Лесной гарнизон

Дебют был стремительным и плодотворным: четыре коллективных сборника стихов, выступления в воинских частях, звучанием наших стихов по радио на «Невской волне», горячими спорами при встречах с поэтами других литобъединений, появлением наших первых стихов в окружной газете «На страже Родины», при которой существовало большое литобъединение, руководимое поэтами Всеволодом Азаровым и Леонидом Хаустовым. Занятия проходили в Петропавловской крепости – царском каземате для декабристов и поэтов, который и нас, посещавших это Литобъединение, ответственно заставлял задуматься о предназначении Поэта и Гражданина в жизни нашей многострадальной Родины.

Наконец, посылкой нас двоих по рекомендации Ленинградского Союза писателей и Ленинградского Военного округа на семинар молодых писателей, пишущих на военно-патриотическую тему, в город морской славы Севастополь в августе 1968-го года.

К сожалению, на семинар я поехал один, у Бориса это время было занято защитой диплома.

По окончании Академии Борис получил назначение в Московский округ ПВО, а я через год вослед за ним был направлен в военный НИИ в город Мытищи, где я стал посещать ЛИТО имени Дмитрия Кедрина и потянул за собой Давиденко. В этом ЛИТО, руководимым поэтом и журналистом Юрием Петруниным, в то время были сильные поэты Анатолий Головков, Степан Курлов, Григорий Кружков, Александр Сытин, Вячеслав Макаров и другие. Мы с Борисом, как мне кажется, достойно пополнили их ряды.

Борис всегда стремился стать настоящим поэтом и поступил в Литературный институт на заочное отделение. К большому сожалению, преждевременная кончина не позволила его закончить.

Борис Давиденко был из нас многих настоящим армейским поэтом, восславляющих ратные подвиги наших дедов и отцов. Большая часть его стихов и статей посвящена именно нашей Армии. Что касается чисто лирических стихов Бориса Давиденко, то и в них звучат строки любви к природе, к женщине, к нашей прекрасной Родине и к её защитникам.

Юрий Саваровский, член Союза писателей России

О Давиденко Борисе

Помнится, я попал на занятие литературного объединения при ЦДСА как раз в тот момент, когда звучали строки «…Я видел: жаворонок юркий скользит по лезвию луча»…

Стихи читал молодой симпатичный офицер в новеньком мундире с майорскими звёздочками на погонах. Стихи показались мне великолепными, может быть, ещё от того, как они были преподнесены.

Потом был ликующий голос читающего: «Папка жив! Папка жив! Папка жив!»

Взволнованным был и проводящий занятия поэт Александр Филатов, известный своими поэмами о матери и сёстрах Сергея Есенина. Он сказал: – «Я принял бы в Союз писателей по одному этому стихотворению, как в своё время был принят я».

Но Борис Давиденко (а это был он) не подавал заявления в Союз писателей. Он просто делился воспоминаниями мальчишки, чьё детство было опалено войной, надеждой и ожиданием встречи с отцом.

Я воспринимал Бориса Давиденко как человека, обстоятельного во всём: в походке, в разговоре, в отношении к поэзии. Он считал, как мне кажется, обязательным неразрывную связь поэзии и жизни. И потому до чтения стихотворения или после чтения он рассказывал, когда и где, при каких обстоятельствах возникла идея написать именно это стихотворение, и как оно писалось. Так было и при чтении по кругу на занятиях нашего литобъединения имени Дмитрия Кедрина. Этим он отличался от других «кедринцев».

Александр Сытин, член Союза писателей России

Из лирического цикла

Время

Оно – в работе, не в гостях,Оно – всю жизнь на скоростях,Оно безжалостней свинцаМеняет профиль у лица.Как я им в юности сорил!С тем погулял, с тем поострил,Минута – там, минута – тут.Но я ведь соткан из минут!«Не время медлить!» – слышу я,Со мной бессонница моя,Я, с ней сверяя каждый шаг,Вращаю стрелки на часах.На час – вперёд, чтобы спешить,На час – назад, чтобы внушитьСебе, что слишком рано спать,Что время двигается вспять.

«Пойду бродить по тишине…»

Пойду бродить по тишинеТуда, где жаворонок тает,Где звон, висящий в вышине,Моим раздумьям не мешает.Пойду пространство покорять,Веслом нащупывая мели,И, как молитву повторять,Слова, которые созрели.Пойду за облаком парить,Делиться с травами тоскою.Лесной покой боготворитьИ обходить жильё людское.Пойду раздумывать в тиши,С планетой медленно вращаться,Искать гармонию душиИ никогда не возвращаться.

«Найди мою звезду…»

Найди мою звезду,На небосклоне, с краю,Когда же я уйдуИли, как снег, растаю,Зажги звезду мою,Упавшую на землю.Такую смерть пою,Такую жизнь приемлю.Я остаюсь один,Не умерев, не канув,С загадками вершин,С молчанием курганов.Не надо всё уметь:Вся наша жизнь – мгновенье,Но надо всем иметьВысокое уменье:Уменье обличатьНедобрые поступки,Умение молчатьИ совести зарубкиВ молчании хранить,Считать обыкновеннымУменье говоритьО самом сокровенном.

«Спасибо вам, деревья, за молчанье…»

Спасибо вам, деревья, за молчанье,За ваше величавое качанье,За то, что мне понятны и близкиОсенние дрожащие листки.Спасибо вам, деревья, за участье,За то, что вы даруете мне счастье,За то, что среди ёлок и осинЯ очень часто остаюсь один.Спасибо вам, деревья, за минуты,Когда с верхушек ваших листья сдуты.Порхает лист осеннего литьяИ утверждает радость бытия.А красные рябины, как рубины,Просвечены до самой сердцевины.

«Краснеют листья, словно вишни…»

Краснеют листья, словно вишни,На небе облаков шитьё,Как будто это бабы вышлиПод вечер полоскать бельё.Уже в предчувствии мороза,Ещё красива и пряма,Грустит, как женщина, берёзаО том, что впереди зима.Бьёт сквозь листву полоска света.Трубят разлуку журавли.А ей всё снится бабье лето —Пора грибов, пора любви.