Лиловые сумерки

– Элиана, никогда не говори мужчинам, что в твоей хорошенькой головке есть мозги, иначе проведешь остаток дней своих, как Кара Шарп.

Девушка автоматически скосила глаза в сторону. Там, в нише дивана, сидела вышеупомянутая Кара – высокая и тощая, словно оглобля. Двадцатитрехлетняя мисс Шарп считалась старой девой и служила объектом насмешек окружающей ее молодежи.

– Да ладно, перестань. Просто она еще не нашла своего человека, - проговорила Элиана, бросая на Кару полный сочувствия взгляд.

– Зато я нашел такого человека, - хрипло проговорил Стэн, и девушка увидела огонь, светившийся в его глазах.

Ее сердце сделало кульбит в груди.

«Неужели?»

– Давай выйдем в сад, - предложил Сандерс, и Элиана, нервно кивнув, согласилась.

Рихард проводил парочку взглядом, а затем поинтересовался у Джона:

– А кто этот Сандерс?

– Сын богатого нувориша, Стэнли. Друг детства Элианы.

– Похоже, начались танцы, - проговорил Круспе, глядя сквозь толпу и игнорируя пояснение Джона Торна. – Пойду приглашу Розу Хантерсон, пока какой-то юнец не сделал этого до меня.

***

Стэн вывел Элиану к фонтанчику в саду, подальше от любопытных глаз и взял ее руки в свои:

– Элиана, я давно хотел сказать… Я люблю тебя.

Девушка почувствовала, как по телу пробегает дрожь и как подкашиваются ноги от внезапной слабости, как кружится голова и замирает дыхание. Волна эмоций и ощущений захлестнула ее.

– Ты… что ты скажешь, любовь моя?

Элиана с трудом могла подобрать слова, чтобы ответить:

– Я… тоже… люблю.

Стэн крепко обнял ее и прижал к себе. Девушка с упоением вдыхала аромат его одеколона, исходивший от шейного платка, и не верила, что это происходит с ней.

– И ты согласишься стать мой женой? – прозвучавший над ее ухом вопрос показался ей раскатом грома.

Элиана слегка отстранилась и посмотрела в его бездонные темно-карие глаза.

– О Боже, Стэн…

– Одно твое слово – и я поговорю с твоим отцом. Я ничего не боюсь, я спущусь в преисподнюю, если ты скажешь «да».

– Да.

– Элиана… - простонал Сандерс и припал к ее губам.

– Кхм-кхм…

Элиана испуганно отшатнулась от Стэнли и прижала руку к губам. Сердце ее бешено колотилось, когда она смотрела на мужчину, так грубо нарушившего их уединение.

– Простите, что я своим появлением прервал ваше… м-м-м… уединение. Я, право, не хотел этого.

– Простите, а вы кто? – безапеляционно произнес Сандерс, обращаясь к незнакомцу.

– Граф Рихард Круспе, к вашим услугам, - мужчина сделал неглубокий поклон, а затем обратился к Элиане: - Не окажете ли мне величайшую честь и подарите один вальс? Возможно, так я смогу загладить маленькую оплошность, столь неловко допущенную мной.

– Она не… - гневно начал Стэнли.

– Я согласна подарить вам один танец, сэр, - ответила девушка, опустив глаза.

– Но, Элиана?

– Стэн, ну не могу же я отказать этому милому мужчине в танце. В конце концов, мы на балу, а на балу принято танцевать. Обещаю, что следующий танец я обязательно оставлю за тобой.

С этими словами Элиана, дрожа мелкой дрожью, приняла руку Рихарда и отправилась вместе с ним в бальный зал.

========== Когда легко вершатся судьбы… ==========

– Вальс – это запретный танец, не находите? – немного нервно спросила Элиана, когда Рихард положил свою руку ей на талию и повел в танец.

– Это всё предрассудки, милая леди. Вот увидите, скоро Ваше отношение к вальсу переменится.

– А вы неплохо танцуете, - заметила девушка, невольно отмечая легкость движений мужчины.

– Это был комплимент? – спросил граф, хитро сощурившись. Элиана стушевалась и опустила глаза, глядя на ноги, но следующие слова Рихарда заставили ее поднять голову.
– Да не теряйтесь вы так, мисс де Круа. Я не хотел сказать ничего плохого.

Элиана посмотрела прямо в глаза Рихарду, и он буквально утонул в сапфировой синеве ее очей.

– Я вам верю, - произнесла она и не промолвила больше ни слова до конца танца. Потом, сделав перед графом изящный реверанс, девушка удалилась.

Рихард некоторое время смотрел ей вслед, пока Джон Торн не материализовался рядом с ним, словно по волшебству:

– Если мне не изменяет память, ты хотел пригласить на танец Розу Хантерсон.

Мужчина повернулся к собеседнику и произнес:

– К сожалению, ее успели пригласить до меня.

Затем, наклонившись ближе, чтобы его слова больше никто не услышал, добавил:

– Я сбежал, потому что у нее кривые зубы.

И тотчас зал взорвался от хохота Джона Торна, такого громкого, что он на мгновение перекрыл музыку.

***

– Что он от тебя хотел? – накинулся Стэн на Элиану, едва она вошла в сад.

– Ничего особого, просто потанцевать. Ты же знаешь.

– Что он тебе говорил?

Девушка вздохнула и улыбнулась. Озорные искорки заплясали в ее глазах:

– Стэнли Сандерс, мы еще не помолвлены, а ты уже ревнуешь меня.

– Да, я ревную тебя к этому старику. Ты так легко согласилась станцевать с ним… - не унимался парень, отчаянно жестикулируя.

Элиана снова вздохнула, на этот раз горестно:

– Какой же он старик? Послушай, Стэн, не надо портить этот вечер беспричинной ревностью. Я тебя люблю, и это тебе уже известно. Неужели ты будешь всякий раз реагировать подобным образом, когда какой-нибудь джентльмен вздумает пригласить меня на танец? Это нелепо. Сегодня мой дебют, и я прошу тебя принять это во внимание и дать мне вволю повеселиться. А уже завтра ты сможешь поговорить с моим отцом.

По мере длительности ее маленькой речи, Сандерс успокаивался, и под конец заключил Элиану в свои объятия.

– Я никому тебя не отдам… - прошептал он в пахнущие фиалкой волосы.

***

Рихарду снова снился один и тот же сон: залитый утренним солнцем пустырь за городом, стреноженные лошади неподалеку. Мрачный Джон Торн и еще один безликий секундант неподалеку. Солнце слепит глаза, ненависть медленно отравляет все внутри – ненависть к слабовольному юнцу блондину, стоящему напротив.

– К барьеру! – звучит голос Джона.

Надо повиноваться. Таковы правила дуэли. Шаг, еще шаг. Поворот. Первым стреляет юнец. Мимо. Запахло порохом. Рихард выдыхает. Что ж, он ожидал этого. Это не первая и не последняя дуэль в его жизни. Пришел его черед. Полированная рукоять револьвера удобно лежит в его руке, как влитая. Это единство вливает в него новые силы. А может, это месть? Щелчок затвора. Кровь стучит в ушах, волнение возвращается. Осталось лишь нажать курок и… убить. В том, что смерть придет к его противнику, Круспе уже не сомневался…