Личинка

Свернув сообщение, я с улыбкой посмотрел на девочку. Вот ведь ребёнок, только успел добавить её в список, а она уже умудрилась и письмо мне отправить.

— Витя, дай я пожму твою мужественную лапу! — воскликнул я вставая. — Дай подержаться за десницу, что так тяжела для врагов твоих! — с этими словами я взял Виктора за руку и добавил его в свой список абонентов.

Вернувшись на место, попросил:

— Вить, положи мне своего варева еще немножко, уж очень вкусно у тебя всё получается.

— На, держи проглот. — с усмешкой протянул мне Виктор тарелку с новойпорцией.

— Света, солнышко, — обратился я к девочке, берясь за ложку — ты мне вчера хвасталась, что умеешь пускать пузырики. Не расскажешь, что это такое?

— Ну, это как шарики, только они лопаются когда попадают во что-то.

— А показать сможешь? — решил подбодрить я ребёнка.

— А тут можно? — как-то неуверенно спросила Света.

— Ну почему же нет? Пробуй. — авторитетно заявил я.

— Тогда дайте что ни будь, во что можно будет пустить пузырик. — попросила она.

— Вот это подойдёт? — продемонстрировал Виктор разделочную доску из пластика.

— Не знаю. — ответила Света. — Надо попробовать.

— Пробуй!

Виктор отставил руку в сторону, зажав в ней доску. Света, подняла раскрытую ладонь, на которой появился огненный шарик, размером с теннисный мячик для пинг-понга, только прозрачный. Не спрашивайте как это возможно, но шарик был огненным и был прозрачным. Перекатив его на кончик пальца, Света сделала вид, что целится в доску и сказала:

— Пиу!

Шарик сорвался с пальца и как комета оставляя за собой такой же прозрачно-огненный след, врезался в доску.

Всё произошло настолько быстро, что никто ничего не успел сказать или сделать. Буквально в секунду был сформирован шарик и запущен в цель. Виктор стоял с всё так же поднятой рукой, зажимая в ней пластиковую доску, только теперь в её середине зияла дыра размером как раз с мячик для тенниса. Края отверстия были гладкими, как будто его высверлили сверлом большого диаметра. И что примечательно, ни вспышки, ни грохота, только детское «пиу» и больше ничего.

— Переверзин, — напряженным голосом произнёс Виктор, — в следующий раз, я тебя вместо доски поставлю, для проверки умений!

— Вить, не мельтеши, думаю Катерина откачала бы тебя, случись несчастье.

— Ага, только шнурки не погладила. — съязвила Екатерина.

Виктор остро глянул на Катю, та сделала вид, что происходящее её не касается.

— Андрей, — обратился Виктор ко мне, — ты сейчас подумал про то же что и я?

— Не знаю про что подумал ты, но мне кажется наша маленькая королева кидает огненные шары, состоящие из плазмы.

Виктор ошарашено уставился на меня.

— Это же миллионы градусов! Светик, а тебя твои шарики не обжигают? — спросил он девочку.

— Не шарики, а пузырики. — поправила она Виктора. — Они не обжигают, они мягкие и тёплые, как мышата.

— А откуда ты знаешь про мышей? — вступила в разговор Екатерина.

— Катерина, погоди с мышами, — влез я в разговор, — Света, ты мне скажи, а кроме как шарики кидать, тётя Лиза тебя ничему больше не учила?

— Нет, неучила. Я сама научилась видеть.

— Ну видеть мы все умеем. — хмыкнул Виктор.

— Так, всем молчать! — гаркнул я и уже обращаясь к девочке спросил: — Свет, а как ты научилась видеть?

— Когда я ждала маму с папой, было очень страшно и очень хотелось увидеть куда их увели. Вот… — она замялась, не зная что сказать дальше.

— И что же ты видишь? — подбодрил я девочку вопросом.

— Я сквозь стены вижу…

Все ошарашено замолчали, переваривая услышанное. Первая пришла в себя Катерина, выдав реплику:

— Ну вот, теперь нормально посрать не сходишь, обязательно кто-нибудь увидит.

— Катерина, при ребёнке не выражайся! — повысил я голос.

— Подумаешь… — пробормотала она. Я уже набрал в грудь воздуха, что бы ответить, но тут в разговор влез Виктор.

— И как ты видишь? — спросил он обращаясь к девочке.

— Даже не знаю, — пожала плечами она, — вот сейчас вижу как за дверью стоит какой-то дядька и подслушивает нас.

— Это наверное Иван. Ваня, заходи, — крикнул Виктор, — завтрак на столе стынет!

Распахнув дверь, через порог шагнул командир. В берцах, штанах и майке и он представлял из себя классического солдата после утренней зарядки. В волосах замерли капли воды, оставшихся после принятия водных процедур, видимо у колодца обливались после пробежки. Зайдя на кухню, он удивлённо уставился на Свету, сидящую рядом со мной.

— И откуда взялась эта красавица? — спросил он, кивая на девочку.

— Это Света, нашел её в одном не очень хорошем месте. — представил я нашу гостью.

— Эва как, — Иван почесал затылок, — а где её родители.

— Нету! — с нажимом произнёс я, давая понять, что на эту тему не стоит говорить, по крайней мере в присутствии ребёнка.

— Хорошо, а как тогда она сюда попала, можно узнать?

— Давай ты с ребятами позавтракай, а после встретимся в чайной комнате, тогда я всё и расскажу, что бы не повторяться несколько раз.

— Тогда через десять минут там встречаемся. Заодно ещё раз обсудим ваш поход в город.

— Договорились, — ответил я, — тогда мы со Светой поищем комнату для неё. Пойдём, — позвал я девочку, вставая и протягивая ей руку, — поищем тебе пристанище.

Соскочив со стула, она ухватила меня за ладонь и настороженно косясь на Ивана, прижалась ко мне. Переместившись на второй этаж, мы принялись обходить одну комнату за другой подыскивая подходящее место для проживания. В отведённые десять минут мы не уложились, Света ни в какую не хотела жить в тех комнатах, которые мы проходили. Даже от комнаты в которой было полно детских игрушек и раньше явно жил ребёнок, тоже отказалась, забраковав её. В итоге, так и не найдя подходящего места, я устало спросил:

— Светик, солнышко, ну а где же ты хочешь жить тогда, если тебе ни одна комната не понравилась?

— Дедушка, а можно я с тобой буду жить? — смущённо спросила она опустив глаза. — А то мне одной страшно будет.

— И чего ты боишься? спросил я, присаживаясь рядом с ней.

— Не знаю. — пожала плечами она. — Но одной страшно…

Ох уж эти иррациональные детские страхи.

— Ну ладно, давай тогда мы с тобой на совещание сходим, а там уже разберёмся кто и где будет жить.