Лейра

Майер-младший кивнул:

— Совершенно верно. К расследованию меня не подпускали, как заинтересованное лицо, но дядя давал мне читать отчёты и доклады о том, как продвигается расследование.

— Дядя, наверное, был рад Вашему решению…

— Отнюдь. Он стал меня отговаривать, чтобы не "порол горячку".

— Чёртов старый манипулятор, воспользовавшийся подвернувшейся возможностью, — зло подумала я. Мне безумно было жаль Майера-младшего. Даже сейчас, спустя столько лет, на его лице читалась глубокая внутренняя боль.

— Господин Старший инквизитор, не лезьте в это дело сейчас, иначе спутаете мне все карты. Быстрого результата не обещаю, тут уж как пойдёт. Слишком много времени прошло. Одно могу сказать абсолютно точно: Тёмные не убивали Адалин. Наша магия действует иначе. А в боевой ипостаси когти оставляют иные следы, чем были обнаружены на теле погибшей. Если принесёте разделочную доску из кухни, могу продемонстрировать вживую.

— Не надо, Александрина. Я Вам верю. Почему-то именно Вам я верю.

— Спасибо, это дорогого стоит.

— И называйте меня просто Родерик. Так будет проще.

— Как скажете… Родерик. Но помните, кто я и какими способностями обладаю. Я не запугиваю. Просто так Вы избежите недопонимания и разочарования. Методы у меня, мягко говоря, специфические.

— Договорились. Пожалуй, я пойду. Кстати, где Ваши пажи? Стайн уже давно в своей комнате. И насколько я успел оценить, в полном порядке.

— Думаю, скоро явятся. Они его всё к госпоже Лейде затащить хотели, я отговорила.

— Да уж… С ними точно не соскучишься!

Я не выдержала и хохотнула:

— Даже не представляете насколько. Радуйтесь, что у Вас всего один "Стайн", у меня их два.

Родерик слабо улыбнулся и ушёл.

Я не стала ему говорить, что к смерти Адалин причастен либо демон, либо какое-то сложное одностороннее проклятие. Был ещё один вариант, но пока не переговорю со специалистами, рано делать какие-либо выводы. Слишком много факторов нужно учесть. А в таком деле спешка ни к чему хорошему не приведёт.

Скрипнула дверь в кабинет и на пороге показались пажи.

— Доброй ночи, госпожа Ри! А мы тут… В общем…

Микки подошёл к столу и вынул что-то из-за пазухи, положив прямо перед моими ладонями.

Рассмотрев, что это, я в ужасе отдёрнула руки:

— Нет! Нет!!! Нет!!! Унесите откуда взяли!!!

7. Фамильяр. Глава 1. Ларс? Нирс!

Пажи с недоумением переглянулись, пытаясь понять, что именно меня напугало. Судя по их лицам, такой реакции от меня они совершенно не ожидали. Я же в оцепенении смотрела на двухмесячного пушистого серо-голубого котёнка круглыми лимонными глазами доверчиво разглядывавшего всё вокруг. Первой мыслью было воскликнуть — Ларс?!Но пушистик, словно услышав мои мысли, зевнул и пискнул — Ни-и-и-ирс! — Нет-нет-нет!!! Мне не нужно твоё имя!!! — впервые за долгие десятилетия я запаниковала. — Ни-и-и-ирс! — настойчиво повторил пушистый комок, вытягиваясь вперёд и демонстрируя полупрозрачные коготки. Микки и Рикки задумчиво переглянулись. — Вы что-то хотели сказать, госпожа Ри? И тут я поняла, что за всё это время ни один, ни второй паж не услышали от нас ни звука. По моему позвоночнику сперва прошла волна ледяного холода, а потом жара. К горлу подкатил плотный комок, не дававший ни слова сказать, ни даже полноценно вздохнуть, а сердце сдавило так, будто невидимая лапа пыталась его раздавить. Неужели всё снова? Повторения истории с Ларсом я не хотела. Слишком тяжело. Во второй раз точно свихнусь и уже некому будет меня "вытащить". Я максимально отодвинулась от котёнка и обратилась к пажам — Заберите его и унесите обратно! Немедленно! — Но госпожа Ри, — возразил Рикки. — Мы нашли его на улице. Сейчас, конечно, лето, но по ночам всё равно холодно. Погибнет же маленький… Если хотите, мы сами будем о нём заботиться. Много места он не займёт, прокормим с Микки без проблем и убираться станем… Вы даже не заметите его присутствия! — Я сказала — НЕТ! — Но госпожа Ри! — попытался вступиться за котёнка Микки. — Нет! Нет! И ещё раз — НЕТ!Рикки аккуратно сгрёб Нирса со стола и уложил на своей правой руке, поглаживая пальцами левой по спинке — Но почему? Если Вы не любите котиков, мы любим. Он не доставит Вам никаких хлопот… — Делайте, что хотите, но его не должно быть в моём доме! Ясно?! Не хотите вышвыривать его на улицу, так пристройте куда-нибудь! Микки закрыл своим телом Рикки, видимо, опасаясь, что я чем-нибудь могу запулить в того — Но госпожа Ри, ночь на дворе. Куда же мы его денем? Можно он хотя бы до утра побудет в нашей комнате, а утром мы его на рынок отнесём и кому-нибудь отдадим? Я устало протёрла лицо ладонью и махнула рукой — Демоны с вами. Но чтобы из вашей спальни он своего пушистого хвоста не казал! Иначе за последствия я не отвечаю. Понятно?!Пажи радостно закивали головами и быстренько улизнули из кабинета, с грохотом захлопнув дверь. Причём, судя по разделившимся шагам, Рикки направился прямиков в спальню, а Микки решил совершить налёт на кухню. Пусть делают, что хотят, но до утра я кабинет не покину. Специально, чтобы не столкнуться с котёнком. Хватит с меня фамильяров. В том, что этот котёнок не так прост, я поняла с первого взгляда: во-первых, он был точной копией Ларса, когда я впервые увидела его, во-вторых, только животные, претендующие стать фамильярами могут ментально общаться с будущими хозяевами, показывая совместимость, в-третьих, больше ни разу в жизни я не встречала такой породы котов. Ни вживую, ни малейших упоминаний как от людей, так и в книгах… Почему? Почему именно сейчас он пришёл именно ко мне? Ведь ни один паж так его и не услышал. И Ларс тогда появился не в самый простой период моей жизни…***— Александрина Эрика Тернан! Вас вызывает дирекриса пансиона. Извольте немедленно проследовать к ней в кабинет, — старшая инспектрисса, появившаяся внезапно в дверях учебного класса, кивком показала мне на выход и тут же удалилась. Нехорошее предчувствие тут же сковало меня изнутри. Причин для вызова к директрисе у меня не было: особых шалостей за мной не водилось, распорядок соблюдала чётко, в учёбе была достаточно успешна. Обычно к руководству пансиона вызывали в трёх случаях: узнать наказание за проказы, отчисление вследствие неуспеваемости и внеплановый визит родственников. Неужели с мамой или с папой что-то случилось? Или с Эриком? Нет, с Эриком точно всё в порядке. Как его сестра-близнец, я всегда остро чувствовала, если с ним происходило что-то серьёзное. Конечно, сейчас нас разделяло приличное расстояние, но когда он сломал руку, я и сама почувствовала, словно внутри меня надломилась кость. В общем, к кабинету я подходила на негнущихся ногах. Постучавшись, получила дозволение войти. — Александрина Эрика, присаживайся! — перст директрисы по истине королевским жестом указал на кресло, стоящее напротив стола хозяйки кабинета. Ещё один тревожный звоночек прозвенел внутри меня. Просто так пансионеркам никогда не предлагалось присесть в присутствии директрисы. — У меня для тебя не самые хорошие новости. Во-первых, твои родители умерли, во-вторых, ты отчислена, в-третьих, у тебя всего полчаса на сборы, после чего за тобой приедет карета, чтобы отвезти в монастырь. От услышанного у меня моментально зашумело в ушах, а мир перед глазами подёрнула чёрная пелена. Я не видела и не слышала больше ничего, что происходило вокруг. Наверняка на меня пытались повлиять, но но это было бессмысленно. Я — "закрылась". Это последнее, что успела сделать перед тем, как меня поглотила Тьма. В тот день мой магический уровень скакнул на два ранга вверх. Но какой ценой…Когда я пришла в себя, то вцепилась в стол директрисы, несмотря на то, что за мной уже пришли — Если мои родители погибли, почему я не могу остаться? Обучение оплачено на три года вперёд. Деньги уже на счетах. И моя семья не банкроты, чтобы эти деньги мог кто-то списать до окончания обучения, кроме Вас. В крайнем случае, я готова сама внести часть: одни только серьги на мне способны оплатить этот семестр. — Нет, вы не банкроты, — директриса пансиона желчно улыбнулась, глядя мне прямо в лицо. — Деньги сняли твои опекуны. Они же определили тебя в монастырь. А поскольку тебе пока ещё четырнадцать и до совершеннолетия примерно два года, то ты здесь не решаешь ничего. Учитывая, кем были твои родители, в монастыре тебе самое место. Забирайте! — Кто? Кто мои опекуны? Брата тоже в монастырь, да?! — я знала, что директриса в приятельских отношениях с директором пансиона, в котором учился Эрик. — Зачем же так… У него теперь новая семья, кха-ха-ха, его усыновили. Причём официально. А ты так… Никто… Не-нуж-ная, — последнюю фразу директиса произнесла с каким-то особым смаком. Странно, ведь у меня не было с ней никаких конфликтов на протяжении пяти лет. — Я — наследница Рода Тернан! Это официально признано и документально подтверждено в Родовых книгах с момента моего рождения. И вы не ответили, кто мои опекуны, — я продолжила цепляться за столешницу, несмотря на то, что меня уже вдвоём пытались от неё отодрать. — Уже нет. Учитывая, что главой Рода до твоего совершеннолетия стал твой дядя, который и усыновил твоего брата, то прав по правилу преобладающего старшинства у тебя теперь нет. Ты — никто. Последние фразы окончательно вбили последний гвоздь в крышку моего гроба. Будучи бездетными, мои дядя и тётя питали особую любовь к моему брату. Я даже слышала как-то, как дядя неоднократно предлагал отцу усыновить Эрика, раз наследницей была я, по праву первородства. Тем более, что родная кровь по обеим ветвям. Да, братья Тернан в своё время взяли в жёны сестёр Виган. Только мой отец, будучи старшим сыном и наследником Рода Тернан, выбрал младшую из сестёр, а дядя — наоборот. И вот как всё обернулось… Они всё-таки добились своего. Каким образом умерли мои родители ещё предстояло узнать, но мысль, что к этому могли быть причастны дядя с тётей не давала мне покоя. Оставалась лишь одна ниточка, благодаря которой я могла узнать, что приозошло. Эрик. Нужно только найти возможность с ним связаться. Обо всём этом я думала уже сидя в карете, уносившей меня прочь от пансиона, где я училась с девяти лет, приезжая домой лишь на каникулы. Идею сбежать по дороге я отмела сразу. Нет, антимагические браслеты на меня не рискнули надеть из-за недавнего всплеска Тьмы. Просто пока я по нашим правилам не достигла "ведьминого совершеннолетия", любая попытка была заранее обречена на провал. Меня бы нашли и вернули, а надзор усилили. Среди своих сверстниц я считалась самой сильной в плане магии, подчинения и управления Тьмой, но против опытного мага-ищейки однозначно не устояла бы. Не хватило бы ни сил, ни опыта, ни знаний. Кое-каким боевым приёмам меня обучил папа, но применять их было нельзя: признали бы "условно неуравновешенной", а значит, и опасной, так как не моего уровня они были, а доказать, что владею ими в совершенстве не успела бы. В общем, вот так, в одночасье захлопнулась дверь в моё прошлое, разделив жизнь на "до" и "после". От сопровождающего мага удалось узнать конечную точку маршрута: монастырь Акриты. Из пяти Тёмных монастырей он славился самыми жёсткими правилами. И насколько я знала от родителей, бывших Стражами Врат Тьмы, выхода из него "на волю" не было. Оставалось лишь надеяться за два года изучить все ходы и выходы из него, добиться если не расположения к себе, то нейтрального отношения, а затем сбежать. С учётом всех обстоятельств после совершеннолетия я буду никому не интересна: ни имени, ни принадлежности к Роду, ни денег. В том, что тётушка вымарает моё имя отовсюду, чтобы стереть малейшие воспоминания о какой-то там Александрине Эрике Тернан, не сомневалась. Рано или поздно она сделает это. Я всегда раздражала её. И своим полом, да, девочек Мориса Аллана Тернан терпеть не могла, видя в них априори конкуренток за малейшее мужское внимание. Её даже не останавливало, что дядя — мой кровный родственник, всё равно боялась. Этого я никогда не могла понять. И мои родители — тоже. Плюс я была препятствием для её обожаемого племянника на пути к деньгам, власти, положению. Я всегда поражалась, глядя на родителей и дядю с тётей, насколько могут отличаться друг от друга взглядами и отношением к жизни родные братья или сёстры, рождённые от одних родителей и воспитывавшиеся вместе. Знала бы я тогда, какой "сюрприз" преподнесёт мне Эрик… Эрик, которого я всегда любила и поддерживала, в ком души не чаяла, чьими успехами гордилась, как своими…По прибытии в монастырь у меня отобрали всё: и украшения, и личные вещи, и даже одежду вместе с обувью, вручив взамен ритуальную обрядовую книгу, чёрное бесформенное платье и закрытую хламиду серого цвета, именуемую явно по ошибке "плащом". Сразу же зачитав Устав, настоятельница отправила меня в келью, больше напоминающую кладовку для веников и швабр, настолько она была маленькой и узкой. Так и начался отсчёт двух лет до предполагаемого побега. Распорядок дня был очень жёсткий, а правила суровы. За малейшую провинность, вплоть до случайно брошенного косого взгляда на настоятельницу или кого-либо из старших сестёр полагалась неделя в полузатопленных подвалах без еды и питья. Хочешь выжить: да хоть камни лижи, хоть воду у ног черпай — твои проблемы. Мне хватило всего одного раза, чтобы понять, что больше попадать туда не хочу. Другим девушкам было сложнее. Кто-то потом неделями не выходил из лазарета после пары дней, проведённых в подвалах. Всего нас было шестнадцать послушниц. И все мы являлись ровесницами. Тогда меня этот факт не насторожил. Мало ли почему так вышло… День за днём мы занимались готовкой, уборкой, разучиванием и проведением различных ритуалов по Призыву Тьмы или её подчинению. Официально было озвучено, что для проведения более серьёзных обрядов нам необходимо развить свой дар до определённого ранга. Тогда же каждая из нас постепенно станет сестрой монастыря Акриты. Дружба между девушками также не поощрялась, но с одной из них мне всё-таки удалось наладить приятельские отношения. Лаидину так же, как и меня, отправили в монастырь "горячо любимые родственники". Обозначенные мной два года подходили к концу, варианты побега просчитаны до мельчайших деталей, а всё необходимое подготовлено и спрятано по разным закоулкам монастыря. И за всё это время я так и не получила ни малейшей весточки от Эрика, несмотря на то, что получила разрешние на переписку с ним. Естественно, каждое письмо было предварительно прочитано настоятельницей перед отправкой, но к содержанию никогда не возникало претензий. В том, что все они дошли до адресата сомнений не было: при их отправлении использовалась почтовая шкатулка, на которую были наложениы специальные чары точной лоставки и сохранности послания. Я сама видела при помощи магического зрения тонкие плетения, в которые не было добавлено ничего лишнего. Но ни одного ответа не было получено. Хотя другие девушки изредка получали письма от родственников. Время шло, я втайне радовалась, что вскоре всё закончится, ибо даже попрошайничать на улицах было гораздо лучше, чем продолжать жить в монастыре. И так продолжалось ровно до того дня, как однажды настоятельница собрала нас в одном зале бросив в центр образовавшегося круга шевелящийся мешок…

Глава 2. Люби! Убей! Сдохни!

Настоятельница ткнула посохом в горловину мешка, развязывая узел. Едва верёвки упали, как наружу показалась мордочка зайчонка, тут же спрятавшегося обратно. Настоятельница слегка пнула мешок, но из него больше никто не высунулся:

— Каждая из вас должна выбрать питомца, и с этого дня к обычным обязанностям добавляется забота о личном животном. Приступайте!

Дождавшись, когда старуха займёт своё кресло, напоминающее больше вычурный резной трон из ценных пород дерева, мы подошли ближе. Первой дотронуться до мешка осмелилась Аиста. Она схватилась руками за его углы и вытряхнула находящихся там зверюшек на каменные плиты. На пол посыпались котята, щенки, крысята, бельчата… Одной из девушек даже достался змеёныш, а другой — древесный паучонок, размером почти с ладонь. Только тоненькие лапки отличали его от взрослой особи. По какому принципу каждая выбирала себе питомца, я не обратила внимание. С самой первой минуты мой взгляд был прикован к серо-голубому котёнку сидящему чуть поодаль от остальных. Мне показалось, что он наблюдал за мной также, как и я за ним. Забавно склонив голову вначале вправо, а потом влево, котёнок потянулся, прогнув спину, как взрослый кот, а затем смешно перебирая лапками и подрагивая хвостиком, пошёл в мою сторону. Оказавшись у моих ног, он потёрся о них тельцем.

— Глядите-ка, пока мы выбираем, Ринку питомец сам выбрал!

Девушки весело рассмеялись, а я так и продолжала смотреть на пушистое чудо с ярко-жёлтыми глазами, дерущее передними лапками низ платья, как бы намекая взять его на руки. Наклонившись, сгребла его в ладони и приблизила к глазам, чтобы рассмотреть получше.

— И кто же тут у нас? Кошечка или котик? Как же ж тебя назвать?..

Котёнок смешно чихнул, словно возмущаясь, что в нём не разглядели будущего мужчину, а потом мяукнул.

Причём как-то необычно. Мне даже показалось, что в этом "мяве" послышалось что-то похожее на "Ларс".

— Ну, Ларс, так Ларс, — я не стала спорить с собственной мимолётной галлюцинацией. К этому моменту все питомцы были разобраны и мы дружным строем направились на кухню, чтобы раздобыть еды для них. У меня ещё промелькнула мысль, если персональное животное было частью обучения и повышения уровня владения магией, то почему в монастыре до этого дня я не видела ни одного, принадлежащего старшим сёстрам. Надо было сразу зацепиться за эту странность, но мурчащий в руках Ларс напрочь выбил все думы из головы.

Сестра-повариха дала для него немного молока и фарша, а так же намекнула, где взять подходящих дощечек, чтобы соорудить нечто вроде лотка, пока он сам не научится бегать во внутренний двор.

Пока я возилась в своей келье, обустраивая место для Ларса, тот быстро смёл всю еду и полез под руки. И настолько назойливо, что пришлось отмахнуться от него несколько раз. Внезапная боль в левом запястье заставила меня замереть. Первой мыслью было, что неудачно оперлась рукой об пол и вывихнула сустав, но скосив взгляд, я плюхнулась от неожиданности на пятую точку. Причиной неприятных ощущений оказался…Ларс! Вцепившись своими острыми зубками в моё запястье, он так сильно прикусил его, что по ладони зазмеились тонкая струйки крови.

— Ты… ты что делаешь, хулиган меховой?!

Ларс выпустил мою руку и тут же слизал своим шершавым язычком все красные разводы, а потом прошёлся и по ранкам, которые затянулись прямо на глазах, будто ничего и не было. Как и у каждой Тёмной ведьмы, у меня была ускоренная регенерация, но не настолько же!

Пока я соображала, что произошло, этот негодник снова полез на руки и принялся ласкаться. Оттолкнуть его я не смогла. Так и сидела на полу, зарывшись пальцами в мягкую густую шёрстку. То, что он проделал было характерно для поведения фамильяров. Но у Тёмных ведьм и магов не бывает фамильяров! Это просто невозможно! Внутренней Тьмой нельзя ни с кем поделиться из животных, потому что того попросту разорвёт на части. В общем, вопросов у меня было больше, чем ответов. Но идти за разъяснениями к настоятельнице я не рискнула, чтобы не привлекать ни к своей персоне, ни к ситуации с котёнком излишнего внимания. Посещение монастырской библиотеки тоже не решило бы вопрос: старшими сёстрами тщательно отслеживалось по отпечаткам ауры, какие книги мы берём, и тут же докладывалось настоятельнице. В монастыре было принято докладывать о каждом шаге любой из послушниц. С Ларсом больше никаких проблем не было. Чисто на интуитивном уровне он понимал, чего я от него хочу, какое у меня настроение и когда следует скрыться из поля зрения, чтобы не получить за свои шалости. Было очень похоже на связку хозяйка-фамильяр, но всё равно не как обычно бывало у Светлых ведьм или описывалось в книгах. С другой стороны, а если мы первые такие? И фамильяры для Тёмных всё-таки бывают? С появлением питомцев в монастыре стало намного шумнее и даже легче? Девушки с удовольствием возились в свободные минуты со своими подопечными. Да и в "несвободные" нет-нет, да и удавалось коснуться до трущегося рядом или сидящего на плече тельца, чтобы почесать пузико или за ушком. Та же Кондра была в восторге от своего паучка, балуя его комками недоваренной каши или кусками варёных яиц при малейшей возможности. Ей достался именно тот вид древесных, которые от тех же кошек и собак в содержании практически не отличались. Разве что внешностью. Но мне всё не давала покоя мысль, что что-то здесь не так. Ну не похожа была строгая высохшая до состояния живой мумии настоятельница, любящая отдавать приказы о наказании пожёстче на ту, которая вот просто так даст живое существо для "любви, тепла и ласки". И я не ошиблась. Через три месяца после того, как в моей жизни появился Ларс, настоятельница приказала спуститься всем послушница в один из ритуальных залов вместе со своими питомцами. Как только все выстроились по порядку, она взмахнула посохом, запечатывая двери. Из-под юбки Аисты раздался скулёж её щенка, паук Кондры испуганно защёлкал жвалами.

Над залом раздался властный голос настоятельницы:

— А теперь убейте своих питомцев! Лучше голыми руками, но кто не готов, может взять ножи со стен.

Внутри меня всё похолодело. Я взглянула на Ларса, доверчиво смотрящего своими круглыми глазами на меня, свою хозяйку, которая кормила его, играла с ним, спала в обнимку… Мне внезапно стали глубоко безразличны шум, гам и визги, раздававшиеся совсем рядом. Я сгребла котёнка в охапку и поставила защитную сферу. — Тернан! Ты что творишь?! — настоятельница грозно топнула ногой и встала с кресла. Послушницы, стоявшие ближе всех к ней, брызнули чёрными пичужками в разные стороны, освобождая проход. — Его. Никто. Не посмеет тронуть! — прошипела я, усиливая защиту. В этот момент мне было наплевать на себя, на то, что сегодняшний день может оказаться для меня последним. Я готова была даже стену проломить и обвалить потолок, только чтобы оказаться подальше от этого места. Настоятельница призвала посох и ударила Тьмой по моему защитному куполу. В это же мгновение я сняла плетения и отбила устремлённый поток, закрутив его так, что он попал прямиком в старуху. И этим я окончательно привела её в ярость. Мало того, что осмелилась ослушаться, так ещё и атаковала. Посыпались удары, которые я отбивала, стараясь повторить манёвр первого, пришлось даже воспользоваться теми приёмами, которым научил когда-то папа… В это время Ларс сидел в кармане под фартуком, прикрытый дополнительными защитными сферами. Даже если со мной что-то случится, до него не смогут так быстро добраться и он успеет убежать. Меня несколько раз сбивало с ног, но я поднималась и продолжала защищаться. Силы явно были неравны, кто бы спорил. Подозреваю, что держаться до сих пор помогали именно папины уроки. Всё-таки он очень искусным Тёмным магом был. Был… — Никто не смеет идти против моей воли! Ты будешь покарана за это! И другим впредь уроком послужишь! — настоятельница сделала какой-то непонятный жест посохом и из его навершия повалила непрерывным потоком клубы Тьмы. Я успела лишь принять боевую ипостась, чтобы увеличить скорость реации. Но Тьмы было много. Очень много. Слишком много. Она обволакивала и душила. И она… Она была иная. Совсем не такая, как у меня, или у других Тёмных, с которыми мне доводилось встречаться за свою недолгую жизнь. Эта была тяжёлая, с непонятным привкусом тлена, заплесневевших досок и металла…Я думала, что настоятельница просто меня уничтожит, но всё оказалось гораздо хуже. Пока Тьмы из посоха пыталась переломать меня и мою магию, по центру зала поползла трещина из которой начал вырываться жар и клубы пара. Похоже, что и девушки стали понимать, что происходит. Они буквально вжались в стены, побросав бездыханные тушки. Голос настоятельницы начал зачитывать речетативом какое-то заклинание из разряда Призывов. Меня отшвырнуло Тьмой в очередной раз на колени, а потом и вовсе попытались ею распять. Я сделала последний рывок, вкладывая в защиту и отражение атаки всю силу, которая имелась в теле и Источнике. И в этот же момент из разлома вырвался низший демон, которого посохом настоятельница направила прямо на меня. Дальше всё было как в тумане: яркая вспышка, боль, треск сходящихся на полу каменных плит. Меня бросило прямо на стену, а потом ещё несколько раз. Я уже не понимала, "игралась" ли так со мной настоятельница, стараясь причинить как можно больше боли или это мечущийся внутри меня демон пытался понять, куда его затянуло и вырваться на свободу. Внутри меня разгорался такой жар, что казалось внутри всё обугливается от повышающейся температуры, тело ломало так, что кости хрустели, и боль… Нескончаемая боль в каждой клетке организма. Ударившись в очередной раз об пол, я приоткрыла глаза, залитые кровью, чтобы увидеть сквозь красно-серую пелену увидеть склонившуюся над собой настоятельницу. — А теперь ты будешь подыхать долго и мучительно! Конечно, на тебя у меня были другие планы, но тоже неплохо вышло. Теперь эти дурочки без лишних слов исполнят любое моё приказание. Без раздумий. Без эмоций. Без запинок. Идеальные исполнители. Но ты этого уже не увидишь — менее, чем через месяц демон-пиявка выпьет все твои силы: и магические, и физические, — ухмыльнулась настоятельница, а затем скомандовала кому-то, — Вышвырните эту прочь отсюда. Трупам здесь не место…Меня подхватили под подмышки и куда-то потащили. Больше я ничего не помнила, так как потеряла сознание.