Лимитерия

— Значит, и эта чертовка не соврала, — вздохнул Бёрн, кивнув в сторону папки. — Читайте то, что она написала.

Команда «Серп» и их основатель взяли по листку и стали читать показания Ами. Поскольку младшие из команды не были знакомы с Амино и даже не видели её в лицо, всё это им казалось сродни какому-то художеству. Макс оказался самым здравомыслящим, поэтому читал серьёзно и вдумчиво. Элли присела на диван и два раза перечитала показания.

— Ну и отлично, — улыбнулась эрийка, после чего с одобрением посмотрела на военного. — Старыми методами действовал?

— Хе-х, ещё бы, — хмыкнул Бёрн, скрестив руки на груди. — Она упиралась, не хотела говорить, но я её заставил. Вот только непонятно, почему эта Ами не могла это сказать вслух.

— Ну, тут написано что-то про чип и про фиолетовую молнию, — сказал Орфей.

— И что? Такое ощущение, что…

— Я всё понял!

7. Все смолкли и резко посмотрели на Хога. Парень уже не улыбался, вмиг приняв осторожный и серьёзный оттенок лица. Брови хэйтера были согнуты, из-за чего казалось, что он вот-вот и вспылит. Лимит знал, чьих рук это дело. И фиолетовая молния на пару с чипом только дополняли его догадки насчёт истинного злодея, который затеял весь этот хаос. Хог скрипнул зубами и бросил лист на стол, после чего закурил уже десятую сигарету и повернулся ко всем спиной, зло глядя в окно. Красный огонёк в тёмно-фиолетовых глазах загорелся сам по себе.

— Что ты понял? — осторожно поинтересовался Макс. Младшим представителям команды «Серп» тоже было интересно.

— Кэп, я могу это сказать при твоём друге? — не поворачиваясь ко всем лицом, спросил Хог.

— Смотря, что, — тревожно промолвила Элли: неужели хэйтер решил рассказать о том, что произошло между ними?

— Макс, твоё слово. Ты знаешь, о чём я.

Сахаров сначала не врубился в вопрос Лимита, но потом хмуро выдохнул и кивнул. Поняв, о ком идёт речь, профессор больше не нуждался в чьих-либо ответах, а также знал о личности этого злодея ещё с уст наёмников.

— Ребят, вы о чём вообще? — изогнул брови Бёрн, подозрительно покосившись на каждого.

Хог докурил и зажал большим и указательным пальцами бэчик, после чего отбил её средним (сложный трюк, по себе знаю), и тот полетел вращающимися движениями в темноту. Затем развернулся лицом к остальным и, взяв кружку с чаем, вмиг осушил её. «Серп» смотрели на него в ожидании.

— Это Герман!

— Чего? — помрачнел Бёрн, после чего резким шагом подошёл к хэйтеру и посмотрел на него в упор. — Ты за словами своими следи, лимитер! Я не позволю тебе очернять союз «Медведь».

— Отошёл от меня! — вдруг разозлился Хог, после чего толкнул эрийца кулаками в грудь, отчего военный сделал два неуклюжих шага назад. Действию волонтёра удивились абсолютно все, даже невпечатлительная Элли. — Я знаю, что говорю, понял меня? Месяц назад случилось нападение, в котором пострадал Эс. Я отправился в небольшую деревню, где идут вечные дожди, и забрался на дамбу. Мне пришлось сразиться с бандитом по имени Кузня, и я его победил. Но потом появилась голограмма этого Германа, которая стала приказывать Кузне убить меня. Бандит отказался, и тогда этот мудак убил его фиолетовой молнией. И тогда Герман обронил что-то про вшитый в затылок чип, который активирует фиолетовую молнию и убьёт человека, если тот предаст этого безумца. Кузня погиб, но я сумел выжить и вернуться в «Луч». Этот чёртов безумец взорвал дамбу.

Команда «Серп» и основатель знали об этом, но не слышали историю подробно, поэтому удивились ещё сильнее. Так вот, что видел Хог тогда на дамбе. Поняв всё быстро, Элли украдкой поглядела на юношу и слегка опустила брови: он увидел живую смерть и едва не погиб. Лимит никогда не рассказывал о том, что испытывал в душе при упоминании о дамбе и Кузне. Теперь девушка понимала, что стало остановкой хэйтера к убийству того наёмника, который едва его не убил. Воспоминание! Хог носил маску под названием «безалаберность», а на самом деле скрывал те ужасы, которые увидел однажды. Макс горестно вздохнул.

— То, что ты сейчас сказал, больше похоже на ложь, — промолвил Бёрн, удивлённый рассказом хэйтера. — Профессор Герман, конечно, не вызывает во мне восторга, но для обвинения требуются доказательства. У тебя они есть?

— Аж целых два! — агрессивно ухмыльнулся Хог, после чего плюхнулся обратно на подоконник. — Доказательство первое: он мудак. Доказательство второе: он вдвойне мудак. Этого достаточно?

— Грр, ты издеваешься?

— Прикинь, да!

— Ах, ты ж…

— Бёрн, остынь. Он тебе не врёт насчёт Германа, — успокоила его Элли, после чего посмотрела холодным взглядом на Абсолюта Скорости. — А ты выбирай выражение, лимитер!

— А какого хрена твой дружище тупит? — хмуро фыркнул Хог, скрестив руки на груди. — В показаниях ясно сказано про фиолетовую молнию и вшитый чип. Если Ами не сказала это вслух, то можно предположить, что чип может активироваться при распознавании речи. Чё вы тупите, я не могу понять?

Пришло время удивляться второй личности под названием «Хог Лимит». До сего момента они знали лишь весёлого хулигана, который прежде чем подумать, брал и делал. Теперь им довелось лицезреть смышлёного волонтёра, который тоже не был обделён сноровкой. Даже Орфей не додумался до этого сразу, хотя в команде был самым умным. Макс тоже был озадачен этим, пока хэйтер на словах не объяснил связь между «фиолетовой молнией» и «чипом».

— Всё сходится, — согласился с ним Сахаров. — Этот чип был придуман специально для того, чтобы на случай, если солдат попытается выдать строго засекреченную информацию, активировался запрет на это. Но Герман, видно, усовершенствовал «жучок», и теперь это похоже не на запрет, а на казнь.

— Эм… я одного не пойму, — Бёрн ошарашенно посмотрел на всех присутствующих. — То есть, вы изначально подозревали профессора Германа в случившемся?

— Да, — кивнула Элли. — Я понимаю, что это звучит нелепо: когда профессор Сахаров говорил мне об этом впервые, я тоже сначала не поверила.

Макс замолчал и махнул рукой остальной команде, чтобы никто не вмешивался в разговор эрийцев (особенно Хог). Элли была единственной, к кому Бёрн мог прислушаться, потому что они знали друг друга очень хорошо. Эрийка присела на диван и стала рассказывать Бластеру всё до мелочей, начиная от основного задания Сахарова и заканчивая разбоями безумного Германа. Макс не хотел, чтобы кто-то другой, кроме его команды, знал об этом, но выбора не было. Ребятам нужен был военный союзник, который мог бы обеспечить их нужной информацией, а также дать много наводок. И если Элли доверяла Бёрну, значит, он действительно надёжный человек.

Бёрн внимательно выслушал Элли, после чего встал, закурил и отошёл к другому окну, встав недалеко от Хога. Макс очень надеялся, что Бластер окажется здравомыслящим человеком и попытается проникнуться пониманием к ним. Однако Лимит не верил в то, что военный сможет их понять, ибо вообще не верил военным. Остальные терпеливо ждали ответа.

— Да уж, ну и история, — хмыкнул Бёрн, докурив сигарету и выбросив её в окно. — Если это так, тогда я не удивляюсь, почему большинство военных помешаны на коррупции. Хе-х! Надо бы нанести удар по этим мажорам.