Ллойс

– Бос называет меня Штуцер, прошипел в ухо лежащей на полу наемницы, подскочивший к девушке, как только лидер скрылся из виду карлик. Но вообще-то меня зовут Большой Штуцер. Ты скоро узнаешь почему, обещаю. Размахнувшись, коротышка с перекошенным от злобы лицом пнул, бесчувственное тело, раз другой третий, а потом запрыгнув сверху принялся топтать Ллойс ногами.

– ---

Очнувшись, Элеум долго изучала нависший над ней потолок. Интересное место. Бетон. Потеки ржавчины. Трещины. Угрожающе большие и исчезающие малые они тянулись, вились переплетались и расходились, по слегка бугристой ржаво - серой поверхности. Будили воспоминания. Непрошенные воспоминания. Наемница под аккомпанемент позвякивающих при каждом движении наручников попыталась пошевелить сначала руками, потом ногами, выругалась, и повернув голову к сидящему со скучающим видом в большом кожаном кресле мужчине злобно оскалилась.

– Я и так поняла, что ты извращенец. И к чему тогда такие формальности? Снова погремев цепями, громко захохотала откинув голову девушка.

– Юмор.. Понимаю.. Кивнул Гратц, и стряхнув на пол пепел длинной тонкой сигары, постучал по подлокотнику кресла кончиком ухоженного покрытого прозрачным лаком ногтя. Повернулся к стоящему на сияющем белизной пластика столе монитору. – Тебе страшно и ты шутишь. Тебе больно и ты шутишь. Это помогает?

– Слу-ушай, дай закурить, а? С жадностью глянув на сигару, широко улыбнулась наемница. Неожиданно улыбка девушки превратилась в полубезумный оскал. Сковывающие Ллойс цепи натужно взвизгнули. Тяжелый хирургический стол, к которому ее приковали протестующе затрещал.

– Интересные татуировки. Совершено не обращая внимания на извивающуюся в путах наемницу, мужчина встал с кресла и медленно обошел хирургический стол. – Зря ты это с собой сделала. Хорошая кожа. Чистая, почти как у куклы. Правда, не такая нежная. Девять резиновых пуль. И один заряд крупной дроби. Почти в упор. Они должны были переломать тебе все ребра. Превратить внутренности в фарш. Но случилось то, что случилось. Тебя только оглушило. Словно бронежилет был у тебя, а не у сопляка - легионера. И сейчас. Ты здесь. Живая. В сознании. Пара синяков. Несколько ссадин. У тебя трещина в ребре, но сканирование показало, что она уже зарастает. Удивительно… Пригладив мизинцем бровь мужчина мечтательно улыбнулся. Третий ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод. Слегка на распев продекламировал он. И многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки[28]. Знаешь, кто я такой?

 - Один из боссов ржавых. Оставив попытки освободится Ллойс обессилено откинулась на спину.

– Все же не скот. Улыбнулся Гратц. Надоело пить из реки? Предпочтешь горечи мед? Или все же поняла что твоей силы маловато, чтобы порвать цепи? Ты кстати очень сильная. Так запросто раскидать моих бойцов. Странно для «чистого» человека, не находишь?

– Что вы здесь забыли? Вывернув голову Элеум попыталась разглядеть стоящего рядом с ней рейдера.

– Забыли? Губы мужчины тронула слабая улыбка. Это наша родина. Наша колыбель. Наша первая обитель. Нас называют Ржавыми, но это верно лишь отчасти. Да мы дети ржавчины, но еще мы творцы. Мы признали порочность этого мира и поэтому строим свой. Новый. Более совершенный. Горечь пропитала землю, и лишь скот продолжает потреблять ее горькие всходы. Наши машины очистят ее и приведут человечество…

– Вот блин, как будто мне не хватало, что мне Райк каждый день мозги полоскал, закатила глаза девушка.
– Может мы о чем другом поговорим, или расстегнешь эти клятые кандалы, а? Мы ведь цивилизованные.. Насторожено замерев Ллойс сосредоточила взгляд на покачивающемся перед ее носом наконечник стека.

– Прости, если я тебя утомил. Убрав шокер, Гратц снова обошел стол. – Ты загадка девочка. А я люблю загадки. Что означает бриллиант?

– Что я сокровище? Ощерившись, наемница снова несколько раз дернула цепь наручников. Стол заскрипел.

– Алмаз, в переводе с греческого, означает непобедимый, продолжая нарезать вокруг Ллойс круги, мужчина задумчиво щелкнул манипулятором. Странно, не находишь, язык умер вместе с народом, но слова остались. Иногда мне кажется, что весь мир состоит из таких недобитых слов. Если будешь продолжать дергаться я вынужден буду затушить ее о твой глаз. Склонившись над девушкой, Гратц, продемонстрировал ей наполовину докуренную сигару. – Вряд ли его удастся восстановить обычным медшотом.. Бриллиант означает силу и твердость, честность и неподкупность. Это татуировка воина. Ты действительно тверда, наемница. Настолько тверда, что я потерялся в догадках. Что это. «Чешуя дракона»?, «Любитель пуль»? Переносной сканер не выявил никаких аномалий. Но такое иногда случается. К счастью у нас есть более точное оборудование. Лениво указал рукой на стоящий в углу комнаты громоздкий прибор лидер рейдеров. Медицинский сканер оказался более точным. Маленькая мертвая наноколония вот тут, палец Гратца опустился между ключиц девушки, указав точно на середину изображения бриллианта. Еще одна, тоже похоже неактивная вот тут, ухоженный ноготь прочертил полосу поперек талии девушки. А вот эти татуировки, палец рейдера переместился ближе к пояснице, должны закрывать шрамы. У тебя стояли стимуляторы мозгового вещества надпочечников. Но шрамов нет. Как и самих имплантатов. С тобой неплохо поработали, сучка, сканер заметил только остаточные следы. Почти незаметные. Кстати аддиктол не справляется. Мертвые колонии травят тебя слишком быстро. В крови полно изотопов ртути, палладия и других тяжелых металлов. Но даже сейчас больная и ослабленная ты чуть было не одолела целый отряд. Великолепное владение ножом. Правда. Я впечатлен. Еще больше меня впечатлила твоя аптечка. Серьезно. Улыбнувшись мужчина небрежным жестом стряхнул пепел на лицо не успевшей отвернутся Ллойс и слабо хихикнул. Целая гора стимуляторов на любой вкус. «Харон», «Белая грань», «Танатос», «Вервольф», «Стальной человек», «Сияние».. Достаточно, чтобы в одиночку справится с целой армией. Однажды я накачал раба Белой гранью распилил его пополам и натравил собак. Он жил еще сутки. А я потерял две отличных своры. Но ты их очень давно не принимала. Твоя кровь почти чистая.
– Аккуратно убрав со лба выбившуюся из прически прядь волос Гратц остановившись, начал чуть заметно раскачиваться, перекатываясь с носка на пятку. Тогда я подумал, что мне несказанно повезло. Ко мне в руки приплыла золотая рыбка. Фабричные нано модификации.. Что это думал я «Джаггернаут», «Али», «Обитель зверя»?. К сожалению ты меня разочаровала, если бы это было правдой, ты тогда бы с легкостью справилась с наручниками, а во вторых.. Неожиданно приложив стек к шее девушки, лидер рейдеров утопил кнопку на рукояти.
– Во вторых. – Продолжил он с улыбкой глядя на сотрясаемое конвульсиями тело наемницы. – Сканирование показало, что твой генетический код практически не нарушен, а в крови только одна активная колония. Что-то очень старое и не слишком качественное и совсем простое, связанное с восприятием, усиливает слух или обоняние.. Ты почти нормальная. Как и все остальные привыкшие называть себя «чистыми» людьми. Просто обычная девчонка, выросшая где-то на севере судя по данным спектрометра где-то берегу Светящегося моря. Сильная, быстрая, не новичок в драке, но совершенно обыкновенная. Когда-то у тебя стояли дорогущие боевые ускорители, но сейчас их нет. Отведя в сторону пыточный инструмент Гратц, наклонившись, встретился с девушкой глазами. Даже твоя сверхъестественная устойчивость и способность к регенерации оказались просто хитрыми уловками. Дым и зеркала. Фокусы, призванные поверить в твою неуязвимость. Куртка из шкуры кота - мутанта. Стальные пластины в одежде. Кевларовый подбой. Пояс – медик. Пальцы рейдера переместилась с живота наемницы на пряжку ее пояса. Щелкнула застежка. – Спасибо за подарок, с удовлетворением полюбовавшись добычей, рейдер небрежно перекинул пояс через плечо. – Это будет мой четвертый. – Снова прижав конец стрекала к шее девушки Ллойс, лидер рейдеров утопил кнопку. Тело Элеум выгнулось дугой, остро запахло паленым. - Ты считаешь себя особенной? Тебя лишили возможности иметь детей. На твоей шее закрывающая рабское клеймо татуировка. Ты обыкновенное мясо. Пьющий из реки скот. Свинью можно натаскать сторожить дом. Но из нее не вырастить пса. А ты обыкновенная свинья. Скорее всего начинала в борделе, а закончила на арене. Тупая несговорчивая сучка. Думаешь, что лучше других просто потому что сумела прогрызть себе путь к свободе? Видел я таких как ты и не раз. Знаю, что ты ничего мне не скажешь. Предпочтешь пить из реки полной мерой.. Хотя.. я мог бы пытать тебя. Мог бы вскрыть твой череп вычерпать твои мозги ложкой и вытащить оттуда, что вам троим, понадобилось на моей земле. Но мне это не интересно. Ты меня разочаровала. Завтра день посвящения. Молодая кровь будет пробовать свои силы на арене. – Глядя на извивающуюся в цепях, близкую к потери сознания наемницу, рейдер хмыкнул и еще сильнее прижал к ее коже клеммы шокера.
– Правило простое. Входят двое – выходит один. Тебе наверняка не привыкать. Ты конечно неплохой боец раз смогла выкупиться, но мне кажется, что лишившись имплантатов, ты потеряла большую часть своих способностей. Даже самой кусачей свинье не победить волка.. Но.. Если пройдешь хотя бы один бой, получишь жизнь и рабский ошейник. На мясной ферме всегда не хватает крепких рук. Если сумеешь меня удивить, докажешь, что я ошибаюсь и ты отличаешься от обыкновенной свиньи, то сможешь к нам присоединится. В отличие от других моих братьев я не прошу в знак верности слишком многого. Отдашь мне свои глаза, например. Они красивые. Или руки. Кстати, я превосходно умею готовить, девчонка. Тебе понравиться. А пока.. можешь наслаждаться нашим гостеприимством… Отвернувшись от наемницы, лидер рейдеров не торопясь подошел к оббитой кожей двери. Приостановился на пороге, и широко улыбнувшись, кивнул вошедшему в комнату татуированному карлику. – И еще одно. Ты рабыня, так что как бы ты не старалась, сколько бы усилий не прикладывала, ты так и останешься ползать в грязи. Ad normalis. На круги своя.. Наша гостья заскучала от разговоров, развлеки ее Штуцер. У вас целая ночь впереди. Только никаких выдавленных глаз, вырванных языков, выбитых зубов и переломанных костей. Никаких ожогов. Никаких отрезанных грудей и вскрытой брюшины. Не резать и не калечить. Завтра она должна выйти на арену. Нарушишь мой приказ - я расстроюсь.. В остальном.. можешь не сдерживать своего воображения. Весело насвистывая какую-то мелодию, лидер рейдеров аккуратно прикрыл за собой дверь.

– Да, да, да хозяин. Да! Подождав пока дверь за боссом захлопнется карлик, запрыгнув на стол с размаху опустив каблук ботинка на живот охнувшей от силы удара Ллойс, принялся расстегивать штаны. – Если честно, я своего братца никогда не любил. Придурок всегда приносил слишком много проблем. Но все равно родная кровь. Сама понимаешь. Снова впечатав ботинок в живот девушки, наконец-то справившийся с ремнем карлик, сбросив штаны, и нависнув над наемницей рванул ворот ее жилетки.
– Сейчас я тебя познакомлю, со своим дружком. Поначалу все пугаются, да и если честно мало кто выдерживает. Я его сам модифицировал, даже помпу для подкачки крови пришлось вшить.
– По кафелю пола весело запрыгали пуговицы. – Ух. Прямо как я люблю. Босс сказал не калечить, но мы ведь просто развлечемся так, сучка? Можешь визжать, сколько влезет, мне так даже больше нравится… Ей, сучка, а чего ты не кричишь? Колено уродца с размаху воткнулось в печень наемницы. На вот полюбуйся, чем сейчас я тебя рвать буду.

Взглянув в бешенные выпученные, лихорадочно блестящие от возбуждения и злости глаза карлика, Элеум Ллойс по кличке Нежить растянула губы в широкой улыбке.- На круги своя, сладенький, медленно словно разговаривая с маленьким ребенком пояснила она. Ну, давай, а то мне уже скучно.

6

Когда ее вытолкали на арену, толпа разочарованно засвистела. Губы Ллойс перекосила злая усмешка. Наемница знала, как сейчас выглядит. Покрытая синяками, в разодранной, так и норовящей распахнутся при неловком движении кожаной жилетке, в подвязанных, данным ей одним из конвоиров, видимо сжалившихся, над с трудом держащейся на ногах девушкой, куском ржавой проволоки штанах, пропитанных в паху свежей кровью, она была совсем не похожа на бойца. Это было хорошо. Это увеличивало шансы. Чувствуя, как медленно пробуждаются казалось бы прочно забытые ухватки, Элеум прикрыв глаза, окинула взглядом арену. Установленная на великанских размеров плоту, видимо являющимся в городе рейдеров чем-то вроде главной площади, клетка из сетки – рабицы, щетинилась ржавым железом. Несмотря на обилие зловеще торчащих гвоздей и колючей проволоки она не выглядела особо прочной, но инстинкт подсказывал девушке, что не все так просто. Через некоторое время Элеум поняла суть подвоха, от одной из поддерживающих полукруглый купол стоек тянулся толстый кабель, заканчивающийся украшенным рубильником столбом. К столбу, лениво наблюдая за происходящим, привалился однорукий тощий мутант с перекошенной, будто выкрученной, словно мокрая простыня, грудной клеткой. Дощатый пол покрывал слой прелых, пахнущих гнилью опилок. «Двадцать метров от столба до столба. Опилки. Почти классика. Дань традиции, или так действительно проще убирать кровь?» Удивившись лезущим в голову перед боем мыслям, Ллойс обратила внимание на трибуны. Рейдеры постарались. Наверняка, на то, чтобы выстроить амфитеатр ушло немало сил и времени. Конструкция из траченного временем бруса, стального профиля, потрескавшихся пеноблоков, кусков пластиковых щитов, фанеры, проржавевшей почти насквозь жести, и другого хлама наверняка могла вместить в себя не меньше пяти тысяч человек. Каждый десяток метров вышка, с вооруженным автоматом, а то и ручным пулеметом охранником. О побеге можно забыть. Равнодушно скользнув взглядом по визжащей и воющей массе разгоряченных, покрытых жирным налетом ожидания, перекошенным от жажды насилия и убийства лиц, наемница остановила свой взгляд, на лениво развалившемся в стоящем посреди «ложи» - поставленной на возвышение кабины грузового электроподъемника, кожаном диване, босса рейдеров. Гратц, склонив голову на бок, со скучающим видом смотрел на арену. Вокруг скривив лицо в жалостливой гримасе, бурно жестикулируя, приплясывал Штуцер. Неожиданно, лидер банды не поворачивая головы, отвесил помощнику оплеуху. Нелепо взмахнув руками, карлик отлетел к жалобно задребезжавшим перилам и не удержавшись на краю, рухнул в беснующуюся внизу толпу. Ллойс невольно улыбнулась. И поняла, что дрожит. Рука девушки легла на живот, туда, где на исцарапанной коже улыбалась искусно вытатуированная девушка со стрекозьими крыльями в коротеньком зеленом платье. От раскинутых в стороны рук феи по талии наемницы растекалась цепочка маленьких чуть заметно переливающихся звездочек. «Теперь, ты рабыня, сопля, но поверь, будь ты свободной, у такой как ты, все равно было бы только два выхода. Драться или трахаться. И даже если ты выиграешь этот бой, раздвинуть ноги тебе все равно придется. Помни, что твое место в грязи». Отгоняя непрошеные воспоминания, наемница с усилием затрясла головой. Осторожно коснулась кончиками пальцев улыбающегося лица феечки. Хищно оскалилась.

– Эти уроды жаждут зрелища –Тинки. Они его получат. Словно почувствовав перемену настроения девушки, Гратц, оторвавшись от созерцания собственных ногтей, лениво взглянув на арену, встал и тожественно воздел руки.

– Жители свободного города! Сильный, уверенный голос лидера без труда разнесся над бурлящей толпой. – Сегодня, мы празднуем великий день, день, когда много лет назад, наши отцы, признав слабость плоти, шагнули на новый путь! Путь электричества и железа! Мы дети радиации, нас в этот мир выпустили не матери, а огненные горнила! Мы мертвы, но восстав из могилы, стали лишь сильнее и крепче! Мы новые хозяева в этом гниющем заживо мире! Мы чума и лекарство. Мы разрушители и творцы! Мы - дети ржавчины!

– А-а-а! Толпа внизу колыхнулась. К боссу рейдеров потянулись сотни рук. Ллойс хмыкнула. Какой бы ни был мразью самопровозглашенный хозяин города, но его здесь любили. И заводить толпу он умел.

– Сегодня день посвящения! Сегодня мы проверим крепость железа наших братьев, ощутим жар и пламя их сердец! Сегодня, вернувшиеся из боевых походов ветераны, покажут нам свою силу! Силу железа, силу ржавчины! В честном бою! Они сойдутся в смертельном поединке со зверями, исчадьями болот, шпионами, преступниками, убийцами!! – Обвиняющий перст Гратца прошел по ряду находящихся в отдалении ржавых морских контейнеров и остановился стоящей на арене девушке.

– А-А-А-А!!! Смерть чистым ублюдкам!!

– Нет! Лидер рейдеров сделал отвращающий жест. Мы не звери из Стаи! Не хладнокровные убийцы Операторов. Не кровожадные палачи еретиков Легиона! Да, наш путь остер, словно ножи хирурга, болезнен словно удары электричества, что заменяет нам кровь, но он справедлив. Взгляните на нее. Посмотрите, сколь слаба ее плоть. Сколь вялы ее мускулы, сколь трусливо ее сердце. Ее преступления велики, но мы не убийцы! Дадим ей шанс! Если этот жалкий кусок мяса переживет бой, я дарую ей жизнь! Она оденет ошейник! Искупит свои преступления на мясной ферме днем и в доме удовольствий ночью! Но мы не хотим, чтобы бой был бесчестным! Это будет оскорблением для наших воинов. Пусть все решит ржавчина! Театральным жестом, подняв стоящий у одного из подлокотников сиденья, какой-то продолговатый предмет, Гратц метко метнул его через видимо специально прорезанную для таких случаев прореху купола. Прямо под ноги наемницы звонко бренча, даже несмотря на покрывающие арену опилки, подкатилась деревянная бита.