Личинка

Всё действие заняло не больше трёх секунд, оставшиеся трое бандитов даже сообразить ничего не успели, как их подельник, подвывая, уже лежал на полу, не зная за что хвататься — за уши или руку баюкать.

— Пошли вон, — с угрозой в голосе, произнесла Оксана, приготовившись к очередной атаке.

— Убью суку! — первым пришел в себя самый большой из бандитов, практически настоящий великан.

Набычившись, расставив руки в стороны, он двинулся к женщине, одним своим видом подавляя любого своего противника. Подхватив со стола карандаш, Оксана поднырнула под широкий замах руки и воткнула своё импровизированное оружие в глаз великану. Конечно не смертельно, но безумно больно.

Уже поворачиваясь к оставшимся двоим противникам, Оксану подхватила неведомая сила и с размаху приложила о стену. Сила удара была такова, что у неё сбилось дыхание, не давая не вдохнуть не выдохнуть. Пока она пыталась отдышаться, к ней подошел один из оставшихся на ногах и ухватив за волосы поднял её голову, повернув к себе лицом.

— Крутая штучка, — на неё смотрел самый старший из четвёрки. — Но ничего, и не таких обламывали.

Оттолкнув от себя Оксану, он сделал шаг назад, брезгливо разглядывая женщину на полу.

— Пожалуй небольшой урок пойдёт тебе на пользу, — сообщил он, отходя еще на пару шагов.

— Кирпич, она Клёпу покалечила, он же теперь без глаза останется! — тонким голосом запричитал самый неприметный мужичёк, склонившись над покалеченным великаном.

— Очухается, никуда не денется, — пренебрежительно бросил старик, — я пока занят, не отвлекай.

Гигантский невидимка подбросил женщину в воздух и с размаху приложил об стену, снова выбивая из лёгких воздух. Пока она пыталась восстановить дыхание, всё тот же невидимка прижал её к стене и сорвав с неё одежду, оставил висеть полностью голой.

— А ни чего так, смотрится не плохо, — рассматривая обнаженное тело Оксаны, сообщил старик, — думаю братве понравится. Но сперва небольшой воспитательный процесс.

С этими словами старик вытащил из-за спины, свёрнутый кольцами, небольшой хлыст. С короткой деревянной рукоятью сплетённый из чёрных кожаных полосок, оканчивающийся хвостом на кончике которого было вплетено небольшое стальное жало.

— Портить мы тебя не будем, — спокойным голосом сообщил старик, отводя руку назад, — но вот наказать — накажем.

Резкая боль в районе бёдер заставила дёрнуться Оксану всем телом, выворачивая суставы рук. Следующий удар в живот заставил зарычать от бессилия сделать что-либо в ответ. Удар следовал за ударом, каждый новый рождал в душе волну ненависти, толчками бьющую в голову, замедляя мир вокруг. В какой-то момент ненависти стало столько, что она вырвалась на ружу, разрывая сдерживающие тело невидимые оковы.

Почуяв свободу, Оксана атакующей коброй метнулась к старику, как в замедленной съёмке замечая движения кончика кнута, приближающегося к тому месту, где она только что висела на стене. Врезавшись в ненавистную фигуру, кулаком пробила в горло, кровавыми ошмётками разбрызгивая плоть. Тело мучителя начало медленно заваливаться на спину. Четвёртый нападавший начал неторопливое движение к Оксане протягивая к ней руки. Скользнув к последнему оставшемуся на ногах, ударила стопой по опорной ноге противника, ломая коленный сустав…

Неожиданно, ломая картину восприятия, перед глазами поплыла простыня текста:

«Получена способность: «Адреналиновый шторм».

Описание: увеличивает показатель ловкости на 70 %, повышает болевой порог, позволяет полностью игнорировать умения контроля, укрепляет внешние покровы организма.

Время действия: до истощения.

Ограничения: действует только в ближнем бою»…

— После этого я отправилась в полицию писать заявление. Уже там мне объяснили как изменился мир, предложив остаться под их защитой. Вот так всё и получилось…

В комнате воцарилась тишина, только звуки падающих капель и потрескивание догорающей свечи нарушало хрупкое равновесие.

— Дела, — шумно выдохнул Кнут, — как у вас, молодых, всё не просто.

— Теперь твоя очередь рассказывать, — повернулась ко мне Байсэ.

Встряхнувшись, распрямился в кресле и спросил:

— Пояснишь пару непонятных моментов?

— Хорошо, — повела она плечами.

— Почему ты скрыла от всех свою способность?

— Сперва про них никто не спрашивал, а потом как то всё закрутилось, да и примелькалась я там, так что все расспросы про умения прошли мимо меня.

— Как-то мутно конечно, — покивал я головой, — но как версия принимается.

— Ну как было так и рассказала.

— Хорошо, — не стал я спорить, — а вот это твоё ногомашество и рукодрыганье оно откуда? Спец подготовка или самостоятельное изучение?

— Да, там была спец подготовка, но это личное и мне бы не хотелось про это вспоминать.

— Понятно, — помолчав, я коснулся руки женщины и успокаивающе произнёс, — всё нормально, дальше будет лучше.

Благодарно посмотрев на меня, она кивнула, соглашаясь со мной. С противоположной стороны стола фыркнул Лёшка, пробормотав что-то про телячьи нежности.

— Теперь всё-таки ты рассказывай, — настойчиво попросила Байсэ, поудобней устраиваясь на пластиковом стуле, сбрасывая наваждение момента.

— Что рассказывать? — вильнул я.

— Сколько у тебя умений, два? — уточнила она.

— Нет, — коротко ответил я, с улыбкой разглядывая женщину.

— Как нет, — растерялась она, — я же чётко видела два…

— Ну, предположим, видела ты только одно умение, а у меня их три!

Признаюсь, в этот момент большие глаза моих собеседников согревали моё тщеславие. Понимание того, что смог достигнуть больше, чем остальные, поднимало собственную самооценку на заоблачные высоты:

— И что у тебя за умения? — наклонившись вперёд, спросила она.

— Ну ты Дед даёшь, когда успел-то? — Сашка даже привстал от удивления.

— Начну с того, что первым я получил — как и Байсэ — способность…

— Что за способность? — прервала меня женщина нетерпеливым вопросом.

— Имей терпение, всё расскажу, — повертев в руках пустую банку консервы, спросил: — А еда ещё осталась?

— Эм, — недоумённо покрутила головой Байсэ, — у тебя же тут три банки стояло, куда делись?

— Я это, тоже есть хотел, — пробормотал Сашка.

Даже в тусклом свете свечи было видно как он покраснел.

— Вот же проглот, Саня ты когда нажрёшься? — ухмыляясь, спросил Лёха.

— У меня молодой растущий организм! — попытался оправдаться он.

— Хорошо что не прогрессирующий онанизм, — проворчал Кнут.

Сперва Байсэ несмело хихикнула, зажав рот рукой, следом за ней захихикал Лёха, а через мгновение мы все дружно смеялись немудрёной шутке.

— Ладно, — вытирая выступившие слёзы, произнесла Байсэ, — Дед, я тебе ещё принесу, только с тебя продолжение рассказа.