Локи Лаки

– Ну, там же были, эти, красные... как их, мухоморы. Я подумала, что и другие грибы есть, вот и решила вернуться, - запинаясь, оправдывалась Элис.

– А предупредить не судьба?
– еще чуть-чуть и Ромыч сорвется на крик. Ну, или придушит Патрикевну.
– У тебя вообще мозги есть? Или в голове только веревочка, чтобы уши не отваливались?

– Я думала, что вы видели, как я ухожу!
– Алиса, не выдержав давления, все-таки расплакалась.

– Ладно, Ром, - Маришка потрепала разъяренного парня по плечу.
– Пойдемте на стоянку. Не думаю, что у кого-то осталось желание искать грибы. Наискались уже.

Скользнув по плачущей девушке взглядом, в котором мешались жалость и неприязнь, Марина первая ступила на тропинку. За ней потянулись остальные, и я тоже хотела пойти, но меня не пустили.

– Может быть, задержимся на чуть-чуть?
– прошептал Локи, обнимая и целуя в шею.

– Если им придется искать еще и нас, то, боюсь, после этого нам не выжить, - нехотя отстранилась и потянула его вслед за друзьями.

Алексей, тяжело вздохнув, позволил себя увести.

До лагеря добрались молча и без приключений, по приходу перекусили лещами. Маришка со Стасом отползли к себе в палатку. Все еще злой Ромка забрал лодку и уплыл на ту сторону озера. Мы с Лешкой тоже решили порыбачить и ушли на мысок - по другую сторону ручья, на берегу был небольшой выступ, образующий маленькую, но довольно глубокую, запруду, в которой часто можно было поймать что-нибудь небольшое, но вкусное, вроде линя. За нами увязался Влад, поэтому уединения не получилось. Мы тихо стояли, тягая из воды рыбку и изредка перекидываясь отдельными фразами, когда на пляже объявилась Алиса с заявлением, что тоже хочет научиться хитрому промыслу.

Парни выжидательно посмотрели друг на друга. Казалось, что еще чуть-чуть, и они на кулачках будут разыгрывать, кому идти к начинающей адептке удочки и подсака.

В конце-концов, борьбу взглядов победил Лешка, и Влад, печально вздохнув и поникнув, отправился на растерзание к Элис.

– Своих снастей у тебя нет?

Патрикевна отрицательно мотнула головой.

– Я там удочку свободную видела, красивую такую...

– Синяя, да?
– уточнил Владик. Алиска опять кивнула.

Мы с Лешкой переглянулись и едва удержались от смеха. Удочка, действительно, была очень красивой, темно-синяя, с серебристым узором, но популярностью она не пользовалась, так как с пятиметровой тяжеленной 'катаной' очень быстро уставали даже парни. С ней рыбачили, только если была возможность закреплять ее на берегу, что на мыске было затруднительно.

– Нет, Алис, синенькая тебе не подойдет, - Локи решил пожалеть девушку и, уже обращаясь к Владу, продолжил:

– Там моя старая 'села' в чехле стоит, ее взять можно.

– Хорошо, - парень удалился за орудием труда.

А тем временем, у меня, из-за того, что отвлеклась на разговор и махнула удочкой, леска запуталась в водорослях, и Лешке пришлось лезть в заросли кувшинок, чтобы ее освободить.

Влад не появлялся довольно долго, настраивая снасть и, судя по всему, собираясь с духом, перед тесным общением с Элис. Но, как бы ему ни хотелось оттянуть время, возвращаться пришлось. Он честно пытался объяснить девушке, как настраивать глубину и в какую сторону крутить ручку катушки, но довольно быстро махнул на это рукой и просто показал, как и куда нужно забрасывать. С десятой попытки, после того, как бедняге пришлось пару раз выдирать крючок с дерева, у Алисы получилось.

Вздохнув с облегчением, парень вернулся к своему занятию. Минут десять все было спокойно, но тут...

У Алисы дернулся поплавок. Не рассчитав силы, девушка со всей дури рванула удочку на себя. Из воды, со скоростью выпущенной ракеты, взлетела несчастная рыбешка и, описав большую дугу, приземлилась где-то в кустах за нашими спинами. Уложив орудия труда, мы ринулись искать пропавший улов, и обнаружили его глубоко в зарослях малины.

Плотвешка даже не рыпалась, только робко шевелила жабрами.

– Что с ней?
– Элис склонилась над своей добычей.

– Она в шоке. Всю жизнь плавала, а тут - бац! И воспарила, - Лешка изобразил руками движение крыльев.

– А давайте ее отпустим?
– Патрикевне, видно стало жаль шокированную претендентку в жарку.

– Нет. После такого у нее будет психическая травма на всю жизнь, а в озере психотерапевтов нет. Не будем жестоки, - Локи вовсю измывался над рыбачкой.

Алиса серьезно кивнула головой и, аккуратно взяв плотву в руку, отправила ту в садок.

Дальнейшая рыбалка превратилась в фарс. Элис с завидной регулярностью отсылала добычу в кратковременный полет, а мы рыдали от смеха, извлекая его из кустов.

– Алиса, детка, за что ты так с ней?
– прохрипел хохочущий Лешка после очередного запуска. Нормально парень говорить уже не мог.

– Я не специально!
– прохныкала Патрикевна, едва не плача, и, бросив удочку на берег, убежала в лагерь.

Мы замолчали и переглянулись.

– Что с ней?
– не понял Влад.

– Обиделась, - я пожала плечами.
– Еще постоим или тоже пойдем?

Лешка достал полупустой садок, в котором был, в основном, только шокированный улов Элис, который даже не дергался.

– Давайте пока постоим, а то с этим, - парень тряхнул сетку, - даже идти стыдно.

Увлекшись любимым занятием, мы пробыли на мыске почти до сумерек, пока не пришла Маришка и не объявила сезон охоты закрытым, так как: 'жратиньки пора'.

После ужина, за которым все дружно потешались над приключениями Патрикевны ( она сидела с надутыми губами), мы с Лешкой еле дождались, пока народ расползется по койкам, и долго сидели на мостках, целовались и разговаривали, нехотя оторвавшись друг от друга только перед рассветом.

Вполне естественно, что я и Локи проспали и выползли из своих палаток, когда все остальные уже сели завтракать. Быстренько умывшись и приведя себя в божеский вид, мы присоединились к друзьям.