Лицо суфизма

пользуемся, под твоим руководством идем, и из духа твоего возвышенного черпаем

вдохновение и руководство. И, поистине, я, имея честь стоять сегодня перед тобой, даю

тебе торжественное обещание, что буду искренним и верным твоему Величеству. Да

поддержит тебя Аллах, о, господин мой, духом от Него, и да оденет тебя в одежды Славы

Его, и да укрепит тебя войском из Его войск, и да поможет тебе Его помощью и да

позаботится о тебе Его заботой».

Говорит Мухаммад Фахр Шакафа: «Поистине, распространение суфийских тарикатов в

исламском мире вызывает удивление и изумление. Увеличилось число их последователей, и от их бедствия спасся лишь тот, кого помиловал Господь твой. И, поистине, я изучал

большинство из этих тарикатов и не обнаружил среди них ни одного, согласующегося с

Кораном и Сунной».

И мне рассказал один мой друг, что однажды на него произвел сильное впечатление вид

совершавших хадж (т.е. их множество) и ему пришел в голову вопрос: «В чем причина

того, что Аллах дал господство кяфирам над мусульманами в большинстве стран мира

притом, что Он обрадовал их тем, что они выше всех остальных, и что им принадлежит

слава, и что Он никогда не сделает кяфирам пути против них, и что Он обязательно

поможет им. И ему было внушено, чтобы он спросил у совершающих хадж, будь то

азиаты или африканцы: «Каков твой тарикат?». И большинство из них говорили ему одно

из названий этих странных тарикатов.

И он посетил группу министров одного из исламских государств, страдающего от

репрессий соседнего государства кяфиров. Он спросил их о названиях тарикатов,

имеющихся в их государстве. Они решили, что он – один из их поборников и

последователей и перечислили ему около десяти названий. Когда же он спросил их, какой

же из этих тарикатов соответствует пути и религии Мухаммада (да благословит его Аллах

и приветствует), этот странный вопрос их озадачил. Один из них ответил: «Каждый,

принадлежащий к тарикату – его тарикат есть тарикат Мухаммада (да благословит его

Аллах и приветствует)». Тогда он сказал им: «Но у Мухаммада был только один тарикат, и его описал Всевышний, сказав: «Таков Мой прямой путь. Следуйте по нему и не

следуйте другими путями, поскольку они собьют вас с Его пути» ( Скот, 153). И сказал

Пророк (да благословит его Аллах и приветствует): «Я оставил вас на том, ночь и день

чего одинаково светлы…». И эти министры разгневались и потребовали прекратить

разговор на эту тему.

И тогда этот друг вспомнил Слова Всевышнего: «Любое бедствие постигает вас лишь за

то, что приобрели ваши руки» ( Совет, 30).

Поистине, суфизм есть суфизм, в прошлом и в настоящем, в наших странах и в других

странах, в своем духе, своем сущности и своей цели, с некоторыми отличиями во внешней

оболочке. Он питает отвращение к знанию, отвращает людей от участия в Джихаде,

превозносит своих шейхов до уровня пророков и даже выше, до уровня Божественности.

И он поддерживает кяфиров, а не мусульман, приверженцев Таухида и разрушает здание

Ислама и т. д.

И если мы посмотрим на историю наших стран, мы обнаружим, что суфийские шейхи у

нас, а также их последователи, вставали на сторону кяфиров. Вот Хасан-эфенди

Кохийский, шейх суфиев Дагестана, о котором они говорят, что он «Божественный Кутб и

господин Гаус, познавший Аллаха и приближенный Аллаха (вали) без всяких сомнений».

Шейх этот жил в начале двадцатого века и был современником имама Наджмуддина(?). А

Наджмуддин – это пятый имам в Дагестане и Чечне, который выступал против Царской

России, как выступали до него Гази Магомед и Имам Шамиль. Он желал освобождения

стран от ига русской колонизации и установления в них Исламского государства. Хасан-

эфенди начал оказывать ему сопротивление, враждебно отнесся к нему, встал на сторону

русских… Он стал отвращать людей от Джихада, посеял рознь среди мусульман и

разногласия. И за ним последовали обольщенные, которые доверяли ему. Русские же

воспользовались им для осуществления своих целей и претворения в жизнь своих планов.

Они посылали его для усмирения восставших в деревнях Дагестана, и он вставал среди

людей и обращался к ним с речью, настраивая их против Наджмуддина, и сообщал им о

том, что Наджмуддин в действительности не имам, и человек, разводящий смуту (фитна).

Он также сообщал им о некоторых вещах из области Сокровенного и показывал им чудеса

под видом чудесных способностей, дарованных Аллахом (карамат), а люди верили ему и

следовали за ним. И он состоял в дружбе и вел переписку с лидером большевиков

Лениным.

В 1922 или 1923 году Хасан-эфенди устроил конференцию, на которую пригласил

семьдесят два ученых из числа ученых (?). Они обсуждали вопрос Наджмуддина, его

имамство и участие в Джихаде с ним. Они составили согласный протокол и подписали его

(кроме шести из них, которые отказались подписать этот протокол). Они пришли к

согласному мнению о виновности Наджмуддина, и о том, что нет ему Джихада, и

объявили его врагом народа, прокляли его при всех и прочитали ду’а. На той же

конференции они подготовили телеграмму, чтобы послать ее своему лидеру Ленину в

Москву в Кремль. Написано там было следующее: «Лидеру мирового пролетариата

Ленину. Мы огорчены вашей болезнью и ожидаем вашего выздоровления. И, поистине,

мы верим в вашу победу и мы с вами. И к имаму на пути победы».

Таков суфийский Кутб и Гаус, «познавший Аллаха» и познавший Ленина, Хасан-эфенди

Кохийский. Он объявил о своей поддержке лидера большевиков-атеистов и кровавого

коммунизма, и выразил сожаление по поводу его болезни и надежду на его скорое