Лицо врага
Шрифт:
Джулиана посмотрела на Рафа.
— Давай! — приказал он ей, подталкивая к ближайшему противоперегрузочному креслу.
— Но это не мое место, — пожаловалась Джулиана.
— Какая разница? Мы не на званом обеде.
По всему проходу люди усаживались в свободные кресла. Казалось, только Джули волнует то, что она займет чужое место.
Рафу пришлось чуть ли не силой усадить ее в кресло. Потом, не дожидаясь, пока она пристегнется, он побежал по проходу в поисках свободного места для себя.
С таким чувством, будто запирает изнутри свою клетку, Джулиана опустила аварийную
Через проход от нее, закрыв глаза, сидела Сандра Корс, представительница прессы, и что-то искала в кармане. Наконец она достала флакончик, открыла его, вытряхнула на ладонь пару таблеток и проглотила. Открыв глаза, она заметила, что Джулиана за ней наблюдает, и протянула ей флакончик без этикетки.
— Меня всегда ужасно укачивает. Вам не нужно?
Джулиана покачала головой.
Пожав плечами, Корс откинулась в кресле и снова закрыла глаза.
Едва Раф закончил пристегиваться, как в соседнее кресло скользнул Пастон.
— Я последний, — сказал он Рафу, и тут же его голос был заглушен ревом сирены. Через несколько секунд после сигнала корабль вздрогнул.
— Что это было? — спросил кто-то.
— Нас запустили? — спросил другой голос.
— Запустили — только не нас, а ракеты, — ответил Пастон. — Корабль стреляет.
Снаружи раздался грохот, и Раф почувствовал, будто в спинку его кресла стукнули чем-то тяжелым. По салону прокатилась череда лязгающих ударов. Ручка, три книги и чей-то компьютер поднялись под потолок, а потом устремились к задней переборке.
— А вот теперь запустили нас, — сказал Пастон.
— Отделились от корабля, — доложил пилот шаттла. — Приготовиться к ускорению.
Пассажирский отсек наполнился низким вибрирующим гулом. Секунд через двадцать шаттл тряхнуло, как от удара, он рванулся — летающие по салону вещи закружились в бешеном танце, — и Раф, поскольку Пастон, по-видимому, разбирался в языке боя, спросил соседа:
— Что это было?
— Ударная волна.
— От взрыва?
Пастон уныло кивнул:
— И очень большого.
— Рядом с нами? Откуда?
Ответ Раф получил по динамикам связи.
— «Генри Халл» уничтожен, — дрогнувшим голосом доложил пилот. — Мы предоставлены сами себе. Кто верит в бога, молитесь. Иду на посадку.
Ускорение вдавило Рафа в спинку кресла. Потом шаттл встал на дыбы, и Раф без слов Пастона «Вошли в атмосферу» догадался об этом. Температура в салоне начала быстро расти, и Рафу стало жарко. Ему очень хотелось верить в слова майора Эрша о том, что шаттлы выдержат аварийные перегрузки.
Наконец шаттл выправился. Рафу показалось, что жара тоже ослабла. Под влиянием силы тяготения планеты вещи, летающие по отсеку, начали плавно опускаться.
Внезапно сильный удар завертел шаттл волчком. Пилоту удалось остановить вращение, но шаттл уже с бешеной скоростью несся прямо к земле.
Раф успел подумать, что их падение на планету будет грандиозным зрелищем, однако сам он его не увидит. И вряд ли переживет.
12
Этот запах был хорошо знаком Курту: запах озона и горелой синтетики. И привкус крови во рту. Он слышал, как рядом стонут раненые и умирающие.
Что-то не так. Почему кассуэлы поставили ловушку, из-за которой разбился транспорт?
Стоп. Разве не все кассуэлы погибли?
Звуки и запахи — Курт никак не мог набраться мужества открыть глаза — все говорило о том, что он снова на Доме Кассуэлов, снова попал в ловушку и не может выбраться из разбитой машины. Скоро начнется пожар. Скоро — если все же откроет глаза — он увидит языки пламени, подкрадывающиеся к раненым…
Неужели на этот раз его никто не спасет?
Боль обожгла левое бедро и отдалась в грудь.
Этого не может быть! Его ноги не должны ничего чувствовать. Он не мог ими пошевелить, а значит, не мог их чувствовать. Видимо, защемило нерв, случился болевой шок или еще что-то в этом роде. Но боль в бедре уличала Курта во лжи. Если он может чувствовать ноги, значит, он не на Доме Кассуэлов.
Теперь он вспомнил. Все кассуэлы погибли.
И он не в разбитой машине, а на борту потерпевшего крушение шаттла. Курт открыл глаза, чтобы удостовериться в правильности своего умозаключения. Да, это шаттл МЛЗ, упавший на Чуген IV.
Ширрел, представитель премьер-министра Уисс, сказал ему, что Чугенская Миссия даст Элликоту возможность вернуть себе доброе имя. Эту возможность сбили влет, словно птицу. Но сейчас судьба предлагала ему другой шанс, и этот шанс Курт принимал без колебаний. На Доме Кассуэлов он был беспомощен. Здесь — нет. На сей раз он не станет спокойно лежать и смотреть, как умирают другие!
Элликот ударил по кнопке, размыкающей аварийную раму. Кнопка вдавилась и замок открылся, но рама не шевельнулась. Профессору пришлось хорошенько поработать локтями, чтобы поднять ее и отодвинуть в сторону. Надувная подушка, ремни… Курт выбрался из кресла, неуверенно поднялся на ноги и тут же закашлялся из-за удушливого дыма, который струился по проходу вдоль потолка.
Между Куртом и дырой в корпусе сидела Локхарт. При аварии ее подушка лопнула, и Локхарт серьезно пострадала. Она со стоном повернула к Курту голову и посмотрела на него одним глазом: все ее лицо было залито кровью.
— Элликот?
— Да.
— Кажется, у меня сломаны ноги. — Видно было, что она изо всех сил старается не потерять сознание от боли, — Вы целы? Кто еще выжил?
— Вы. Я. Кто еще, не знаю.
Послышались чьи-то крики, плач: другие оставшиеся в Живых пытались освободиться.
— Дым… — Локхарт закашлялась. — Надо… надо выбираться отсюда.
Она взялась было за ремни, однако ее залитые кровью Руки не слушались.
— Сидите спокойно. Я попробую вытащить вас через Дыру.
Локхарт молча кивнула. Держась за ее перекошенную аварийную раму, Курт перелез через кресло и сквозь дыру выбрался наружу. Оттуда было проще вытянуть раму и освободить раненую от ремней. Когда Курт попытался приподнять ее с кресла, она закричала от боли. Элликот замер.