноллов.

Описание: освободить лесопилку и принести в доказательство 10 голов гноллов.

Награда: 1 серебряная марка. Несколько бревен для столяра.

Десяток гнолльих морд, плотно утрамбованных в инвентаре, портили всю эстетику и напоминали, что героизм — это не только подвиги, но и логистика.

— Здравствуйте, — вежливо сказал я.

— Принес, о чем договаривались?

— Да, — открывая дорожную сумку, ответил я.

Поздравляем Вы выполнили задание.

Получаете 1 серебряную монету.

— Вон стоят бревна, подготовленные для тебя, и спасибо за помощь.

Бревна спрятать в инвентарь не получилось, но силы хватило, чтобы отнести в столярку, где мне обещали сделать доски.

Среди узких улочек и позади домов стояла небольшая столярная мастерская. Дверь, обитая потемневшим от времени деревом, слегка скрипела при открытии, будто охраняя тайны, которые хранили стены этого удивительного места.

Я открыл дверь. Внутри мастерской царила волшебная атмосфера. На столах были разбросаны инструменты: тяжелые стамески, заготовки деревьев с нежной текстурой, восточные ножи и скрипучие кисти, которые звучали, как старинные мелодии. Зеленоватый оттенок старых окон наполнял помещение мягким светом, который играл на полированном дереве, рассекая его на золотые и медные блики.

Запах свежего струганого дерева наполнял воздух, смешиваясь с легким натяжением масла и древесной смолы, что создавало ощущение уюта и работы, которая никогда не прекращается. Пыль, невидимые мириады частиц, танцевала в солнечных лучах, и кажется, что в каждом движении была жизнь — жизнь творчества, создания чего-то нового из простого, но столь прекрасного.

На стенах висели картины законченных работ: изысканные мебельные гарнитуры, уникальные предметы интерьера и бутиковые изделия, каждая из которых пыталась рассказать свою историю. У одной стены стоял старый верстак, покрытый глубокими царапинами и следами от потока времени – это верстак мастера, который венчал свое дело с любовью и уважением к своему ремеслу.

В углу мастерской стоял лесной дух – древесина, собранная с заботой: черный орех, ясень, вишня. Каждый кусочек как будто шептал о своих предках, взращенных под заботливым небом, о бурях, которые пережили, о солнечных днях. Они ждали своего часа, готовые стать частью чего-то большего.

Ага, а меня отправил к лесорубам.

— Хозяин?! — крикнул я.

— Чего тебе? — сказал местный столяр, в опилках и стружкой в волосах.

— Принес тебе бревна, куда положить?

— А, сюда клади, ты за досками?

— Ага.

— Я их только приготовил, на заднем дворе лежат, забирай.

Поздравляем, Вы выполнили задание.

Десяток досок ждут вас!

Доски тоже не поместились в инвентарь, поэтому я отнес их сразу к рыбаку, который был очень доволен, но еще нужны были гвозди.

Я знал, что кузница — это не только место, где происходит волшебство превращения металла в готовые изделия, но и пространство, пронизанное атмосферой тяжелого труда и творческой энергии.

Внутри кузницы должен царить полумрак, который рассеивается лишь красным светом от раскаленного горна. Мастера работают в тени, их руки — это орудия труда, покрытые копотью и мелкими травмами, которые рассказывают о неизмеримых часах, проведенных за молотом.

Стены кузницы увешаны инструментами: кувалдами, клещами — каждая деталь здесь имеет свое предназначение. Звуки, раздающиеся из мастерской, словно симфония: дуновение горячего воздуха, гул удара по металлу, потрескивание в огне.

На полках можно увидеть изделия, которые ждут своего часа — от простых гвоздей до изысканных украшений. Каждый из изделий несет в себе частичку души мастера, его терпения и старательности.

Кузница — это место, где традиции передаются из поколения в поколение, где каждый удар молота — это продолжение истории, а каждое изделие становится частью культуры и наследия. Здесь холодный металл обретает жизнь, превращаясь в вещи, способные восхищать и служить людям. Такой была и эта кузница.

Я отдал несколько вязанок хвороста, за это мне отсыпали в пергаментный пакет гвоздей.

Поздравляем!

Ваша репутация с деревней Рыбаков +10

На данный момент с гаванью Панагрина 30/30000 (нейтрально)

— Кстати, а что у тебя за нож на поясе висит? — спросил меня старший молотобоец Мадгар.

— Этот, — достал я свой ржавый засапожный нож, — со слов моего приемного отца, он был со мной, когда меня нашли в завернутую волчью шкуру, мне тогда было несколько лет от роду. Родителей я своих не знаю. — рассказал я по памяти то, что прочитал в описании своего рождения.

— Понятно, его можно починить, заменить рукоять, почистить от ржавчины, заточить. Если есть время и несколько марок, могу сделать.

— Хорошо, я как раз успею отнести это, — показывая на пакет с гвоздями, сказал я, — рыбаку.

Отдал нож и деньги, за снаряжением нужно следить, вдруг действительно станет лучше. Все равно я его использую только для снятия чешую и кожи.

— Благодарю тебя Леший, ты спас меня и мою семью от голодной смерти.

— Ага.

— Вот деньги. — протянул рыбак мне пригоршню медных копеек.

— Оставь себе, у тебя вон семья и дети, — великодушно сказал я.

— Вот спасибо, на эти деньги семья продержится до моего первого улова, — он взял мои руки и начал их яростно трясти, — я научу тебя одному секрету, который достался мне от отца.

— Какому?

— Снасть для ловли рыбы и крабов, которую можно сделать из подручных материалов. — он передал мне клочок затертого пергамента. — Благодаря этому секрету моя семья до сих пор жива.

Поздравляем!