Линии Леи

– А ему-то какое дело? Там работа только началась, деньгами пока ещё и не пахнет.

– Ну, не знаю. Но он всё утро таскался за шефом хвостом.

– А, тогда ясно. Я всё думал, чего шеф такой взъерошенный из-за такой, в сущности, ерунды.

Светка подняла ладонь и пожала плечами, соглашаясь с очевидным. Кофе в другой её руке плеснулся. Она ойкнула, поспешно перехватила чашку обеими ладонями и осторожно понесла её к выходу. Уже у самой двери остановилась и предупредила:

– Ты бы, на самом деле, поаккуратнее с клиентами. Кузнецов только и ноет на каждом шагу, что денег нет. А шеф знать ничего не хочет, он наобещал своей новой пассии Испанию на праздники.

– Погоди, какую Испанию? Он же у нас невыездной? У него ведь суд по алиментам?

– Ты просто не видел эту новую любовь, – фыркнула Светка. – Такая может из мужика в пустыне Гоби лёд для коктейля выдавить. Ради неё шеф приставам всё до копейки выплатил, поэтому теперь так за деньги переживает. Он скорее тебя оставит без бонусов, а то и без зарплаты, чем заднюю включит.

Я вздохнул, вынул из аппарата полную чашку и последовал за Светкой к своему рабочему месту.

Как и следовало ожидать, шеф не выдержал пятнадцати минут, сам пришёл ко мне через десять. Я краем глаза видел его приближение, заранее заведённого, готовящего в мыслях разнос, но вида не подал. Когда он прибыл и упёрся пузом в стол, я продолжал, стоя к нему спиной, вешать на стену деревянную рамочку.

– Ты чем тут занимаешься? – гневно вопросил наш герой-любовник.

– Ваше поручение выполняю, Сергей Иванович!

Я отступил вбок, поворачиваясь и давая разглядеть стену. В рамке, украшавшей раньше мой диплом, теперь гордо белела справка из отдела полиции на метрополитене. Чек от стоматолога скромно притулился рядом в уголке.

– Вот, всё, как вы велели.

– Стожар, ты что, совсем больной?!

Готово, первый эффект достигнут. Шеф пошёл пунцовыми пятнами. Речь, которую он мне заготовил, вылетела из головы вместе с паром, разрывавшим сейчас этот котелок. Теперь важно не дать ему вспомнить, зачем приходил.

– Сергей Иванович, да не беспокойтесь вы так насчёт клиентов. Всех дожму. Утренних уже переписал, встречаюсь с ними вечером в семь, на их территории. И там всё чисто, их досье я проверил, с понедельника можно будет спокойно работать.

Шеф не умел так быстро переключаться между темами. Я успешно вышиб из его головы все предыдущие события дня, а теперь заливал нужную мне информацию.

– Кстати, двух последних посетителей, с которыми вы общались. Там не всё так просто, есть у меня некоторые подозрения. Предлагаю их пару недель помариновать, а я пока проверю их материалы основательно.

– Мдэ? – шеф недовольно поднял бровь.

– А иначе они нас кинут на деньги, – объяснил я максимально доходчиво, не вдаваясь в ненужные сейчас подробности.

– Деньги, – пробормотал шеф. – Деньги нам сейчас очень нужны, факт. Хозяин сказал, что вкладываться в нас больше не намерен. Он теперь наоборот, ждёт от нас роста доходности. А мы что?

– А мы, Сергей Иванович, если тысяч двести потеряем, доходности больше не станет. Этих двоих надо проверять, факт.

– Ну что ж, проверяй, проверяй. Но не две недели же? Пять дней тебе. В понедельник чтобы доложил.

Я тяжело вздохнул. Пожалуй, даже слишком тяжело. Но шеф намёк понял.

– А вот не надо было день рабочий терять на всякую ерунду! Деньги тебе, между прочим, я плачу! А не ОВД на метрополитене. Если ещё хоть одну встречу сорвёшь, лишу премии!

Это нормально. Нужно было дать ему повод для критики. Теперь он и мою версию принял, и вроде как свою задачу выполнил.

Тут я заметил на лестнице Кузнецова. Вот только его тут сейчас не хватало. Больше всего на свете ненавижу эти заспинные нашёптывания и исподтишка подгавкивания.

– Кстати, Иван Степанович, насчёт премии!

– Мдэ? – бровь начальника недовольно поползла вверх.

– Как вы относитесь к Испании?

Вторая бровь от удивления догнала и перегнала первую.

– Дело в чём, я давно хотел туда попасть, и даже недавно вот решился, тур купил на двоих, на праздники. А с деньгами не рассчитал, кредит просрочил. Может, уже и не пропустят на границе. Вот и думаю, а вы не хотите съездить? Тур достойный, бюро солидное, они бы ещё и скидку бы вам сделали. Как?

Надо же, я впопыхах сумел в одну фразу вложить оба логических крючка: на схожесть проблем и на сочувствие. Неужели не заглотит?

– Солидное, говоришь, агентство? Возможно, возможно. А знаешь, Стожар, мысль неплохая, факт. Ты мне вот что, телефончик их скинь эсэмэсочкой, я подумаю. Если достойно и скидку сделают, я подумаю. Но ты, если сейчас же за работу не возьмёшься, никакая Испания тебе не поможет. В понедельник жду доклада, не дожмешь клиента – лишу премии, факт!

Довольный собой, он отправился в сторону кабинета и на полпути столкнулся с Кузнецовым. Тот метал в мою сторону мрачные взгляды и тряс пачкой документов, но шеф безразлично отмахнулся. Он не любил менять принятых решений.

Я в душе крыл это кислое болото витиеватыми матерными выражениями. Но перехватил несколько взглядов и подмигнул разочарованным коллегам, которые зря полдня предвкушали моё расчленение и поедание сырым. Достав из кармана телефон, я пошёл в курилку, на ходу набирая номер.

– Мишка, привет! Помнишь, ты мне обещал Турцию в июне по цене февраля, если я тебе ещё одного клиента в Европу сосватаю? Ну танцуй, тебе сегодня позвонит человек от меня, и ты продашь ему два билета в Испанию. Только не борзей, я тебя умоляю! Начни с горящих, разогрей, потом намекни, что есть эксклюзивные варианты с большой скидкой. А когда он припрется к тебе лично со своей madame, тут уж можешь доить по полной программе…

* * *

Прошла неделя, заканчивалась вторая, а мне так и не удалось больше увидеться с Оболтусом. Я менял вагоны, каждое утро обследовал один за другим по несколько поездов – мой знакомец как в воду канул. Залёг на дно. Я очень надеялся, что не в буквальном, а только в фигуральном смысле.

На работе тем временем поток документов и посетителей не уменьшался, и вскоре коллеги уже стали прямо отмечать мою нервозность, напряжение и даже резкость в общении с клиентами. Это было недопустимо и непрофессионально, и я это понимал. Так что решил на некоторое время завязать с дальнейшими поисками.

Тут ещё шеф со свойственной ему тактичностью заявил, что в следующем месяце выплатит мне голый оклад, если я ещё раз позволю себе опоздать утром хотя бы на десять минут. Я позволил себе ответить непрофессионально резко, после чего угроза остаться на бобах из вербально-теоретической перешла в разряд самой что ни на есть ожидаемой. Это не считая обидных замечаний, что таких разгильдяев, как Евгений Стожар, "пруд пруди в базарный день, замену быстро найдём".

В общем, охотиться за призраком я перестал. Попытался снова стать серьезным рациональным юристом, каким был весь последний год. И вроде бы у меня снова это стало неплохо получаться, но тут же начались проблемы иного рода.